Три месяца нахождения во главе политической силовой структуры страны лишь подтвердили то, что Городецкий знал и безо всяких инсайдов. Там все было не просто плохо, а беспросветно. На сохранившийся уклад КГБ наложились волчьи законы рыночной экономики, так что нынешняя "служба божья" представляла собой не особо полезный для страны в целом мурчально-бюрократический конгломерат.
Помимо уничтоженной шайки после быстрой, но тщательной проверки внутри конторы обнаружилось еще не меньше пяти масштабных и активно действующих бизнес-картелей.
И неважно, кто занимал кабинет на Банковой, пророссийский продажный ставленник или же искренний патриот. Реформировать многократно инфицированную систему можно было разве что масштабным и тотальным применением нафтеново-пальмитиновой кислоты, более известной как напалм
Очередной директор навязанный сверху политический назначенец, полностью зависел от аппарата, как от шеи, которая решает, куда смотреть голове. Проведя три месяца в этом византийском королевстве кривых зеркал, Городецкий, человек практический и конкретный, не обращая внимания на неизменные шепотки, передал контору под руку одного из относительно честных и толковых отставных генералов и вернулся на позицию советника президента. Но эта безумная стажировка оказалась временем, потраченным вовсе не впустую. Из кабинета на Владимирской он вынес все необходимые связи и, главное, понимание происходящих внутри процессов и гигабайты первоклассного компромата. Все это позволяло претендовать на более высокую ступеньку в сложившейся иерархии власти.
Отвлекая от размышлений, за стойкой оживился незаметный до того референт.
Господин Городецкий, Президент готов вас принять!
Странно, подумал он, поднимаясь в кресле, из кабинета никто не вышел
Караульный в парадной форме распахнул створку, Городецкий вошел.
На стене работал большой телевизор, шли новости патриотического канала.
Так называемый пресс-офицер министерства обороны ДНР, вещала украинская дикторша, объявил, что во главе колонны на параде, посвященном Девятому мая в Донецке, будут идти две боевых машины "Герой ДНР Михаил Гиви" и "Герой ДНР Арсений Моторолла". Под такими кличками известны два полевых командира террористов, отличавшихся особой жестокостью по отношению к украинским военнослужащим и бойцам добровольческих батальонов. Моторолла, Арсен Павлов, был взорван в лифте шестнадцатого октября 2016 года. Гиви, Михаил Толстых, уничтожен выстрелом из реактивного огнемета восьмого февраля 2017 года
На этом положительные эмоции закончились. Городецкий оторвал взгляд от экрана и молча выматерился. Человек, который сидел за столом напротив Гаранта, был последним, кого бы он хотел здесь и сейчас видеть.
Глава 4
Однушку немногим больше собачьей будки, Шульга и Дайми сняли у деда, уехавшего к дочери в Белую Церковь, как граждане России, супруги Сергей и Анна Ивакины. По легенде они приехали из Кирова, чтобы наладить поставки в молодую республику швейных машин и микроволновок тамошнего завода «Маяк».
Так как основной продукцией этого приуральского предприятия были боеприпасы, для местных органов нахождение в городе «инвалида второй группы с диабетом» и его жены, соучредителей фирмы «Кировснабсбыт» было вполне оправданным и понятным. Помимо документов прикрытия у Шульги имелся военный билет старшего лейтенанта вооруженных сил ДНР, а у
Дайми паспорт с луганской пропиской.
Прожили неделю, стараясь привлекать поменьше внимания нечастые выезды в город, встречи с "деловыми партнерами", походы по магазинам. В основном же изучали график активности на объекте. К счастью сегодня рутина должна закончиться.
От входной двери донесся тихий условный стук, заскрипел ключ в замке.
Шульга в своем донецком прикиде выглядел лет на десять старше своих тридцати пяти. Встретила бы такого в машину точно не села, как в прошлом сентябре, когда он ее завербовал.
Что там? спросила Дайми, возвращая пистолет под подушку.
Все без изменений! сказал командир. Разве что боевая техника в городе. К параду готовятся.
День для операции выбран был не случайно. Любой мало-мальски разбирающийся в армейских традициях, знает, что наиболее уязвимой постсоветская армия бывает строго три раза в году: первого января, двадцать третьего февраля и девятого мая
Добро получено?
Назгул отписался, что все по плану. Объекты на местах. Но Киев пока молчит.
Снайпинг наука точная, у Дайми все было расписано по секундам. Плюс, конечно, важен настрой. Она недовольно нахмурилась.
Шульга отнес на кухню принесенный из магазина пакет. Послышался пшик, звук жидкости выливаемой в раковину. Образ нужно было выдерживать до конца на случай любого неожиданного визита. За пивом мужик с утра выбирается не для того, чтобы его в холодильник спрятать
Дайми еще раз пробежалась по графику. Парад начинается в десять. Судя по репетициям, ритуал чисто совковый. Ну там все эти объезды, речи, торжественные прохождения. То есть закончат где-то к пол-первому, как и в прошлом году. По имеющимся данным, в два часа у здешней верхушки банкет. Меньше часа там цель точно не пробудет. То есть нужно быть в полной готовности после трех.