Нужно заметить, что среди рабочих местных папуасов было не больше десятка, а все остальные китайцы, японцы, малайцы, даже негры. Набирать на работу папуасов было просто невыгодно: во-первых, они непривычны к постоянной работе, а во-вторых, все они быстро разбежались бы от такой жизни тут они, как говорится, дома. Другое дело рабочие, привезенные издалека: с ними делай, что хочешь.
На веранду поднялся новый человек, грек Кандараки. Это был уже немолодой, но юркий, хитрый, пронырливый субъект, с бегающими глазками и козлиной бородкой.
Откуда он взялся, как попал сюда одному богу ведомо, но Скотту Кандараки был очень полезен. Он был торговым агентом, знал все, что нужно и даже чего не нужно, обманывал всех и всем был просто необходим. И мистер Скотт не гнушался его советами.
Мистер Скотт! сказал грек, склонившись в поклоне. Там пришли двое папуасов, должно быть, с гор. Они принесли шкурки райских птиц и золотой самородок этак с куриное яйцо.
Что им нужно за все это? спросил мистер Скотт.
Два ружья.
Мистер Брук так и подскочил в своем кресле:
Что? Как? Ружья? Не может быть! Они ведь не знают, что с ними делать!
Наверно, знают, если просят, сказал Кандараки.
Да-а, дела... проговорил мистер Скотт. Если им потребовались ружья, это скверный признак.
Наверно, их кто-нибудь научил, сказал грек.
Позовите их сюда, велел Скотт. Кандараки махнул рукой. Подошли двое папуасов.
Видно было, что они редко встречались с белыми. Смотрели как-то исподлобья, словно загнанные звери.
О, эти молодцы мне не нравятся! сказал Брук.
И верно,
пришедшие очень мало походили на папуасов, живших вблизи станции. Особенно интересна была их прическа. Волосы делились на множество косичек, каждая из которых, чтобы не путаться с другими, была облеплена грязью. Косички свешивались со всех сторон и даже стучали при малейшем движении.
На руках и ногах были браслеты, искусно сплетенные из травы и украшенные ракушками. На шее висели ожерелья из звериных зубов.
Один держал связку птичьих шкурок, другой кусок золота. Особый интерес представляли шкурки. Райские птицы небольшие как воробей или чуть-чуть побольше. Само название говорит, что они какие-то необыкновенные. И правда: такой красивой, яркой и пестрой расцветки никто даже и выдумать не смог бы.
Их есть несколько пород, но наиболее известна одна: у нее длинный, около тридцати сантиметров, хвост с такими тонкими, нежными и яркими перьями, что ими охотно украшают себя не только дикари, но и европейские женщины. Ради них эти шкурки и вывозятся в Европу, где они ценятся очень дорого.
Должно быть, потому, что туземцы обычно сбывают шкурки без ног, в Европе сложилась легенда, что эти птички всю жизнь проводят в воздухе, питаются только росой и обладают какой-то чудесной силой. Отсюда и название их райские.
Кандараки с помощью нескольких слов, а больше жестами спросил у туземцев, что они хотят получить за свой товар.
Папуасы поняли, о чем их спрашивают, принялись показывать руками, как держат ружье, и все время приговаривали: «Пуф! Пуф!»
Даже Скотт улыбнулся.
Вон чего захотели! сказал он. Однако не годится давать вам такие вещи. Принесите и покажите им лучше другое, приказал он Кандараки.
Кандараки принес топоры, ножи, лопаты... Видно было, что это богатство произвело впечатление на папуасов, но они по-прежнему отрицательно крутили головами.
Подозрительное дело, сказал Скотт.
А не угостить ли их водкой? предложил Кандараки. Может, тогда с ними легче будет договориться.
Лучше спиртом! крикнул Брук. Что им водка этаким чертям!
Скотт кивнул.
Кандараки принес бутылку и налил полстакана спирта. Подошел к одному из папуасов, дружески похлопал его по плечу и протянул стакан. Папуас недоверчиво смотрел на него и отказывался брать.
Кандараки сам пригубил спирта, засмеялся и снова протянул стакан папуасу. Тот взял и немного отпил. Сначала он испугался: видно, захватило дух. Но спустя минуту, почувствовав приятную теплоту внутри, рассмеялся. Его товарищ выпил уже весь стакан до дна. Потом снова выпил первый.
И торговля пошла веселей. Папуасы забыли про оружие, их интересовала только «чудесная вода». Кандараки показал две полные бутылки. «Сделка» состоялась.
Прижимая к груди свои бутылки, шатаясь и весело крича что-то, папуасы направились домой.
Ха-ха-ха! захохотал мистер Брук. Вот это я понимаю, это торговля!
Дай бог почаще, смеялся Кандараки.
И они принялись подсчитывать, сколько заработали на этой торговой операции.
А счастливые папуасы между тем вышли за пределы станции, остановились, снова выпили и, как по команде, повалились наземь. Бутылки покатились по траве, орошая ее остатками спирта, на этом пока дело и кончилось.
В полукилометре от дома, где жили мистер Скотт и мистер Брук, в болотистой низине находилась плантация каучуковых деревьев.
Существует несколько десятков пород таких деревьев, но самые лучшие происходят из Южной Америки, с низовьев реки Амазонки. Оттуда их стали вывозить и разводить в других жарких странах в том числе и на Новой Гвинее.
Эти деревья близкие родственники нашего молочая, но здесь они достигают величины дуба.