Акулы не тонут! сказал Илька. А такие хищники, как Катран, в особенности Ему б ставридки побольше на зуб, а глотка у него во!
«Похоже, он завидует ему. Из-за чего?»
Он у нас чемпион по нырянию, заметил Костя, юркий и остроносый. Он, как и все мальчишки, сидел в плавках на горячей гальке. Никто так долго не может находиться под водой. Даже Миша столько не выдерживает.
Легкие натренировал? спросил Одик.
Наверно Он к тому же из рыбаков Все у них в роду рыбачат.
А что вы здесь все-таки ищете?
Тебе разве не сказали? Операция «А»! засмеялся Вася, тот самый, который, по уверению Катрана, произошел от черепахи, и голова его показалась еще круглей, а щеки улыбчивей и добрее.
В нем Одик сразу почувствовал что-то родственное себе, и уже не казалось, что они с сестрой такие лишние и чужие среди этих ребят.
В это время из воды возле плотика высунулся кончик трубки, из нее, как из насоса, вылетел сверкающий фонтанчик воды, плотик резко качнула волна, и Катран опять ушел ко дну.
А ну, огольцы, по домам! приказал Илька. Нечего вам торчать здесь!
Не уйдем, сказал Одик.
Он уже понял, что нет силы, которая прогнала бы его сейчас отсюда. Одно только пугало и мучило его: как же теперь быть с Карповым? Еще час назад он так уважал Георгия Никаноровича, можно сказать, преклонялся перед ним, а как же теперь? Зачем, правда, он отгородил кусок моря этим забором? И мальчишки что-то еще знают про него не стали бы так смеяться Как теперь держаться с ним?
Часа два еще, наверно, ныряли ребята, сменяясь. Нырял и Миша, натянув на плотике маску и ласты, взяв с собой камень. Потом, когда его позвали, к ним поплыл Илька. Он тоже, оказывается, неплохо нырял.
Затем плотик двинулся к берегу, туда, где, отвесно возвышаясь, темнела гора, кончавшаяся крутым Дельфиньим мысом.
С плотика вдруг раздался громкий спор и даже брань: Катран ругался с Мишей.
Что это они?
Не поделили что-нибудь? Ведь Миша все время был таким спокойным, деловым, он и голоса-то ни разу не повысил.
Я против! крикнул Миша уже у самого берега. Ты этим все напортишь! Сколько тебе надо говорить?
Значит, все так оставить, да?
Ну хорошо, потом договорим. Миша отвернулся. Ты какая-то стихия, ты вулкан, землетрясение, чума, а не человек Думаешь, в этом храбрость? Ты все для себя делаешь, натворишь всего, а потом другим расхлебывать
Будь уверен, все пройдет чисто. У меня уже и план разработан. Одик вдруг уловил на себе быстрый взгляд Катрана. Только не надо трусить
Все равно я против, холодно сказал Миша, и ты этого делать не будешь.
Ну, это мы еще посмотрим! с вызовом крикнул Катран и стукнул кулаком в свою гулкую черную грудь.
Плотик ткнулся в берег, Миша спрыгнул на гальку, намотал на руку длинную веревку и повел плотик с Катраном к мысу. Одик отчетливо видел на фоне моря его высокую узкую фигуру, неширокие крепкие плечи и тонкую шею с аккуратно подстриженными на затылке волосами.
За Мишей шли Толян с Костей и Вася с Илькой.
Одик с Олей пристроились к концу цепочки. Илька, все с той же лентой на лбу, нес ведерко с кистью.
Давай ведерко! крикнул Катран.
Зачем? огрызнулся Илька. Сам донесу.
Отдай, негромко сказал Миша.
Илька выругался, и ведерко по цепочке перешло к Катрану, шедшему впереди.
Ну, теперь ты пропал! Крикнул Катран. Не отступишь назад Мосты за тобой сожжены!
И взял дужку ведерка в зубы.
Захлопнись! бросил Илька.
Скоро полоска гальки кончилась, и вверх полезла едва заметная тропка с камня на уступ, с уступа на выбоину. У Одика то и дело подворачивались ноги, одной рукой он придерживал Олю, второй касался бугроватой стены. Перед ними, сопя и потея, ковылял и неуклюже прыгал с камня на камень Вася. От стены, нависшей над ними, веяло прохладой и дикостью.
Остальные ребята, видно, давно привыкли к этой тропке и сильно оторвались от них. Особенно быстро двигались Катран с Толяном и Миша.
Из-под ног Одика вывернулся камешек и полетел вниз. Одик вскрикнул и притиснулся к стенке. Камешек звучно врезался в воду. Одик скосил глаза на расходящиеся круги, и сердце его сдавило: вода была темная, и от высоты слегка мутило.
Как высоко они поднялись!
Тропа больше не лезла вверх, а шла горизонтально.
Стойте, сказал Вася.
А дальше нельзя? подала голос Оля, руку которой не выпускал из своей потной руки Одик.
Не видишь, какая пошла дорога?
И в самом деле, дороги впереди не было, не во что было упереть ноги, а мальчишки продолжали двигаться. Но вот перед ними встала почти отвесная голая стена. Все, кроме Катрана, остановились, а он почти не замедлил шага и непонятно как двигался по этой стене, серой и мощной, с едва заметными бугорками. Потом пошел медленней и почти прижался грудью к стене. Его ноги выбирали малейшие выступы и щербатины в литом камне и цеплялись за них пальцами. В зубах его со скрипом покачивалось ведерко с кистью. Метрах в десяти под ним было море густое и черное, как деготь. Потом даже малейшие бугорки и углубления на пути Катрана исчезли. Впереди была гладкая, стесанная ветром и временем стена. Но и теперь Катран каким-то образом двигался вперед Вот-вот сорвется!