Ну что, «повелитель сцены», давай знакомиться. Меня зовут Вячеслав Сергеевич Киселев, а для тебя просто Слава. Расскажи чуточку о себе.
А я Миша Ковальчик, заканчиваю девятый класс. Хочу снимать кино. Раньше мечтал стать оператором, сейчас передумал лучше быть, мне кажется, все-таки кинорежиссером.
Ты умница, если знаешь, чего хочешь!.. оживился Слава. Одобрительно похлопал его по плечу и продолжал: О таких, как ты, один римский консул это дипломат, защищавший интересы государства за рубежом, звали его Аппий Клавдий, мудро заметил: «Всяк своего счастья кузнец». А чуть позже наш коллега, актер и комедиограф Тит Макций Плавт уточнил, что способностью ковать себе счастье обладает только мудрый. Поэтому, будешь ты снимать кино или нет, все зависит только от тебя самого, если, конечно, у тебя хватит на это мудрости. Жаль, но здесь мы тебя этому не научим. Советую закладывай фундамент для своей мечты на нашей сцене. Кстати, ты знаешь, что почти все знаменитые кинорежиссеры были актерами театров. Какой фильм тебе нравится?..
«Судьба человека».
Так вот, к твоему сведению, его снял Сергей Бондарчук, который долгое время был театральным актером. Школьником он посещал театральный кружок, закончил Ростовское училище и играл в драматических театрах Ейска, Грозного, Москвы. В фильме «Молодая гвардия» снялся первый раз уже в зрелом возрасте. Его участие в фильме «Тарас Шевченко» понравилось даже Сталину. И только в 1959 году, обрати внимание, в 39 лет, состоялся его режиссерский дебют. Он снял твой любимый фильм «Судьба человека», в котором блестяще сыграл еще и главную роль. И такая судьба почти у всех кинорежиссеров. Запомни, театр это не просто школа, а целый университет кладезь разносторонних знаний для тех, кто хочет посвятить себя искусству. В театре «зарыто» столько профессий копай, не ленись, и ты обязательно найдешь свою по душе.
Слава о театре говорил с таким восторгом, что Мише показалось перед ним открылась толстенная Энциклопедия, где было много нового, интересного и все так просто, понятно, доступно. Слава, словно школьный учитель, пытался, как мог широко и доходчиво, раскрыть Мише истинную сущность театра, «вложить» все то, что знает, в его еще хрупкое сознание. Очень хотелось, чтобы этот способный мальчишка полюбил театр так же фанатично, как любил его он.
Слава Киселев на сцене с третьего класса. Однажды он шел после уроков мимо «кошкиного дома» так почему-то называли Дом пионеров, который разместился в бывшей польской школе, а там из окошка в сумерках полыхал такой яркий свет, что мальчишеское любопытство взяло верх. Когда он заглянул в него, то «прилип» к стеклу в неописуемом восторге надолго. Там шел, по-видимому, чистовой прогон спектакля «Город мастеров», потому что дети были в костюмах, на сцене стояли декорации, в полупустом зале тишина. Домой пришел возбужденный, но очень поздно, за что и схлопотал взбучку. Утром мама отвела Славу к Татьяне Петровне Романи, которая вместе с мужем Валентином днем вела драматический кружок, а вечером они были заняты, как и все члены «могучей кучки», в каком-либо спектакле. Способный и смышленый юный актер быстро получил роль принца в «Золушке», потом сказочника в «Снежной королеве». А роль Александра Матросова это его гордость. Как же, он на сцене носил настоящий автомат, хотя слабенькие детские руки такую тяжесть еле держали.
Пройдет не так уж много времени, и Вячеслав Сергеевич Киселев вместо Татьяны Петровны возглавит драмкружок Дома пионеров, а полученные когда-то от этих мудрых педагогов азы театральной науки сам будет передавать местной детворе. К примеру, Слава Майоров, который сыграл немало ролей в детских спектаклях «Королевство кривых зеркал», «Волшебные кольца Альманзора», закончил ГИТИС и связал свою жизнь с искусством. Молодого театроведа с феноменальной памятью и глубокими знаниями оставляли в Москве читать историю театра в этом же театральном институте, но затосковал по родному белорусскому краю и уехал в провинцию, возглавил народный театр Лиды.
Конечно, на спектакли народного театра Слава Киселев ходил часто и бесплатно на правах преданного зрителя и потенциального члена труппы. Его всегда завораживала шумная театральная суета, аромат закулисья, невероятно теплая обстановка в
актерской среде. Он с юношеским максимализмом идеализировал все это. И когда после седьмого класса его зачислили в драматическую группу, готов был делать все, что нужно театру: мастерил мебель, обшивал матрацы, делал лыжи, из алюминия отливал чугунки, вместе с Николаем Игнатьевичем готовил к спектаклям декорации. Так по ступенькам и карабкался на театральные подмостки. Способность перевоплощаться и входить в образ позволила ему со временем сыграть самых разных персонажей и начальника, и сына, и агента по снабжению, и капитана 3-го ранга, и английского офицера-десантника, и даже обершарфюрера СС Шмидта в единственной пьесе Эриха Мария Ремарка «Последняя остановка». Ему удалось показать мерзость войны, которая кованым сапогом растоптала его детство, заставила голодать, мерзнуть, испытать чувство страха. Война застала семью в родном городе Озеры под Коломной, недалеко от Москвы. А когда Слава стал пухнуть от голода, младшие сестры забрали их в Москву, где тетка Анна Клименко работала в НКВД. В конце 1944 года ее назначают начальником исправительно-трудовых колоний и лагерей Барановичской области, и она с собой увозит семью Киселевых. Вот так Слава, как случайный метеорит, свалился на Барановичи в морозном январе 1945-го.