Слушай, я, когда открывала дверь, там какая-то штуковина, светящаяся в темноте сиреневым цветом выпала. Что это?
Магическая защита.
Ну-ну, хмыкнула я и вышла на лестничную клетку.
4 глава
Мне приснился сон.
Сон, как воспоминание о прошлом.
Каждый раз, когда я сознательно стараюсь забыть все, что было связано с Сергеем, мое бессознательное услужливо ставит мне подножку. И боль возвращается, увеличивается в геометрической прогрессии. Она разрывает меня изнутри на маленькие лоскутки, которые никогда не сошьешь.
Я не знаю, почему приснился именно этот эпизод из жизни. Хотя, быть может, потому, что он отражает нашу первую с ним встречу. Первую и главную. Но я никогда не удосуживалась замечать этого.
Самый обычный день. Настолько обычный, что я даже не помню, какая на дворе стояла погода. Дул ли ветер, шел ли дождь. А может быть, вовсю палило солнце? Сегодня я вернулась домой с художки раньше, чем обычно. Заболел преподаватель по декоративно-прикладному искусству.
Мои волосы были заплетены в косу, глаза лучились тем счастьем, которое присуще только тринадцатилетнему подростку, радующемуся тому, что благодаря отмене занятий можно будет лишний часок погулять.
Я стала разуваться и заметила ботинки дяди Толи (тогда, я еще называла его именно так). Мое счастье удвоилось! Ведь дядя Толя знал много интересных историй и любил их рассказывать! Я уже собиралась войти в гостиную, как услышанный разговор между ним и моим отцом, заставил остановиться меня.
Слышал, что Саша освоила технику вскрытия сувальдных замков? спросил, как бы, между прочим, дядя Толя.
Да, она быстро учится, ответил отец.
А тебе не кажется, что пора начинать брать девчонку на дело?
Не кажется, возразил отец. Я не позволю ей загубить собственную жизнь. Я не хочу, чтобы она жила в страхе ожидания того, что наступит день, когда ее посадят. Нет, этого не будет!
Тогда, скажи, друг мой. Зачем ты учишь ее?
Это то немногое, что я могу дать ей.
Дядя Толя рассмеялся:
Не обманывай себя сам.
Заткнись или убирайся из моего дома! рявкнул отец. Смех прекратился.
Послушай друг, совет товарища. Голос мужчины был очень серьезен. Если ты хочешь, чтобы у тебя и твоей семьи в будущем не было проблем с Мироном, пересмотри свои позиции. Ты ведь отлично понимаешь, что в нашем мире ничего никогда просто так не бывает, из нашего мира, никого просто так не отпускают. Ты профессиональный вор и, многие из наших знают о способностях твоей дочери. Я уважаю тебя и твои приоритеты, но помочь ничем не смогу.
Так в чем же заключается твой совет?
Если ты не хочешь брать в преемницы Сашу, тогда найди кого-нибудь другого. У меня как раз на примете есть один способный парнишка.
Нет, коротко ответил отец.
Да ты не спеши, обдумай ситуацию, как следует. А я сейчас звякну ему, он и подойдет.
Дельнейший их разговор не представлял для меня интереса, поэтому я ушла на кухню, обдумывать сложившуюся ситуацию.
Что же это получается? Если у папы появится ученик, то он станет меньше уделять мне внимание? Он забудет меня, свою родную дочь?
Я заранее, ненавидела того человека, что должен был сейчас к нам прийти.
Трель дверного звонка заставила вынырнуть из мрачных раздумий. Я поспешила открыть дверь, дабы заглянуть в глаза тому, кто возможно, в скором времени отнимет у меня отца.
Я открою! Выбегая в прихожую, крикнула я.
Выполнив задуманное, я уставилась на парня, стоящего на пороге.
Ему было лет восемнадцать-девятнадцать: высокий и улыбчивый, ежик темно-русых волос и светлые глаза. Одет в неприметную темно-серую куртку и джинсы, на ногах черные кеды.
Здравствуйте, поздоровался он. Я Сергей.
И что? буркнула я. Но тут в прихожую вышли отец и дядя Толя.
Сашенька, ты дома? А почему так рано? спросил меня папа.
Анна Герасимовна заболела.
Понятно, а ты не хочешь сходить в кино?
С тобой? обрадовалась я.
Как бы я хотел пойти с тобой, но у меня, к сожалению дела. Давай я тебе дам денег, и ты захватишь с собой Валерию, а потом можете сходить в кафе. Идет?
Ладно, согласилась я и, взяв у него купюры, состроила рожу Сергею так, чтобы кроме него никто этого не заметил. Парень лишь пуще прежнего заулыбался. Я лишь фыркнула, обулась и выбежала в подъезд.
Я надела халат и поспешила на чердак, дабы выяснить, что там происходит.
Но, прежде чем покинуть родные пенаты, мельком взглянула на свое отражение в зеркале и не слишком удивилась, обнаружив там белое, как полотно лицо и большущие, полыхающие синим пламенем глаза. Весь мой вид говорил о крайней степени озлобленности. Нет, он что, с
ума там сошел?
Когда мне открыли дверь, передо мной предстала живописная картина стройплощадки. Одни рабочие шпаклюют, вторые, на стремянках, белят потолок. Третьи, активно работают дрелями, а четвертые устанавливают непонятного для меня назначения, под потолком, перекладины.
При виде моей скромной персоны, у одного из строителей выпал молоток из руки прямо ему же на ногу. Но он, строитель, мужественно промолчал, плотно сжав зубы.
Н-да-а-а, я умею произвести впечатление.