Всего за 169 руб. Купить полную версию
Сил уже нет это терпеть!
Придется, видимо, переступить через себя, найти подходящие слова. Нагрубить, если потребуется. И что же я скажу назойливому ухажеру? Может, попросить городского возчика научить выражениям, которыми он подбадривает свою кобылу, когда та упрямится?
Нет, не поможет. Лео из тех самоуверенных мужчин, которые добиваются своего долго и упорно, берут измором, ноют, настаивают и выискивают разные методы давления. Он и дела вел в похожей манере, и всегда успешно.
Хорошо бы еще попросить у возчика кожаный кнут и пройтись Лео по тощему заду, втиснутому в полосатые брюки!
Я мстительно сжала ложку, представляя, как Лео взвоет и подпрыгнет, выделывая кренделя костлявыми ногами, а потом помчится прочь, и шляпа упадет с его рыжей головы и свалится прямо в навозную кучу!
Почему не ешь? обеспокоенно спросила Марта. Невкусно? Я ни свет ни заря встала, сходила на маслобойню к Беккеру, потом в булочную у аптеки, все ноги избегала, и вот тебе благодарность. Барышня изволят капризничать.
Почему на маслобойню к Беккеру? машинально спросила я, думая о своем. Почему не купила масло у твоей кузины, как всегда?
Потому что закрыли ее маслобойню по приказу нового наместника, вот почему, ответила Марта, гремя тарелками и стремительно багровея от гнева. Железный Полковник заявился к ней вчера после обеда вместе с податным инспектором, провел ревизию и сказал, она, видите ли, с налогами жульничает! Выписал штраф, а заведение опечатал до суда.
Марта разошлась. Она бухнула поднос на стол так, что стаканы тренькнули, а кот Фил присел на передние лапы, а потом метнулся к выходу.
Что ему в своем замке не сидится, паршивцу?! В каждое поместье, в каждую мастерскую, в каждую лавку заглядывает! Перетряхивает амбарные книги. Сует нос, куда не просят. То ли дело предыдущий наместник: тихий, сговорчивый, во всем своим помощникам доверял. Пообещаешь ему на лапу, да подарки на каждый праздник, тот и молчок, и хорошего дня пожелает, и лишний раз о делах не спросит!
Стоило Марте упомянуть нового наместника, как отец мигом насупился и помрачнел.
Новый окружной наместник приехал два месяца назад и успел нажить врагов и в Ольденбурге, и во всех других городах округа. Я еще не встречала его, но успела возненавидеть едва ли не сильнее, чем противного Лео.
Окружной наместник следил за порядком, проверял, как работают податные инспектора и не запускает ли кто руку в княжескую казну, и по необходимости садился в кресло окружного судьи. Новый наместник выполнял свои обязанности рьяно. Излишне рьяно, считали горожане.
Услышав имя Августа фон Морунгена, прозванного Железным Полковником, помещики, владельцы мануфактур и цеховые старейшины морщились, сплевывали на землю и произносили короткие фразы, обещавшие наместнику ужасные кары. Которые, разумеется, никто бы не рискнул привести в исполнение.
Слишком велика была власть фон Морунгена, и слишком суровым характером он прославился в бытность полковником на службе Королевского Величества, а потом в должности обер-егермейстера князя Рутарда Шваленбергского.
О прошлом фон Морунгена, о его безжалостности и незавидной судьбе его врагов рассказывали много нехорошего. Истории напоминали страшные сказки, и самой страшной была та, в которой речь шла о договоре с дьяволом и Железном Сердце. Эта сказка объясняла, откуда фон Морунген получил прозвище.
Однажды вечером Марта и отец засиделись на кухне за кружкой вишневого пунша. Было это вскоре после того, когда пришло известие о том, что у замка Морунген появился новый хозяин, а в округе новый княжеский наместник. Кухарка перебрала лишнего, сделалась говорливой, и по секрету рассказала, что, когда нынешний наместник еще и наместником-то не был, а бегал дворовым мальчишкой на конюшне замка Морунген, к хозяевам приехал погостить ученый человек из столицы.
Человек этот был странный, и знал многое, чего обычным людям знать не полагается. И искал этот человек того, кто согласился бы на сделку: отдать ему живое сердце в обмен на золото.
Выбор пал на дворового мальчишку Августа, не по годам ушлого да жадного. Договор был заключен, ученый человек (у которого, по уверениям Марты, под старомодным париком с косицей скрывалась пара рогов, а в щегольских башмаках копыта) вырезал у мальчишки сердце, взамен поставив ему железное, а жадного дурачка (или умника, это как посмотреть!) осыпал золотом. Август бросил мать, умирающего отца и исчез уехал искать счастья на белом свете. И искал упорно, и нашел.
Записался в армию, сделал головокружительную карьеру, а когда вышел в отставку по состоянию здоровья, занял высокий пост обер-егермейстера при княжеском дворе. Мало-помалу приобрел такую власть над князем, что тот стал во всем его слушаться. Князь выбил для бывшего полковника баронский титул, приставку «фон» и замок Морунген с поместьем, в котором Август когда-то чистил конюшни.
Все давалось фон Морунгену легко. Неудивительно: железное сердце не знает жалости, не знает боли, а мягкое сердце, как известно, помеха для тщеславных и упорных.
По всему выходило, что дворовый мальчишка Август заключил сделку, выгодную со всех сторон.