Беседовал Дмитрий Антонюк
не уступят.
Тем не менее существуют, конечно, и более экстремальные «постмодернистские» системы; самая известная и успешная из них, пожалуй, Erlang. Язык/платформа (производные сразу от нескольких декларативных языков программирования и концепций), созданная суровыми шведскими практиками из фирмы Ericsson для нужд телекома, Erlang не то чтобы пробивается в мэйнстрим, но в своей области (написание распределенных приложений с серьезными требованиями к производительности и устойчивости) чувствует себя весьма уверенно. Вообще, в области распределенных приложений, в телекоммуникациях и смежных областях совмещение красивой теоретической модели и мощной платформы решение, набирающее вес. Помимо Erlang, на похожих позициях стоят Oz/Mozart и с-пылу-с-жару новый язык Corn (также рожденный в телекоме, на сей раз польском).
Предпринималось достаточно попыток приблизиться к практике, оставаясь в рамках господства «истинных концепций», от ML-производной с поддержкой объектов и императивности OCaml до отдаленного потомка Smalltalk/Self io, преподносимого как язык легкий и стройный, идеальный для встраивания. Да и многие языки Lispовой семьи (в том числе сам Common Lisp), наверное, можно причислить к «постмодернистским» по богатству концепций и стремлению к практичности.
Очередная волна шумихи вокруг «нового веба» тоже не осталась незамеченной здесь можно отметить такие проекты, как Hop от французского института INRIA (родины OCaml) и Links (им занимается Phil Wadler, некогда концептуальный архитектор Haskell), цель которых свести разработку веб-приложений к одному языку сверхвысокого уровня, который бы «компилировался» в традиционные HTML, JavaScript, SQL и серверные скрипты [В каком-то смысле ASP.Net и некоторые Java-библиотеки занимаются тем же, имитируя для программиста однородную языковую среду. Существует также проект haXe, с аналогичным подходом и JavaScript-образным базовым языком].
Тем не менее пока все эти инициативы в основном «для своих», то есть апологетов модернизма, желающих «сделать что-нибудь практичное». Говорить о серьезном проникновении в мэйнстрим языков с понятиями и синтаксисом, в корне отличным от старичка Алгола, пока рано.
К чему приведет такое «смешение языков» в течение ближайших лет, при нынешних скоростях возникновения идей-суперзвезд, сказать трудно. Быть может, Erlang, отделавшись от репутации «странного до идиотизма», вскоре займет соответствующее место в «гонке платформ».Net/Java (учитывая, что за платформой Erlang/OTP стоит сильная и амбициозная корпорация, хотя и не слишком заинтересованная в рынке платформ пока?). Не исключено, что набор тенденций, называемый «Web 2.0», вызовет к жизни другую клиентскую платформу, заметно отличающуюся от сегодняшних браузеров (вспомним, что браузер изначально таки ж программа для просмотра, а не для работы со сложными приложениями): в ней может быть снято ограничение на клиентский язык [Сегодня это де-факто только JavaScript который тоже ох как непрост (см. врезку «СНЯПМ»)], и это породит новую гонку языков. А может быть, послезавтра вообще появится нечто существенно отличное от веба. Или, опять же, прилетят инопланетяне и всех завоюют.
Одно ясно: мы живем в эпоху победившего постмодернизма. И здесь случается всякое. Следите за рекламой.
Распространенное мнение «это такой недоязык, в нем и классов-то нормальных нету»; между тем JavaScript как самостоятельный язык яркий и небезынтересный представитель семейства «прототипно-ориентированных» языков (вместе с диалектом Smalltalkа Self и современным io), с поддержкой функционального программирования; то, что синтаксически язык относится к C-образным языкам, чуть ли не единственное, что роднит его с «классическими» системами программирования.
Впрочем, в последнее время, на волне интереса к «богатым» интерфейсам веб-приложений и AJAX (ну и, ясное дело, наступившего постмодернизма), репутация этого занятного языка постепенно начала укрепляться.
КАФЕДРА ВАННАХА: Прецедент Эдипа Автор: Ваннах Михаил
Об эдиповом комплексе знает всякий, взросший в лоне современной западной культуры. Но вот подлинная история Эдипа, та, о которой нам поведали Софокл в трагедии «Царь Эдип» и Аполлодор в «Мифологической библиотеке», создает интереснейший и важнейший прецедент для информационных технологий.Итак, Сфинкс, aka Сфинга. Матерью этой барышни была полудева-полузмея Ехидна. Папой Тифон, чудовище с сотней драконьих голов, человеческим торсом и змеиными кольцами вместо ног. Братьями и сестрами чудовищные собаки Кербер и Орф, лернейская гидра, химера.
Сама Сфинкс в результате сложной игры рецессивных и доминантных генов имела лицо и грудь женщины, тело льва и крылья птицы. Имя красавицы обычно выводят из греческого глагола «сжимать», «удушать», откуда происходят и «сфинктеры».
Это чудовище использовалось Герой, супругой Зевса в качестве правопринудителя. (Подобно тому, как полиции всех стран и времен используют «ссучившихся» уголовников для борьбы с преступностью.) Объектом деятельности Сфинкса стали семивратные Фивы, город основанный Кадмом в Беотии.