Антон, сделала ещё одну попытку. Я никак не могу прокомментировать вашу ситуацию, но уже почти ночь. Вы ведь и сами отец, и понимаете, что если сейчас выставите нас на улицу, то только богу известно, что с нами может произойти.
Хотите, чтобы пустил на одну ночь? криво усмехнулся хозяин, но я покачала головой.
Нет, прошу разрешения пожить здесь два месяца. В сентябре обещаю съехать и больше вас не беспокоить. А взамен могу взять на себя заботу о хозяйстве.
Так мне что, предлагают доносить за старшим братцем старую и страшную жену, как в детстве доставались штаны и кроссовки?
Антон откровенно смеялся, и я не могу его за это осудить. Он прекрасно знал о ситуации: к нему на постой попросились бывшая жена двоюродного брата вместе с дочерями. К тому же, та была далеко не красавицей, и разве что из вежливости можно дать Настасье её полные сорок пять. Особенно сейчас, после целого дня на ногах, дороги и разговора с мужем. Но мне было не до пресловутой гордости, я просто обязана здесь задержаться. Иного варианта у нас нет.
Мы с вами оба прекрасно понимаем, что это не так, спокойно ответила я. Какими бы ни были прижимистыми родители, они вряд ли станут давать своему ребёнку совсем уж бросовую вещь. И вряд ли кто-то предложил бы вам обратить внимание на толстую старуху, которая не нужна даже мужчине, с которым прожила без малого двадцать лет.
Хозяин дома как-то стушевался от ответной откровенности, но мнения своего наверняка не переменил. А вот девчонки вжались в меня с двух сторон. Конечно, говорить такого при них не стоило, но они наверняка это слышали уже не раз и от родни, и от соседей.
Сколько вашей дочери? уточнила я, и сбитый с толку Антон сообщил, что скоро будет семь. Получается, в сентябре в школу. Кто будет заниматься её первым классом? И где она проводит дни сейчас?
В садике, буркнул он. А вечерами её соседка забирает. И вообще, это не ваше дело!
О, теперь он уже обращается ко мне на «вы»! Значит, самое время дожать.
Но садики закрываются в июле на ремонт, а значит ещё два месяца ваша дочь должна будет либо сидеть с соседкой или няней, либо вам придётся брать её с собой на работу. Я же предлагаю свою помощь не только в уборке и готовке, но могу и посидеть с ребёнком. Опыт, как видите, есть.
Я обняла девочек, но взгляда от мужчины не отвела. Не нравится ему это, ой как не нравится. Но Дашка демонстративно всхлипнула, а глазищи Наты наверняка наполнились слезами. Ну а какой нормальный мужчина может отказать плачущей женщине, даже если та от горшка три вершка?
Как вас там, говорите? наконец заговорил он.
Анастасия Петровна, тут же ответила я. А это Дарья и Наталья.
Анастасия, значит Ладно уж. Ваша сторона правая. Там пыльно, ну да разберётесь.
Он кивнул на нужную дверь, и девчонки тут же подхватили свои рюкзаки и побежали устраиваться на новом месте. Мы сразу услышали топот и звук отодвигаемой мебели, и по-хорошему стоило бы за этими козявками проследить, но я осталась на месте. Хозяин явно не договорил.
Спасибо вам большое, Антон, честно призналась я. Вы даже представить себе не можете, как сильно нас выручили. Есть что-то ещё, что мне необходимо знать из вашего
распорядка?
Сашка завтра ещё в садике будет, отведу сам я как раз к семи утра ухожу на работу. Заберёт соседка, баба Нюра, но я предупрежу, чтобы привела сюда. Работаю я допоздна, продолжил он. Готовить на меня не нужно. И вообще, общаться со мной тоже не нужно.
Я поняла вас, кивнула. Мы постараемся не доставлять хлопот, а в сентябре съедем к этому времени я подыщу жильё.
Хорошо бы, чтобы так и было.
Антон осмотрел меня тяжёлым взглядом и молча скрылся на своей половине дома. Я же прошла следом за детьми, наконец осматривая будущие владения. Ну как владения
В нашем распоряжении оказались две смежные комнаты маленькая с диваном и столиком, и дальняя покрупнее, с односпальной кроватью и креслом. По идее, кресло должно было раскладываться, но проверять на ночь глядя мы не стали. Пыли в комнатах было едва ли не с палец толщиной, но прибирать сил не хватило. Поэтому я просто открыла окна настежь, благо сетки обещали надёжную защиту от комаров ничего с нами за одну ночь не случится. Наскоро вытащила из рюкзачков постельное бельё и застелила Даше и Наташе на кровати, уложив подушки валетом.
Разложили, а скорее уж раскидали вещи, и решено было отправиться на поиски удобств. Те, к счастью, были в доме, но общие на две половины, ровно как и кухня. Я помогла сёстрам умыться, накормила бутербродами, которые прихватили ещё из дома, и отправила спать. Вообще-то очень хотелось помыться самой, но перспектива столкнуться с хозяином жилища заставила пересмотреть эти планы, и я просто смыла с лица и рук дорожную пыль. Себя, девчонок, дом всё завтра отмою, лишь бы силы были.
Я прикрыла дверь на нашу половину. Быстро осмотрелась замок оказался простой щеколдой на двух гвоздях, но хоть что-то. Конечно вряд ли этот Антон станет к нам ломиться: я его точно не заинтересую, а на маньяка-педофила он не похож, но бережёного, как говорится, и далее по тексту. Защёлкнула замок, приставила к двери ещё и стул, а потом наскоро переоделась в свободную ночнушку до колена и улеглась на диван. Натянула простыню до носа, прикрыла глаза и провалилась в сон, искренне надеясь, что сегодняшний день был самым сложным. Некоторое время слышны были лишь трескотня цикад, какой-то блатняк из соседнего двора да перешёптывание девчонок и откуда только силы остались для вечерней болтовни? Ещё позже послышался шум стекающей воды, но мысли о том, что это Антон отправился принимать душ, ускользнули, уступив место крепкому сну.