В конце речи Николай промокнул платком уголок глаза и попросил передать девочек под его опеку с последующей выплатой алиментов со стороны супруги. Судья устало перевела взгляд на меня.
Анастасия Петровна, вам есть что ответить?
Разумеется, я встала со своего места. Причиной, почему я подала на развод, были непримиримые разногласия по очень многим вопросам. Также я бы назвала одним из поводов факт измены со стороны супруга. Доказательств у меня нет, однако сейчас он проживает с женщиной, и об этом у меня есть расписка со стороны соседей.
Я вытащила три листа из папки и периферийным зрением заметила, как покраснел Николай.
А что, я должен сидеть бобылём, пока ты у меня за спиной шашни крутишь?!
Господин ответчик, соблюдайте тишину, зыркнула на него судья. А после снова посмотрела на меня. Что-то ещё?
Я действительно проживаю сейчас вместе с детьми в соседнем селе, однако пришла туда исключительно по рекомендации супруга. Запись с диктофона у меня также имеется.
Ты что, посмела что-то записывать у меня за спиной? Ах ты
На этот раз мужчине хватило взгляда, чтобы умолкнуть. Кажется, третьего предупреждения не будет и вовсе.
Также хотела бы добавить, что дети проживают сейчас в комфортных условиях, учатся в школе, посещают кружки. Если будет необходимо, то органы опеки могут осмотреть условия проживания. Я категорически против того, чтобы дети жили с отцом. Да и он, если на то пошло, особого желания общаться с дочерями не изъявляет. Запись на диктофон на эту тему также имеется.
И всё-то у вас есть, хмыкнула женщина. Интересно, а если бы заседание вёл мужчина, не встал бы он на сторону Николая?.. Ладно, о грустном не буду думать. Передайте материалы помощнику, приложим к делу. Второе заседание назначаю через три недели.
Три недели?! воскликнула я. Так много времени у меня в запасе попросту нет. Скажите, а нельзя ли как-то ускорить процесс? Мы и так ждём уже два месяца.
Законодательство позволяет увеличивать срок до трёх месяцев с момента подачи заявления, прохладно отметила судья. А у нас, госпожа ответчик, и без вас дел достаточно. Всю информацию можете узнать по телефону, а на сегодня заседание окончено.
Женщина хлопнула своею папкой и поднялась из-за стола. А я почувствовала, как у меня щиплет в глазах. Три недели Я же всё подготовила, каждую бумажечку подобрала, сделала расшифровку записей на диктофон В конце концов, упрашивала соседок подписать показания! И всё ради чего? Чтобы из-за старого бюрократического аппарата мои усилия пошли насмарку?
Из зала я вышла, за малым не расплакавшись. Придётся подключать связи Стаса, но где гарантия, что он успеет быстрее? Чёрт!
Что, так не терпится ощутить себя свободной женщиной? услышала со стороны. Ну разумеется, куда же мы без рассерженного изменщика! Двадцать лет пригревал на груди змею, ну кто бы мог подумать
Чего тебе? совсем не вежливо спросила я. И без него тошно. Что ты от меня хочешь?
Давай разойдёмся миром, если не хочешь выставить себя посмешищем. Думаешь, я не смогу собрать таких же бумажек, как и ты? Считаешь, не найдутся свидетели, как ты сожительствуешь с посторонним мужиком?
Между тобой и мной огромное различие, прохладно ответила я. Я прошу подписать только правду. Ты же собираешься сочинять небылицы, которые тебе подпишут «по дружбе» или за бутылку, а истина всегда выйдет наружу. И, кстати, уверен, что я прямо сейчас не записываю эти твои слова на очередной диктофон?
Ничего я не писала, само собой. Но Николай так отшатнулся, что стало ясно никакие липовые подписи он собирать не станет. Прорычав мне «змея, ты у меня ещё попляшешь!», мужчина поспешил на выход. Я забрала все необходимые справки,
поставила ещё с полдюжины подписей и тоже поплелась прочь из здания суда.
Настроение было на нуле. Ещё днём я заходила сюда, окрылённая близкой победой, но сейчас на меня навалилась колоссальнейшая усталость. Казалось, на плечи рухнул весь тот груз, что двадцать лет несла на себе Анастасия Петровна, и под его тяжестью хотелось просто лечь и ничего не делать.
Ладно, мысленно выдохнула я, подходя к трамвайной остановке мне ещё на автовокзал ехать. Об этом я подумаю завтра. И Стасику тоже с утра лучше напишу, на свежую голову.
Вообще, так и подмывало прийти домой и закрыться в комнате. Но, во-первых, с детьми такой номер не прокатит, а во-вторых, меня уже ждали в пятничном клубе. Поэтому пришлось ограничиться сообщением Антону «заседание отложили на три недели, домой вернусь уже после занятий», и, стиснув зубы, отправляться в путь.
Автобус остановился прямо напротив здания сельсовета, и я, изо всех сил пытаясь взбодриться, отправилась на работу. Мои «старшенькие» подопечные уже сидели на своих местах, обсуждая главную новость недели начало учебного года. Сегодня в планах был пэчворк, поэтому я поздоровалась со всеми и принялась раскладывать лоскутки тканей. Но не раздала и половины комплекта, когда вездесущая Мария Никитична перехватила меня за руку.
Давай-ка признавайся, девонька, чего ты такая кислая?
Выглядишь так, словно живот прихватило, подтвердила её соседка по столу. Если не ошибаюсь, заведующая магазином. Рассказывай, авось чего-нибудь придумаем, коллективным разумом.