Давид Игоревич Выходец, Иван Владимирович ЧумакСлед золотого обоза
СЕКРЕТНОЕ ЗАДАНИЕ РАЗВЕДЧИКА СЕМЕНОВА
Слава богу, Лозенко, мы уже на Подоле... облегченно сказал напарнику невысокий худощавый мужчина.
Лозенко устало опустился на мягкую молодую траву. Рядом с ним присел Семенов и стал неспешно перевязывать раненую руку, ниже локтя слегка задетую пулей.
Надо же, черти Чуть не подстрелили Не так обидно, если б красные. А то ж петлюровцы. Ишь, слетелись в Киев! Мы, значит, город брать будем, а они потом грабить
... Лозенко проснулся от холода через какие-то полчаса. Недалеко от него топтался Семенов. Лозенко долго смотрел на его немытое лицо, небритые щеки, потом перевел взгляд на залатанную свитку, стоптанные, стянутые сыромятью башмаки. Кто бы мог узнать в этом нищем стройного, подтянутого поручика, еще недавно браво щеголявшего в новеньком мундире на парадах в занятых деникинцами городах.
Хорошо хоть в голову не попали, посочувствовал Лозенко. Я хотел, было, крикнуть на переправе «Не стреляйте свои», но вовремя вспомнил ваше предупреждение.
Правильно сделал, смягчился голос офицера. Задание наше секретное. Выполним быть мне капитаном, да и тебе в рядовых недолго ходить... Ладно, передохнули, пора трогаться... Поручик поднялся, но, пройдя шагов пять, снова остановился:
Слушай, Лозенко, до рассвета нам надо попасть к людям, которые нас ждут. Дорога, сам видишь какая всего можно ожидать. Так что если вдруг со мной... он замолчал на секунду, ну, сам понимаешь... Тогда дальше пойдешь один. Разыщешь на Подоле крайнюю от Днепра улицу...
Лозенко слушал внимательно. Затем тихонько повторил адрес и пароль. И все же в голосе солдата Семенов уловил некоторое сомнение.
Все понял? переспросил он раздраженно.
Все, ваше благородие. Вот только невдомек мне, зачем мы пришли сюда, чуть головы не сложили, ради какой-то бумажки? И зачем она полковнику, если даже дураку понятно, что город окружен и, как вы сами сказали, не сегодня-завтра будет наш?
Не твое дело, болван! прошипел Семенов. Если посылают значит, надо!
Они долго шли молча. Наконец поручик замедлил ход и, махнув рукой, доверительно прошептал:
Ладно... Только никому... Слышал я у полковника о неких ценностях, которые тщательно оберегают красные. Где они? Семенов развел руками. О них и надо узнать Кроме нас с тобой, еще много людей этим занято
Наконец, они остановились у дома, окруженного густым вишневым садом.
Кажись, здесь, сказал Семенов и вынул из кармана наган.
Под окном зарычал собака. Вскоре скрипнула дверь, и на крыльцо вышел толстый приземистый мужчина.
Кто такие? пробурчал сонный голос. Семенов вплотную подошел к нему, и тот отшатнулся, прикрываясь, словно от призрака:
Вы?!
Так точно. Не ждал? Я и вправду вернулся оттуда, откуда не возвращаются. На худом лице Семенова мелькнула едва заметная усмешка. Ладно, веди в дом. Чего дрожишь? Испугался?
Испугаешься тут, зашептал толстяк. Чекисты все явки в городе накрыли!
Лютуют?
Не то слово, ваше благородие. Спасу нет...
Они на ощупь зашли в небольшую комнату. Хозяин зажег керосиновую лампу, дрожащий огонек которой выхватил из темноты широкую кровать, стоявшую у стены, стол и три стула.
Сперва умоетесь или сразу ужинать будете? спросил он гостей.
Сначала покажи, где запасной ход, предусмотрительно попросил Семенов.
Вон, под кроватью погреб, кивнул хозяин и собрался, было, идти в спальню будить жену, чтобы накормила прибывших, но Семенов решительно остановил его:
Назад... Если я попадусь ей на глаза, то придется ее пристрелить. Никто, кроме тебя, не должен меня видеть: красные расстреляли графа Семенова!
Да я и сам в себя никак не приду, признался хозяин, хорошо помню, как вас взяли И вдруг вы на свободе
Гулял бы я давно на том свете, если б не свой человек в ЧК Но это так Давай план, а то нам возвращаться пора
Так не принесли еще, ответил толстяк, жду.
Как? До сих пор? удивился офицер.
Говорю, как есть. Может, перехватили связного красные. Сколько их уже прибрали к рукам...
М-да... Раз так, давай хоть перекусим, что ли, Семенов уселся на стул, взял ломоть хлеба и кусок сала. Хозяин поставил на стол бутылку самогона, но офицер сердито возразил, что сейчас пить не время.
Лозенко ел молча, в разговор не вмешивался, а поручик, выщипывая из ломтя хлебный мякиш, думал о плане и полковнике, который так ждет его возвращения. Когда Семенова вызвали в штаб, сквозь неплотно прикрытую дверь он расслышал обрывки беседы между начальником отдела деникинской контрразведки полковником Пальчевским и его давним приятелем подполковником Нечаевым.
Только бы перехватить у большевиков те ценности, говорил тогда Пальчевский. И для армии хватило бы, и мы б с тобой в накладе не остались Только бы перехватить...
ТРЕВОЖНОЕ ВРЕМЯ ОСАДЫ
В коридоре, у кабинета с табличкой «Председатель губчека» тихо переговаривались несколько сотрудников, которые прервали разговор с появлением коренастой фигуры Петра Ивановича Денисенко хозяина кабинета. У него было смуглое, с темным отливом лицо, на котором из-под широких косматых бровей смотрели проницательные карие глаза. Молча кивнув на приветствия, он зашел в кабинет и пригласил в него ожидающих. Последним вошел заместитель председателя губчека Артем Груша. В шинели, при портупее он недавно прибыл с передовой.