Народ у нас здесь не особенно зажиточный, пожал плечами Томас. И Рувиму, моему боссу, не по душе обдирать покупателей.
Женщина достала из переднего кармана джинсов двадцатку странно, что для купюры там вообще нашлось место, и протянула парню, бросив при этом:
Сдачу оставь себе.
«Неужто по мне видно, что я нуждаюсь в подобной благотворительности?» подумал Томас, однако в ответ кивнул и убрал банкноту в кассу. Уж такая женщина, несомненно, может позволить себе поднять доходы лавки Рувима.
А за карту сколько?
Резервации или заповедника?
Я еду в казино.
А, ну куда же еще.
Тогда вы ошиблись стороной резервации.
Ошиблась? Хочешь сказать, у нее есть правильная и неправильная стороны?
Вовсе нет. Впрочем, это зависит от того, с кем разговариваешь. Но сейчас я имею в виду, что вам нужна местность класса люкс, где располагается казино. Само-то оно дальше к югу, за перевалом Грифового хребта.
Как-как?
Это часть заповедника, которая делит нашу резервацию пополам. Вам нужно ехать на юг, пока не доберетесь до перевалочного пункта. Там куча указателей даже карта не понадобится.
Затем Томас объяснил посетительнице, как вернуться в Хакинту на Захра-роуд, где и следует свернуть на юг, а дальше дорога сама к казино выведет. Женщина, впрочем, слушала вполуха, зато ее аура на протяжении объяснений не сводила с Томаса пристального взгляда.
То явно была не простая аура она запоминала наставления как для женщины, так и для себя самой. Парень сосредоточился на лице незнакомки, стараясь не обращать внимания на образ призрачной птицы.
Просто не забудьте, что после перекрестка Захра-роуд в южном направлении называется Редондо-драйв.
Запомню, спасибо.
Незнакомка двинулась к выходу, а ее воронова аура развернулась, продолжая смотреть на Томаса. На самом пороге женщина внезапно остановилась и тоже обернулась.
Ты мне так помог, заговорила она, что я чувствую себя просто обязанной тоже указать тебе кое-какое направление.
Томас понятия не имел, о чем она толкует.
Да все в порядке, отозвался он. Я прекрасно знаю, где нахожусь.
Ты уверен?
Я живу здесь с самого рождения, пожал плечами парень.
Но знаешь ли ты, кто ты такой? не унималась незнакомка.
На протяжении диалога призрачный ворон словно прислушивался, склонив голову набок. Ничего подобного Томас в жизни не видывал. Равно как и женщин вроде той, что стояла сейчас в дверях фактории. Она могла сойти прямо со страницы модного журнала или с экрана так же запросто, как пару минут назад выбралась из своего длинного черного кадиллака.
Да вряд ли это имеет хоть какое-то значение, ответил Томас.
Пожалуй, ничего печальнее я за сегодня не слышала, изрекла женщина.
«Потому что ты живешь с другой стороны резервации», подумал Томас, однако всего лишь вежливо пожал плечами.
Для тебя это должно иметь значение, настаивала посетительница. Ты должен узнать, кто ты такой. Узнать со всей основательностью.
сказала женщина в фирменных шмотках по дороге в казино на коллекционном кадиллаке, все-таки не удержавшись, брякнул парень.
Какое-то время незнакомка молча буравила его своими темными как ночь глазами.
Не суди о вещах по их виду, наконец ответила она.
А потом дверь за ней закрылась.
Томас следил из окна, как она возвращается к машине. Незнакомка ни разу не обернулась, но воронова аура не сводила с него глаз, пока вместе с женщиной не скрылась за дверцей автомобиля.
Безумие какое-то.
Поднятая машиной пыль уже давно улеглась, а он все продолжал пялиться на опустевшую стоянку.
2. Стив Коул
Пока не появляется эта тачка.
Судя по звездам, полночь еще не настала. Я подхожу к обрыву и наблюдаю за светом фар, приближающимся на совершенно пустой двухполосной дороге.
В нескольких сотнях метров за моим лагерем автомобиль останавливается. Пассажирская дверца открывается, и кто-то вываливается на утрамбованную колесами землю обочины. Пожалуй, это женщина или девушка с такой-то шевелюрой! хотя я знавал уйму парней, способных оспорить подобное наблюдение. Тем не менее движения фигуры вовсе не мужские.
Едва поднявшись на ноги, она бросается к машине, но дверца захлопывается. Водитель дает по газам, из-под колес летит щебень. Пару секунд фигурка бежит за автомобилем, но затем останавливается, поняв, что черта с два ей его догнать. Какое-то время она стоит с обреченно поникшими плечами. А потом опускается на землю и садится, обхватив колени руками.
Вновь доносятся завывания койотов, на этот раз ближе. Меня они нисколько не беспокоят, а вот женщина внизу встревоженно вскидывает голову.
Койоты нападают крайне редко. Она этого не знает. А может, просто сообразительна, оттого и нервничает. Потому что, как ни крути, здесь, в пустыне, ничему и никому доверять нельзя. Ни шипам, ни горам, ни зверям, ни людям. Пожалуй, более всего людям.
Опоссум Джонс старый отшельник, взявший меня под свое крыло еще в восьмидесятых, вбил мне в голову правило номер один: не ввязывайся. Увидишь кого развернись и топай себе дальше.
У голодной пумы участия и то больше, твердил он, по обыкновению растягивая слова.