Разглядывая океан, который будто нависал у нас над головами, дедушка приумолк, что было не очень-то на него похоже. Запад. Нальхалла, моя родина, пусть я еще ни разу не ступал по ее земле.
Что-то не так? спросил я.
Хм? Не так? Да все так! А с какой стати, мы же спасли твоего отца от Александрийских Хранителей! Должен сказать, ты проявил недюжинную сообразительность как и полагается настоящему Смедри. Отличная работа! Мы вышли победителями!
Не считая того факта, что у моей матери теперь есть Линзы Переводчика, заметил я.
Ах, точно. Ну да, есть такое.
Из Песков Рашида, с которых и началась вся эта заварушка, выплавили Линзы, которые умели переводить текст с любого языка. Мой отец каким-то образом умудрился собрать эти пески, а потом поделил их на две половины и одну отправил мне этого было как раз достаточно, чтобы выплавить из них одну пару очков. Еще одну пару Линз он сделал себе. После фиаско в Александрийской Библиотеке эту пару выкрала моя мать. (Мои собственные Линзы Переводчика, к счастью, были все еще при мне.)
Это означало, что, заручившись помощью Окулятора, она могла прочесть тексты на Забытом Языке и узнать секреты древних людей из народа инкарнов. Могла прочесть о чудесах их магии и технологии, и даже найти среди них какое-нибудь супероружие. В этом и была проблема. Видите ли, моя мать принадлежала к числу Библитекарей.
Какой у нас план? спросил я.
Пока точно не знаю, ответил дедушка Смедри. Но лично я собираюсь переговорить с Советом Королей. У них должно быть мнение на этот счет да, наверняка. Он немного взбодрился. А вообще-то, что толку беспокоиться об этом прямо сейчас! Ты же не для того сюда спустился, чтобы слушать всякий депрессняк в исполнении любимого дедушки!
Я едва не обмолвился, что он был моим единственным дедушкой. Но, немного подумав, понял, что это означало. Буэ.
Вообще-то, сказал я, глядя вверх на Ветросокола. Я хотел спросить о моем отце.
И о чем же именно, мальчик мой?
Он всегда был таким
Рассеянным?
Я кивнул.
Дедушка Смедри вздохнул.
Твой отец на редкость целеустремленный человек, Алькатрас. Ты знаешь, что я не одобряю его решение оставить тебя расти в Тихоземье но, в общем, за свою жизнь он совершил немало великих вещей. Ученые уже не одну тысячу лет пытались расшифровать Забытый Язык! Мне казалось, что это просто невозможно. И я сомневаюсь, что кому-то из Смедри удалось овладеть своим Талантом так же хорошо, как Аттике.
Сквозь стеклянный пол я видел какие-то фигуры и тени наших спутников. Среди них был и мой отец человек, за размышлениями о котором прошло все мое детство. Я ожидал, что он будет чуть больше ну, рад меня видеть.
Пусть именно он меня изначально и бросил.
Дедушка Смедри опустил руки мне на плечи.
А, да не кисни ты так. Аховые Абрахамы, парень! Ты впервые в жизни посетишь Нальхаллу! Рано или поздно мы с этим разберемся. А пока сядь и хоть ненадолго расслабься. На ближайшие месяцы нам предстоит много дел.
А далеко еще? спросил я. Мы летели большую часть утра. И это после того, как мы две недели провели в лагере, разбитом на задворках Александрийской библиотеки, дожидаясь, пока мой дядя Каз доберется до Нальхаллы и пришлет за нами корабль. (Они с дедушкой Смедри решили, что Каз быстрее доберется своими силами. Как и все прочие Таланты Смедри, умение Каза заключавшееся в его фееричной способности теряться и блуждать могло выкидывать неожиданные фортели.)
Я бы сказал, что уже не очень, ответил дедушка Смедри. Совсем не далеко
Я повернулся и посмотрел вдаль на воду, где и правда увидел землю. Далекий континент, где-то на границе видимости. Я сделал шаг вперед и, сощурившись, пригляделся со своей перевернутой наблюдательной точки. Вдоль берега раскинулся город, отважно вздымавшийся в свете раннего утра.
Замки, прошептал я, когда мы подлетели ближе. Здесь полно замков?
Их счет шел на десятки, а возможно, даже сотни. Город целиком состоял из замков, тянущихся к небу витиеватыми башнями и изысканными шпилями. На их верхушках развевались флаги. У каждого замка была своя форма и архитектура,
а окружала их все величественная крепостная стена.
На общем фоне выделялись три строения. Одним из них был черный замок вблизи южной окраины города. С высокими, отвесными стенами, он создавал ощущение своеобразной мощи, будто горный пик. Или каменный исполин-бодибилдер. В центре города располагался странного вида белый замок, напоминавший пирамиду с башнями и парапетами. Его огромный флаг сверкал красным и был виден даже с такого расстояния.
Самое странное сооружение находилось у северной окраины, по правую руку от меня. Внешне оно напоминало гигантский хрустальный гриб. Его высота достигала, как минимум, ста футов, а ширина вдвое больше. Гриб вырастал из города, отбрасывая своей «шляпкой» тень на более приземистые здания. На его вершине стоял замок более традиционной архитектуры, переливавшийся на солнце так, будто состоял из сплошного стекла.
Кристаллия? спросил я, указывая на стеклянный гриб.
Так и есть! ответил дедушка Смедри.
Кристаллия, родной дом Рыцарей Кристаллии, верных защитников клана Смедри и монарших семей Свободных Королевств. Я оглянулся на Ветросокола. Внутри ждала Бастилия, которой по-прежнему грозило наказание за потерянный в Тихоземье меч. Ее возвращение домой, в отличие от моего, будет не из приятных.