— Иногда.
— Почему ты служишь Кертису?
— Силикоиды не служат.
— Вот именно, почему…
— Я возвращаю долг.
— Ага. Ясно.
Серая башня терпеливо ждала.
— Ты можешь сказать мне о Кертисе?
— Что?
— Что-нибудь.
По бугристому камню пробежала рябь. И невидимый хор прошептал:
— Он похож на свой дом.
— Веселенького мало, а? — ухмыльнулся Кей, открывая калитку. — Спасибо, каменюка…
Он ступил на песок. Желтый песок до горизонта, где сквозь радужную дымку барьера просвечивали ночные женевские улицы. Здесь солнце было в зените, и капли пота выступили у Кея на лбу. Впрочем, дело было не только в жаре. Он увидел инструктора.
Булрати были одной из самых могучих и опасных рас нечеловеческого космоса. Внешне они походили на медведей двухметрового роста, вот только ни один медведь не мог похвастаться такой быстротой движений, прочной, как стальная проволока, шерстью и полноценным разумом.
Этот булрати был стар. Темно-коричневая шерсть утратила блеск и стала виться невинными колечками. Зубы в оскаленной для приветствия пасти были сточены наполовину.
— Здравствуй, Кей. Надевай броню. Ты готов?
Его голос казался удивительно мелодичным и нежным — случайная особенность эволюции, так часто подводившая людей в эпоху Первых Контактов.
Броня лежала рядом на песке. Темно-синяя шершавая чешуя, складывающаяся в странные мягкие формы. Легкие пластиковые доспехи, предназначенные лишь для рукопашного боя. Мускульные усилители были сняты, но медицинский блок помаргивал зеленым огоньком готовности.
— Как тебя звать, старик? — соединяя разъемы брони, спросил Кей. Булрати клацнул зубами:
— Мое имя не для тебя. Я твой инструктор. Человек Кей, ты дорожишь своим телом?
— Оно должно прожить три дня… — Кей соединил последние сегменты брони, стал в боевую стойку. — Я готов, булрати.
Удар в живот откинул его к изгороди. Медблок в броне заверещал, накачивая Кея стимуляторами и обезболивающими.
— Этот удар убивает не сразу, — подходя к Кею, пояснил булрати. — Через неделю-две твоя печень перестанет работать. Неприятный сюрприз для пленных людей, которых мы отпускали в Смутные дни.
Поднимаясь, Кей ударил булрати в пах. Шерсть смягчила удар, нога заныла, но булрати отшатнулся.
— Мы обычно просто кастрировали пленных, — сообщил Кей. — Или стерилизовали планеты. Точно?
— Я был на планете, над которой прошел «Жнец», — сообщил инструктор. — Твой удар болезнен, но малоэффективен.
От следующего удара Кей ушел. Булрати закружился вокруг, взметая когтистыми лапами песок. Потом, внезапно опустившись на четвереньки, метнулся к Кею.
Подпрыгнув, Кей пролетел над раскрытой пастью. Оседлав огромное тело, он ударил его по бокам — анатомия булрати была почти человеческой, а почки оставались слабым органом у всех рас — и кувыркнулся в песок.
Булрати выпрямился. Провел лапами по телу. Спокойно спросил:
— Обычно люди не допускают и мысли, что разумная раса атакует на четвереньках. Внешне ты молод. Ты воевал с нами?
— Я люблю смотреть хронику.
— Ваше несовершенное зрение упрощает запись информации. — Булрати издал хрюкающий звук. — Почему вы победили в той войне? Вы слабее нас и глупее псилонцев. Вы средние…
— Мы средние во всем.
— Да. Обидно, что в Галактике правит середина…
Эта атака застала Кея врасплох. Прижатый к песку двухсоткилограммовой тушей, он не мог даже пошевелиться.
Челюсти булрати раскрылись, обдав Кея странным, неожиданно приятным запахом, и потянулись к его горлу.
Тонкий писк раздался в тот миг, когда Кей почувствовал касание клыков. Булрати заревел, отводя пасть. Поднял правую лапу — сквозь шерсть поблескивали самые обычные человеческие часы.
— Тебе повезло, человек, — сбавляя голос, произнес он. — Ты выдержал пять минут боя без правил. Теперь я не имею права тебя убить.
С неземной грацией он поднялся. Кей лежал, глядя на своего несостоявшегося палача.
— Вставай, Кей. Сейчас я буду учить тебя, как человек может убить булрати. И запомни — эти знания даны лишь тебе.
— Можно вопрос?
— Говори.
— Почему у тебя так приятно пахнет изо рта? Вы же предпочитаете несвежее мясо?
— Это дезодорант, придурок. Любая разумная раса следит за своей гигиеной.
— Логично. — Кей встал. Медблок продолжал работать, но тело ныло. — Хорошо, объясни, как тебя убить?
— Наиболее уязвимой зоной нашей расы является район сигмовидной железы, — глухо начал булрати. — Если ты проведешь линию от моих половых органов к правому глазу, то на середине этой линии окажется участок, не защищенный мускульным слоем…
7
Ван Кертис пригласил Кея на ужин. Выслушав краткие наставления силикоида относительно принятых норм поведения, Кей, морщась, поднялся с кресла. Не обращая внимания на неподвижную каменную громаду, разделся.
Мрачно посмотрел на себя в зеркало. От синяков и кровоподтеков броня не спасала, от удара в печень, если верить инструктору, — тоже.
— Булрати — лучшие бойцы в Галактике, — глухо произнес силикоид.
— Лучше, чем вы? — Кей дотронулся до плеча и тихо взвыл.
— Вероятно. Они нашли способ убивать нас в рукопашном бою.
— Да? И какой же? — заинтересовался Кей.
— Я бы не сказал этого, даже если бы знал.
— Надо будет поинтересоваться.
— Ложись на пол.
Кей удивленно посмотрел на силикоида, но спорить не стал. Он растянулся на тонком и слегка пыльном ковре, а силикоид медленно надвинулся на него. По телу прошла тяжелая волна.
— Гравитационный массаж, — зачем-то разъяснил силикоид, раскачиваясь. — Ты почувствуешь себя лучше. Мы умеем не только убивать своим полем…
Телохранитель с планеты Альтос не страдал от неприятных воспоминаний. Но почему-то ему вспомнились космодром Каилиса и кровавое пятно в полусотне метров от корабля. Маленькие гаденыши всегда лезут под дюзы…
— Благодарю, уже лучше. — Кей выкатился из-под силикоида. — Младший Кертис будет присутствовать на ужине?
— Вероятно.
Кей оделся — дорогой костюм, широкий переливчатый галстук, предельно нефункциональная обувь из жесткой кожи — и пошел вслед за силикоидом. Он чувствовал легкое любопытство, смешанное с досадой: как всегда перед знакомством с клиентом, которому нельзя отказывать. Профессионал должен иметь право выбора, черт возьми.
— У тебя есть желание задавать вопросы?
— Что? Ну да, конечно. Вы носите одежду?
— Я одет, — с достоинством отозвался силикоид.
Кей поперхнулся, но сдержал смех.
— Теперь моя очередь задавать вопрос. — Силикоид замедлил движение, поравнявшись с Кеем. — Если люди обретут могущество, что они будут делать?
— Не понял, — честно ответил Кей. Они вышли из дома-башни и направились к маленькому круглому павильону в отдалении. По пути им предстояло пересечь сосновый лесок, пройти мимо каких-то дурацких камней, установленных в круг, и крошечного корвета времен Смутной Войны, вплавленного в гранитный постамент.
— Сформулируем иначе. Если могущество Империи Людей неизмеримо возрастет, как изменится политика человечества?
— Мы перестанем обращать внимание на иные расы. Перестанем с ними считаться. А вы бы поступили иначе?
Силикоид промолчал. Потом, качнувшись в сторону корвета, произнес:
— Во время Смутной Войны Кертис Ван Кертис служил в частях вольных охотников. Для них не было уставов, приказов и стратегических задач. Мы так и не поняли, как можно бороться с неорганизованным противником.
— Ван Кертис — мужественный человек! — громко произнес Кей.
— Согласен. Но многие говорят, что его кораблик очень хорошо сохранился. Двигатели изношены, но броня цела. Самое любопытное, что из последнего полета Кертис Ван Кертис вернулся с неработающим компьютером… Мы пришли. Я не употребляю органическую пищу, но желаю вам приятных вкусовых ощущений и удачного пищеварения.
Грациозно описав полукруг, силикоид полетел обратно. Кей постоял, разглядывая древний кораблик Кертиса, потом открыл дверь в павильон. У него было органическое тело, нуждающееся в пище, и отличный аппетит, разбуженный тренировкой с булрати.
8
Внутри деревянный павильон обернулся каменным замком. Огромный зал напомнил Кею церкви Единой Воли, куда его водили в детстве, и вызвал смутные чувства трепета и неприязни. Ноги путались в сухом тростнике, устилавшем пол. Сводчатый потолок превращал шорох тростника и звуки шагов в ровный шум.
Кертис Ван Кертис сидел за круглым столом, энергично кромсая кусок жареного мяса. Увидев Кея, он слегка привстал: