- Сбили южнокорейский "боинг", собьют и нас. Ноги держи полусогнутыми, вот так. Руки прижми к бокам. Сгруппируйся. С парашютом прыгал когда-нибудь?
- Нет. А тебе что, приходилось?
- Давно, - сказала, помолчав, Лина.
Самолет шел на бреющем полете. Внизу, в нескольких сотнях метров, мелькали ручьи, невысокие холмы, стайки каменных берез. Игорь подошел к Леониду и что-то сказал ему. Тот кивнул головой, покинул свое место и сел у Владимира за спиной. "Бух-бух-бух", - раздалось снаружи, и самолет трижды в такт звукам дернулся. По правому крылу будто кто-то постучал гигантским кулаком.
"Совсем как Игорь ко мне в номер", - мелькнула у Владимира дурацкая мысль.
Оконечность правого крыла превратилась в лохмотья. Вспыхнул на мгновение и тотчас погас сорванный набегающим потоком воздуха оранжевый огненный цветок. Самолет накренился. Из кабины летчиков раздались крики. Игорь махнул остальным рукой - сидите! - и исчез в кабине.
До отказа выпустив закрылки на правом крыле, пилоты старались удержать "ЛИ-2" на курсе. Похоже, на самом деле этот видавший виды самолет был чем-то вроде воздушного "ГАЗ-21". Неуверенно плавая, как опавший лист, он тем не менее не сваливался в штопор.
Деревья замелькали совсем близко. Это было очень похоже на полет на вертолете во время поисковых работ, когда "МИ-4" несется в двадцати метрах над землей, распугивая треском винтов попадающихся на его пути медведей.
В иллюминатор было видно, как впереди замаячило пятно безлесой равнины. Самолет опустился почти до верхушек деревьев, и тут в хвостовом оперении раздался взрыв, перешедший в треск.
Самолет резко клюнул носом и нырнул вниз. Что-то тяжелое ударило Владимира по затылку, и яркие солнечные лучи, бьющие в иллюминатор, вдруг потемнели. Он успел подумать: "Так вот какой он - черный свет", - и упал на бок…
Владимир открыл глаза. Было очень тихо и щекотно - что-то ползло у него по щеке. Кучевое, плотно слепленное облако проплывало по полуденному небу. Владимир дотронулся до щеки ватной, будто чужой ладонью и, тупо посмотрев на светло-зеленую гусеницу, выронил ее за воротник расстегнутой рубашки.
От движения сразу заныло в голове. Боль распространялась от затылка, и он вспомнил, как что-то тяжелое, наверное, ящик с оборудованием, ударило его перед самым падением самолета.
Над ним склонилось знакомое лицо.
- Ожил? - сказала Лина. - Хорошо. Чувствуешь себя как?
- Нормально. Голова только побаливает. Слабость…
- Сейчас я тебя приободрю.
Лина достала из кармашка шприц, всадила тонкую иглу прямо сквозь одежду Владимиру в бедро. Он почувствовал, как жаркая волна поднимается по телу. Головная боль прошла. Он оттолкнулся локтем от земли и сел.
Метрах в ста от них догорал "ЛИ-2". Искореженный самолет с задранным хвостом напомнил Владимиру фильмы о Великой Отечественной. Воздушные бои, черные полосы дыма от горящих "мессеров" и "хейнкелей", остатки вражеской техники.
Немного в стороне вулканологи складывали в кучу разбросанные вьюки и ящики. Их число заметно поуменьшилось. К ним подошел Игорь.
- Ну как, все нормально?
- В порядке. Как остальные?
- Из наших все живы. Легкие ушибы и все такое. Вот только летчики…
- Что?
- Оба погибли. Во время удара о землю. Я едва успел выскочить из кабины. Часть оборудования сгорела. Ну да черт с ним. Не до того сейчас.
- Что делать будем? - спросил Владимир.
- Соберемся в кучку, подумаем. Сначала надо определиться, где мы находимся.
- Моя сумка цела?! - вскинулся Владимир. - У меня там карта есть.
- Целехонька. Вон она.
К ним подошли остальные.
- Ну и рожа у тебя, Шарапов, - через силу засмеялся Владимир, увидев физиономию Андрея.
- Что? - удивился Андрей. - Какой Шарапов?
- Ты что, фильм не смотрел? - удивился в свою очередь Владимир. - Вся страна эту прихватушку знает.
- А он тоже головой ударился, - сказал Игорь, - вот память и отшибло.
Они сели на пригорке, оперившемся молодой травкой, и немного помолчали.
- Ну, какие будут предложения? - спросил Игорь. - Только попрошу опираться на реалии. А они таковы: связи нет, продуктов самый минимум, куда идти - неизвестно. Есть оружие - пара ижевок, патроны. И все, слава Богу, живы и без травм. Только без фантазий и коротко.
Владимир смотрел на черную с проседью бороду Игоря и удивлялся тому, как изменился "священник". Где это мягко-любовное "брат" и теплый взгляд карих глаз? Игорь не спрашивал, не отвечал - он отдавал команды и принимал решения.
- Можно вернуться, - нерешительно предложил Андрей. - Оборудование, естественно, придется бросить. Возьмем только оружие, боеприпасы и продукты.
- Ты хоть представляешь, что это такое - пройти триста километров по тайге, сопкам и болотам? И попутно перевалить через Восточный хребет?
- Ну… не знаю.
- Мне кажется, надо остаться здесь, - решительно сказала Татьяна, - и ждать. За нами должны прилететь. Ведь не иголка в стоге сена - самолет пропал.
- Сколько ждать? Неделю? Месяц?
- Я думаю, недолго. Через день-два нас начнут искать.
- Из Питера? Для них мы улетели - и сели. Мы уже в Калчах, понимаешь? Этот идиот летун… прошу прощения, о мертвых или хорошо, или… В общем, он ничего не сообщил в Питер о сложившейся ситуации. Да и не до этого было.
- Тогда нас начнут искать из Калчей, - подал голос Леонид.
- Кому мы там нужны? Для них мы уже мертвецы. Ведь приказ сбить "ЛИ-2" был оттуда.
- А вы что думаете, Володя? - Игорь повернулся к нему.
- Я думаю, у нас один путь - в Калчи. Там не только военная часть, где, похоже, командир, отдающий приказ сбить пассажирский самолет, сошел с ума. Калчи - большой поселок. Нам нужны продовольствие, информация. Все это только там.
- Приятно слышать разумные слова, - сказал Игорь. - Признаться, я и сам склоняюсь к такому варианту. Но нужно знать, куда и сколько нам идти?
- У меня есть карта. Я сейчас.
Владимир, покачиваясь, пошел к груде тюков. Взял свою сумку, которая стояла с краю, и вытащил пакет с картой. В темной глубине сумки сверкнул футляр с авторучкой. Владимир подумал секунду и сунул его в карман. Потом осмотрел металлоискатель. Похоже, прибор не пострадал, по крайней мере, внешний осмотр не выявил повреждений. "Пригодится ли он мне?" - впервые с сомнением подумал Владимир. Тщательно продуманная операция срывалась по странным, непонятным причинам.
Он развернул карту, и все наклонились над ней.
- Мы находимся вот здесь, - показал Владимир точку на карте, - это Шивелуч. Вон он - за спиной. Слева хребет Кумроч, напротив скальный массив высотой в полторы тысячи метров. До Калчей тридцать километров. Это если по прямой, через сопки, тайгу и скалы. Но лучше, я считаю, взять левее, вот сюда. Тогда мы выйдем через два дня к реке Камчатка. Калчи - на другом ее берегу. Вот такое мое предложение.
Игорь оглядел вулканологов.
- Кто еще хочет сказать?
- По-моему, разумно, - сказал Леонид. - В любом случае надо идти до обжитых мест. Нечего тут ждать у моря погоды.
- Ну что, брат, - обратился Игорь к Владимиру, - вверяем свои судьбы в твои руки. Веди.
- Надо бы летчиков похоронить сначала, - сказал Владимир.
- Летчиков? К сожалению, от них мало что осталось, брат. Они сгорели вместе с самолетом. Вытащить их тела не было никакой возможности.
Игорь снова стал "священником" с добрым взглядом и мягким голосом.
Владимиру стало неприятно. Барахло свое, значит, успели вытащить, а тех, кто спас их от гибели, забыли.
Они стали разбирать тюки. Всю поклажу им, конечно, было не унести. Взяли по легкому рюкзачку с самым необходимым, продукты, двустволки. Остальное сложили в кучу, накрыли брезентовым пологом и края его прибили к земле сломанными на части алюминиевыми стойками от какого-то прибора.
- От медведей не спасет, - сказал Владимир. - Эти твари любопытные. Обязательно внутрь залезут.
- Здесь что, медведи водятся? - испуганно округлила глаза Татьяна.
- Да уж побольше, чем людей.
Из разломанного ящика они соорудили костер и молча пообедали разогретыми консервами. Настроение у них было не то чтобы подавленное, а скорее настороженное - как у разведчика, крадущегося ночью во вражеском лагере.
- Ну что, вперед, брат, - сказал Игорь, затоптав костер, - в путь-дорогу.
- Сейчас, - сказал Владимир, - сориентируюсь.
Он забрался на верхушку холма, который метров на двадцать возвышался над окружающей равниной, и огляделся.
Равнина была не такой уж и большой. С северо-востока ее отгораживала от Шивелуча гряда невысоких сопок, поросших редким лесом, на юго-западе местность понижалась и уходила к горизонту, где белел в дымке Срединный хребет, чьи отроги забирались далеко к югу. В том направлении, куда им надо было двигаться, ничего примечательного - сопки, каменные березы и цветущие кусты жимолости.
Вулканологи вытянулись в цепочку и двинулись навстречу неизвестности.