закопает! Эрик состроил испуганную физиономию, Ему только дай про конструкционные особенности станций поговорить целый Курчатовский институт замучает. Лучше расскажи, наконец, как получилось, что ты сюда приехал?
Да, расскажи! поддержал Александр Николаевич, Про стержни и сборки ещё успеется, а это, мне кажется, сейчас важнее.
Он как-то странно посмотрел на инопланетного бэ-энчика. Будто чего-то уже ждал от этого разговора и за результат беспокоился. Будто уже была у них какая-то общая тайна. И похоже, неприятная Сэнед немного промолчал, моргая сказочными своими глазами, взял со стола ретранслятор, покрутил, положил на место, вздохнул.
И наконец, выдал фразу, от которой впору челюсть до центра Земли отвесить. Рэй обрадовался, что в этот миг ничего не пил. Иначе бы непременно подавился.
Всё началось с того, что я решил похитить уважаемого Александра Николаевича.
Что-о? округлил глаза Тошка Что значит "решил похитить"?
Ну, как похищают? быстронейтронник совсем по-земному пожал плечами.
Да я же тебя сейчас! Чернобыльников вскочил, с шумом отбросив стул. Жалобно звякнула сброшенная на пол ложечка, Я же тебя сейчас убью на месте!
Тихо! повысил голос ВИУР, Держи себя, пожалуйста в руках и в стержнях, Антон! А Сэнед пусть дальше рассказывает. Последовательно. Всё, что рассказал мне.
Тошка сквозь зубы прошипел что-то ругательное, но стул подобрал и на место всё-таки сел. Прожигая инопланетянина яростным взглядом. Лина хотела было положить ему руку на плечо, но припятский активити дëрнулся и не позволил. Рэй, ошарашенный не меньше остальных, пообещал себе, что в любом случае даст потом за это Чернобыльникову по шее.
Бэ-энчик поправил провод ретранслятора и начал рассказывать последовательно.
Диск 3, фрагмент 2
Быстронейтронник капельку подумал и даже обрадовался. Слишком мало тепла оставил он в родном городе Сиарнаре, а научная работа всегда ему нравилась. Бэ-энчика даже не смутило, что в соответствии с принятыми здесь нормами безопасности, ему должны частично заблокировать память о родном мире. Он без малейшего дискомфорта для себя перенёс чуть позже соответствующую операцию и не раздумывая подписал договор, в котором в том числе прописывались нормы секретности и внутренней безопасности, "способные удовлетворить даже самого глубокого параноика".
Подозревать что-то неладное Сэнед начал где-то через месяц.
Во-первых, судя по содержанию материалов, которые ему выдавались для анализа, руководство этого научного центра интересовали исключительно аварии, катастрофы, опустошительные войны, покинутые планеты и погибшие цивилизации. Во-вторых, к станции Исса не прилагалось никакого города или хотя бы посёлка для энергетиков и их семей. ("Покидать станцию нам строжайше запрещалось, но по ноосфере-то я смотрел"). Всё электричество, которое вырабатывала Исса, уходило на её же собственные нужды. ("А ведь это много, очень много энергии"). Домики для сотрудников располагались прямо на территории станции, а весь её младший персонал состоял из роботов, полностью человекоподобных внешне, но, увы, не обладающих никакой личностью. И секретность, секретность, секретность, правила не только внешней, но и внутренней безопасности годились скорее не для атомной станции, а для военной тюрьмы.
Чуть позже и не без
труда Сэнед выяснил, что АЭС Исса была странствующей. Она могла произвольно менять свою координату, попросту исчезая в одном мире и возникая в другом. Причём, миры каждый раз выбирались на удивление мрачные и паршивые.
Жили на Иссе и двое других активити, "один похож на ваши БВР, а второго ретранслятор рекомендует называть токамаком, во всяком случае, его исходный реактор работал, используя не распад, а синтез". Но они обитали на двух остальных блоках и трудились в других лабораториях над другой проблематикой. Сообщаться друг с другом персоналу разных блоков не разрешалось.
А однажды случилось страшное.
Сэнед пришёл в хранилище "инокоординатных образцов печатных материалов" и случайно увидел на одном из столов газету на родном хайканском языке. Передовица, оплетëнная траурными виньетками, с глубоким прискорбием сообщала, что в результате пожара и взрыва на третьем энергоблоке АЭС Майтирэн трагически погибли общим числом более двухсот пожарных, военных и сотрудников станции, а множество жителей города Сиарнара и его ближайших окрестностей получило радиационные и химические поражения разной степени тяжести.
Обмерев от ужаса, Сэнед, вцепился взглядом в дату выхода номера. И понял, что газета из параллельного мира, история которого обгоняет ту, которую он привык считать своей привычной, на десять лет.
Сэнед никогда не был особым патриотом. И совсем близких людей у него на родине не было. Скучал он, разве что, по восходам-закатам, запахам и знакомым голосам птиц. Ну, может быть, ещё по вкусу печенья из кафетерия при научном центре.
Но одно дело почти не тосковать по родным местам. И совсем другое равнодушно пожав плечами, позволить им сгореть. Конечно, параллельные миры на то и параллельные, чтобы история в каждом из них хоть чуточку отличалась. Но где гарантия, что и в родном мире Сэнеда не случится этой аварии? Что в соответствующем году третий блок родной станции непременно продолжит спокойно работать?