И вдруг однажды во время обеда рядом, за соседним столом, устроился аристократичный адепт с первого курса. Спесь. Надменность. Опасение показаться смешным и опозориться. В таком возрасте это страшнее смерти. Да, Ирри не понимала, но многое помнила.
Злые насмешки явно знакомых по школе, равнодушные и пренебрежительные ответы. Маска, за которой привык прятаться от большого и страшного мира, как это знакомо. Хотя сравнивать себя с этим породистым ребёнком в тьма знает каком поколении странно. Наверное, особенность логики поиск того, кому хуже, чтобы было, о чем переживать.
Это всегда так, сказала Ирри, стоило остальным отойти.
Метресса?
Новое место вызывает настороженность, ваши знакомые тоже так себя вели в прошлом году.
Не понимаю, к чему это все.
Наверное, попытка сказать что-то хорошее. Все наладится. Честно. В пятнадцать я думала, что умру от стыда, глупость тогда совершила, но с тех пор прошло два десятка лет и ничего, жива до сих пор.
Благодарю, чопорно отозвался адепт.
Знаете, совет не принимать близко к сердцу разумный и полезный, но тот, кто может так реагировать, в нем не нуждается. Понимаю, мои слова ничем не лучше, простите за вмешательство.
Ничего, понимаю. Вам тоже не хорошо?
Наверное. Я аспирант зомби-кафедры, у которого отобрали идею. Что мне там делать теперь, непонятно.
Займитесь чем-то еще, легко посоветовал первокурсник.
Я слабый маг, теоретик, из меня даже нормальный бытовик не вышел, ни некро, ни темного дара даже в помине нет. Что я буду там делать конструировать зомби, пропалывающего морковку? огрызнулась Ирри на такой простой совет.
Как вариант. Этим еще никто не занимался, там тоже требуется создание чего-то нового и полезного, ваш зомби для прополки отличный вариант.
Спасибо за идею.
На самом деле подумайте. Не понравится, уйдете
И идею снова кто-то заберёт. Отличный план, но простите за жалобы. Хорошего дня.
И вам, метресса.
Ирри ушла и не видела, как адепт задумчиво посмотрел ей вслед, покрутил на пальце родовой перстень и отправился к столу для грязной посуды. Пока здесь все было странно.
После обеда ректор пропал вместе с попечителями, повалившими косяками. Столько аристократически-надменных лиц и таких разных глифов Ирри не видела ни разу. А от обилия артефактов аж нехорошо становилось. И не сказать, что их было много на каждом конкретном человеке, но общее ощущение и подавляющий фон возникали весьма специфические.
К счастью, ненадолго, адепты-первокурсники стали прибывать массово, насколько это применимо к темным направлениям. Потом заглянул Абха и, осмотревшись, гордо поставил на стол Ирри что-то в свертке. Большое и массивное.
Это?
Открывайте, кивнул некромант и его голос аж зазвенел от предвкушения.
Ирри развязала веревочку и опешила. На куске ткани лежала
голова единорога. Точнее, череп лошади с костяным рогом изо лба.
Ты гений!
Ирри не удержалась и ринулась обнимать довольного и сияющего парня. Тот не возражал и даже не отмахивался, радостно улыбаясь.
Что бы подобное значило? сухой холодный женский голос, вызывающий мурашки по коже.
В дверях стояла статная аристократка со стальным взглядом в шикарном темно-бордовом глухом платье.
Явление единорогов в мир!
Ирри отошла в сторону, позволяя полюбоваться на череп. Дама явно опешила, буквально на мгновение она изменилась в лице, после чего, снова став прообразом статуи, вошла. Следом просочилась пара охранников, умудряясь растворяться в пространстве.
Прелестно, прелестно, произнесла она задумчиво, рассматривая череп. Как вас зовут, мастер?
Адепт Абха Фора, мастер, представился он с полупоклоном.
Прелестно, повторила дама. Курс?
Восьмой.
Понятно, большая практика в следующем году, кивнула она. Я запомню, и, повернувшись к Ирри, заметила. И все же закрывайте дверь при выражении чувств.
Непременно, мастер, кивнула Ирри. Спасибо за понимание.
Царственный кивок и дама удалилась. Ирри выдохнула и прижала к себе череп.
Он великолепен!
В течение двух часов великолепие единорога оценили все посетители учебной части. Работы было как обычно много, одних только приказов требовалось оформить миллион, зато Прелесть тайная кличка черепа позволял примириться с жестокой реальностью.
Гомон в коридоре и опешивший ректор, зашедший в кабинет.
Добрый день.
Добрый Это что?
Единорог! гордо ответила Ирри.
По имени Прелесть? ирония из менталиста так и сочилась.
Ведь похож? с умилением посмотрела она.
Действительно Я одолжу вашу Прелесть?
Да, только с возвратом, я к нему привыкла.
Разумеется.
Ректор вышел, забрав череп. Его голос, сообщающий о крайне талантливых адептах, прозвучал громко и внушительно. Прелесть определенно создала ажиотаж и вызвала должное внимание к своей персоне, если так можно сказать про череп. Толпа ушла дальше, а Ирри, оценив иронию происходящего, вернулась к бумагам, рабочий день был далек от завершения.
На вопрос, почему тренировки с утра, Ирри пришлось отвечать еще десяток раз, пока она не вывесила соответствующее объявление. После этого начались иные вопросы и просьбы.
К вечеру заглянул декан некрофакультета с Прелестью и сообщением, что забирает череп с собой. На факультете устроят стенд. Уже перед самым завершением дня в очередной раз зашел Абха и похвастался зачетом по практической трансформации, засчитанным за голову, и пожаловался на одолевших алхимиков, которым срочно потребовался еще один череп для демонстрации и рога для зелий. Именно рога, просто кости их не устраивали. Оказывается, несколько предприимчивых аспирантов-алхимиков уже начали рекламировать чудодейственное средство для потенции на основе рога единорога. Процент за основной ингредиент был более чем серьезен. Ирри благословила адепта на подвиги и заметила: