Конечно, ни один из руководителей автоцентров не заявил прямо в лоб, что нужны ему эти распредвалы, как старуха золотой рыбке. Что пока существует дефицит, а они держат его в руках, жизнь прекрасна и удивительна. Однако почти у всех автоцентров одновременно появилась объективная причина: отсутствие транспорта для перевозки распредвалов. По железной дороге их перевозить тоже нельзя, поскольку это не запланировано «АвтоВАЗом». Не нанимать же для этого специальный самолет?
Но ох и битый же человек Сидоров! Убедившись, что насильно мил не будешь, он начал орудовать на манер коробейника. Выклянчил у вышестоящей инстанции грузовик, водрузил на него короб и послал по миру, собирать бросовые распредвалы. Тогда ему стали перекрывать кислород, то есть урезать фонды на топливо для нищенствующего грузовика. И цех до сих пор еле-еле загружен работой на 60 процентов. Коммунисты цеха направили коллективное письмо секретарю парткома «АвтоВАЗа», но тот не удосужился прислать даже отписку. Аналогичное письмо было отправлено и директору регионального объединения Северо-Западной зоны. Результат тот же
А в автоцентр тем временем нагрянула
комиссия. И сделала оригинальный вывод в том смысле, что затея Сидорова вовсе не эфемерный бонапартизм и наскокчество, но реальная почва для процветания спекуляции в масштабе государства. Ведь один человек может обменять сразу несколько распредвалов, а потом торговать ими на черном рынке. Поэтому не надо верить, что собрал он их в кругу таких же несчастных друзей-автомобилистов и привез откуда-то с Урала, а верить надо, что он спекулянт и выжига, покамест не докажет обратное путем предъявления этих самых друзей в живом виде. И напрасно Сидоров убеждал, что таких «друзей» любой спекулянт может предъявить сколько угодно из числа скучающих в ожидании ремонта автомобиля граждан. Ему не вняли и записали выговор, предупредив, что, если он не уймется, будет хуже.
И действительно стало хуже. Нагрянула еще одна ревизия, ведомственная. Она обнаружила, что Сидоров включает восстановленные распредвалы в план, как только они поступили на склад. Но, оказывается, по какой-то хитрой инструкции готовая продукция не может считаться таковой, пока она не отправлена потребителю. А потребитель хоть и обязан, согласно договору, сам вывозить отремонтированные распредвалы, не очень торопится. И сделала ревизия грозный вывод: балуется Сидоров приписками и незаконно выплачивает рабочим премию, что является замаскированным хищением государственных средств.
Ой, Сидоров, качали головами битые люди, говорили тебе, зря ты этим опасным делом начал заниматься!
Теперь Владимир Яковлевич почувствовал, что скоро он будет тем, за которого уже не двух, а трех небитых дают. Схватка с дефицитом была начисто проиграна.
ИГРА В СТРАУСА
Было дело в городе Рыбноводске.
Явился рабочий Н. Кузнецов в кабинет директора завода и затребовал:
Дайте мне выговор!
Это с какой стати? возразил директор. Выговоры на дороге не валяются.
А вы с какой стати отхватили? гнул свое Кузнецов. И ваш заместитель Данилов, и главный инженер Баранов. За злоупотребление
У нас служебное положение! возгордился директор. А вы чем можете злоупотребить? Нет, с выговором не могу помочь. Сам себе еле устроил
Рассердился Кузнецов и написал жалобу в редакцию.
Хочу злоупотребить! жалуется он. Больше десяти лет проработал на вредном производстве, досрочно заработал пенсию, а выговор не заработал. Поэтому пятый год стою в очереди на жилье, но вперед не продвигаюсь. Правда, без очереди у нас тоже дают квартиры, но только с последующим выговором. Так получили директор завода Велижев, его заместитель Данилов, главный инженер Баранов и другие. Я тоже хочу. Тем более выговоры потом снимаются, а квартиры остаются
У нас? ожесточился зав. отделом учета и распределения жилплощади Рыбноводского горисполкома А. Карпов. У нас без очереди мышь нору не получит!
Оказывается, не один Кузнецов пишет жалобы из города Рыбноводска. Сплошь и рядом отмечаются поползновения граждан с неземным ускорением получить квартиру. Минуя родной горисполком, они гонят почтовое отправление в далекую московскую инстанцию, где его обычным порядком разворачивают на 180 градусов и адресуют по назначению, в горисполком для разбора по существу. Вот, например, поступает жалоба пенсионера Н. Докучаева, который живет на улице Курортной в антикурортных условиях, а именно без воды и отопления. Тут же на место происшествия командируется
инспектор отдела и расследует. Не совершил ли пенсионер диверсию на водопроводе? И зачем живет без отопления? Может, стремится подхватить туберкулез и оформить справку на дополнительную жилплощадь? Или, как Кузнецов, нарывается на выговор, который пенсионеру не светит ввиду отсутствия служебного положения?
Потом готовится ответ в московскую инстанцию, из которой была переслана жалоба. Получив его, инстанция еще долго мучается угрызениями совести оттого, что сильно оплошала: тут надо заострять вопрос не о квартире, а о преследовании матерого симулянта.
Ваш корреспондент просмотрел с десяток жалоб, поступивших в отдел. С. Рывы с улицы Коммунаров, семьи Кожевниковых (улица Красная), ветерана Великой Отечественной войны Т. Вардиевой, проживающей по улице Азина, и т. д. Все они оказались чуждыми элементами, ловко маскирующимися под порядочных граждан, имеющих перспективу на выговор. Особо выделяется Ф. Аверкиева, на которую заведено досье. В нем хранится жуткая улика копия трудовой книжки. А отзывы с каждого места работы бережно хранит память сотрудников отдела. Установлено, что в одной организации она невнятно отвечала на приветствие начальника, в другой не сумела завоевать дружеское расположение секретарши Марьи Ивановны, из третьей хоть и уволилась по собственному желанию, но есть соображения, наводящие на подозрения А выговора нет.