Поход прошел успешно, обогатив моряков бесценным опытом. Часть из этих уроков, имевшая непосредственное отношение к текущим проектам линейных кораблей, заключалась в следующем.
Броненосцы всех проектов оказались довольно мокрыми, страдая от заливания почти при любом состоянии моря, хотя и не настолько, чтобы, например, вывести из строя башни главного калибра, как опасались некоторые эксперты. Настоятельно требовалось увеличение высоты борта, особенно в носу. Это значило, что придется увеличивать и ширину корабля, а следовательно, и размеры корпуса в целом. При этом любые устройства, нарушавшие чистоту обводов в носовой части, такие как спонсоны, якорные устройства и т.п. резко увеличивали брызгообразование. Все это относилось к экономической скорости хода порядка 10 узлов. Экономическая скорость новых дредноутов составляла 15 узлов, что сулило усугубление вышеупомянутых проблем.
Казематные батареи также оказались чрезвычайно мокрыми настолько, что возникала угроза попадания забортной воды по линиям подачи в погреба. Поэтому на линкорах типа Юта казематы расположили несколько выше, чем на дредноутах предыдущей серии. Другой важный опыт касался бронирования. Оказалось, что даже у полностью загруженных кораблей на океанской волне часто обнажалась нижняя кромка броневого пояса. Понятно, что в этих обстоятельствах попадание под пояс в районе погребов могло стать гибельным. Следовательно, стандартная 8-футовая (2,44 м) высота броневого пояса должна считаться недостаточной.
Главный конструктор флота Ф.Х. Робинсон подчеркивал важность усиления бронирования рулевых приводов и уменьшения, насколько возможно, верхних надстроек, во-первых, для повышения остойчивости, во-вторых, как лишних целей, часто вызывавших разрыв бронебойных снарядов с тяжелыми последствиями для верхних конструкций корабля. Важность этих мер убедительно показала русско-японская война. В идеале, считал Робинсон, надстройки должны состоять из минимума хорошо защищенных боевых постов, откуда осуществлялось бы полное управление кораблем и в военное, и для практики в мирное время. Следовательно, размеры броневых рубок и их насыщенность оборудованием стоило увеличивать, а от открытых мостиков отказаться совсем, что и стало систематически проводиться в жизнь, по крайней мере, до середины первой мировой войны. При этом, поскольку управление
эскадрой требовало больше людей и оборудования (наблюдательного, связи и пр.), чем одним кораблем, то ясно, что боевая рубка флагманского линкора должна отличаться сильно увеличенным объемом. Отсюда следовало, что определенная часть линкоров изначально должна строиться как флагманские. Это означало отход от устоявшихся понятий и практики, когда роль флагмана мог выполнять любой крупный корабль, особенно линкор.
Касательно систем управления огнем подчеркивалась важность перехода на решетчатые мачты как более устойчивые; ожидалось также, что они будут менее подвержены вибрации, чем обычные трубчатые. Признавалось необходимым иметь на верхних постах управления огнем телефоны, соединенные с центральным артиллерийским постом бронированным кабелем. При этом ссылались на опыты, проведенные англичанами на старом броненосце Него.
Кругосветный поход флота завершился 22 февраля 1909 года, однако рапорты с описанием поведения кораблей в океане и некоторыми основными заключениями и рекомендациями Главный конструктор флота Робинсон имел уже 4 марта 1908 г.
Линейный корабль Юта (Наружный вид и вид сверху. 1913 г.)
Другим источником важных рекомендаций стала ежегодная конференция в Ньюпорте, открывшаяся 2 июля 1908 года. На конференции присутствовало руководство Военно-морского колледжа и даже сам президент Т.Рузвельт, выступивший 22 июля.
Задачей конференции был детальный разбор недостатков проекта Норт Дакоты с целью исправить то, что возможно, уже в ходе постройки следующих кораблей типа Юта. В дискуссии указывалось, что расположение противоминной батареи является слишком мокрым. Лучше было бы расположить ее на крышах башен главного калибра, пусть даже без защиты, как это делается в британском флоте. Критиковалась так же защита противоминных орудий и дымоходов. Не будучи способной остановить бронебойный снаряд, она могла лишь спровоцировать его разрыв, так что лучше бы ее не было вовсе. По тем же причинам предлагалось устранить верхний броневой пояс массированный огонь 305-мм орудий разрушит его в любом случае. Заодно достигалась бы значительная экономия веса.
Расположение 3-й башни между котельными отделениями и машинами было признано неудачным, т.к. ее погреба нагревались от главных паропроводов. Что касается главной артиллерии, то выступивший коммандер Кэй заявил, что американское 305-мм орудие уступает по своей мощи аналогичным орудиям производства Англии, Франции и Германии.
Кроме того, отмечалась необходимость совершенствования конструкции башен. В американских башнях была принята прямая подача зарядов из погребов в башни, в противоположность британскому флоту, где подача зарядов производилась в две стадии, с разрывом, чтобы не образовывать прямую цепочку зарядов своего рода фитиль, ведущий от башни к погребам. В 1903-1904 г. во флоте США было два случая взрывов башен главного калибра, причем один из них в 1904 г. на броненосце Миссури чуть не вызвал его гибель.