Бог, текла во мне как драгоценный елей, и горела как огонь, который был готов пожрать все, что оставалось от меня самой.
Я внезапно была настолько изменена, что меня с трудом узнавали другие люди и даже я сама. Я не находила более в себе самой тех мучивших меня недостатков или противящихся мыслей. Они исчезли, будучи поглощены как солома в большом пламени. Теперь моим желанием было, чтобы тот, кто привел меня к изменениям, стал моим наставником, которого бы я предпочитала всем остальным. Этот добрый отец не мог сразу же взять на себя ответственность за мое водительство, хоть он и видел ту изумительную перемену, которую произвела во мне рука Божья. Несколько причин удерживали его от этого. Вопервых, мой характер, затем моя молодость, так как мне было всего лишь девятнадцать лет. Наконец, обещание, которое он дал Богу, не доверяя самому себе, что никогда не возьмет на себя обязанность направлять коголибо из представительниц женского пола, если только Бог, какимто особенным действием провидения, не поручит ему этого. Однако, внимая моим настойчивым и постоянным просьбам стать моим наставником, он сказал, что будет молиться Богу и желал, чтобы я делала то же самое. Когда он был в молитве, ему было сказано: «Не бойся этого поручения, ибо она Моя супруга». Когда я услышала эти слова, то они произвели на меня величайшее впечатление. «Какое же, говорила я себе, ужасное чудовище зла, сделавшее так много чтобы оскорбить своего Бога, злоупотребляя Его расположением, и, отплачивая за него неблагодарностью, теперь объявлено Его супругой!» После этого он согласился исполнить мою просьбу.
Для меня не было ничего более простого чем молитва. Часы уходили как мгновения, когда я не занималась ничем иным кроме молитвы. Пылкость моей любви не позволяла мне делать перерывов. Это была молитва радости и обладания, освобожденная от какихлибо суетных образов и размышлений, это была молитва воли, а не головы. Возможность вкушения Бога была такой великой, такой чистой, ни с чем несмешанной и беспрерывной, что она притягивала и поглощала силу моей души в глубочайшее воспоминание безо всякого действия или речи. Перед моим взором не было никого кроме одного Иисуса Христа.
Все остальное было исключено ради любви величайшей силы, не требующей какихлибо эгоистичных мотивов или причин. Эта воля поглощала в себя две другие части, память и понимание, концентрируя их на ЛЮБВИ. Нельзя сказать, что их уже не существовало, но их деятельность протекала совершенно незаметным и пассивным образом. Их уже нельзя было остановить или задержать множеством различных вещей, они уже были собраны и объединены в единое целое. Так же и восход солнца не гасит звезды, но одолевает и поглощает их в сиянии своей несравненной славы.
Глава 9
А что касается отчетливо слышимых внутри слов, то они также подвержены иллюзии, ибо враг может их создать и подделать. Или даже если они исходят от доброго ангела (ибо Сам Бог никогда не говорит таким образом) мы можем ошибиться и превратно их истолковать. Они произносятся божественным образом, мы же истолковываем их человеческим или плотским образом. Но настоящее слово Божие не имеет ни тона, ни артикуляции. Оно немое, тихое и недоступное слуху. Это Сам Иисус Христос реальное и главное Слово, которое пребывает в центре души, готовой Его принять. Ни
одно мгновение не ускользает от Его живого, плодотворного и божественного действия.
О Слово, пришедшее во плоти, чья тишина есть невыразимое красноречие. Тебя невозможно неправильно истолковать или ошибиться. Ты становишься жизнью нашей жизни и душой нашей души. Сколь бесконечен Твой язык, превознесенный выше всех человеческих высказываний и ограниченной артикуляции. Твоя восхитительная сила, могущая сделать все в той душе, которая ее приняла, сообщает о себе, говоря через одних другим. Она приносит плод в жизнь вечную подобно божественному семени.
Откровения о грядущих событиях также очень опасны. Дьявол может подделать их, как он и поступал раньше в языческих храмах, где их произносили оракулы. Зачастую они влекут за собою ложные идеи, тщетные надежды и пустые ожидания. Они захватывают разум знанием о будущих событиях, удерживают его от умирания для самого себя, не позволяя ему следовать за Иисусом Христом в Его нищете, самоотречении и смерти.
Откровение об Иисусе Христе невероятно обширно, когда оно раскрывается душе посредством сообщения вечным Словом (Гал. 1:16). Оно делает нас новыми творениями, обновленными в Нем. Именно это откровение и является тем единственным, которое Дьявол не может подделать. Отсюда проистекает единственный безопасный восторг экстаза, который приводится в действие одной только верой, и где происходит то, что мы можем умереть даже для даров Божиих. До тех пор пока душа продолжает полагаться на дары, она не может окончательно отречься себя. При переходе к Богу душа никогда не потеряет наслаждения Даятелем, но потеряет привязанность к дарам. Это действительно невыразимая потеря.
Не допусти моему разуму следовать за этими дарами, и обкрадывать себя, лишаясь Твоей любви, о мой Бог. Тебе угодно было привлечь меня к постоянной привязанности лишь к Тебе одному. Таким образом, направляемые души обретают кратчайший путь. Им нужно быть готовыми к великим страданиям, особенно если они сильны в вере, подавить себя и быть мертвыми для всего кроме Бога. Должна быть только чистая и бескорыстная любовь, движение разума для воплощения только Твоей воли. Именно такие понятия Ты поместил внутрь меня, а также пылкое желание страдать за Тебя. Крест, который прежде я несла только с покорностью, стал моим наслаждением и особенным предметом моей радости.