Будь она обычной девушкой, в ужасе ахнула бы, но рана Рона от расщепа была куда страшнее. А тут все чисто, края ровные, с мясом ничего не вырвано. Она полила ногу экстрактом бадьяна, кровь вспенилась, края кожи начали сходиться, а Малфой схватился за подлокотник дивана, проскрежетав что-то сквозь зубы. С рукой было сложнее: заклинание рассекло мышцу аж до кости. Гермиона осторожно капнула туда зелье, и Драко крикнул уже в голос.
Да ты, блять, хоть предупреждай!
Тише! Молчание золото, знаешь ли.
Рана и не думала срастаться так резво, но хоть кость перестала розоветь на дне.
Так сразу не заживить, нужно время, констатировала Гермиона.
Какая ирония! сдавлено проскрипел Драко.
Я сделаю компресс, будет жечь, не обратив внимания на сарказм, она извлекла из сумочки бинты и вату, смочила ее в зелье, аккуратно проложила рану и надежно забинтовала. Пей, велела девушка, достав еще какую-то склянку.
Драко нахмурил брови, всмотрелся в зелье, понюхал его и только потом выпил. Гермиона невольно улыбнулась: узнал. Все-таки приятно было иметь дело с человеком, не спрашивающим каждые пять минут «А это что такое?».
Подождем здесь до утра, а потом выскользнем, когда начнут прибывать волшебники, она плюхнулась на диван с противоположной от Малфоя стороны.
А если сегодня выходной? Драко натянул штаны и теперь застегивал рубашку, но левая рука плохо слушалась, и маленькие пуговицы не поддавались.
Значит, будем сидеть здесь до понедельника, спокойно ответила Гермиона за две недели она привыкла к бесконечному сволочизму Малфоя и поняла, что проще его игнорировать. А раз нам так долго сидеть, то можно поспать. Я первая посторожу. Через пару часов разбужу тебя.
Неужели сможешь спокойно заснуть, оставив меня сторожем?
Ты слишком труслив, чтобы остаться одному, ухмыльнулась Гермиона.
Драко только фыркнул, но с ответом не нашелся, поэтому она победно расслабилась и удобнее устроилась на диване. Малфой постарался заснуть, но никак не мог улечься так, чтобы было удобно для руки. Гермиона погасила вечное пламя и развернула мантию-невидимку, чтобы накинуть ее быстро, случись какая-нибудь неожиданность.
Грейнджер? тихо позвал Драко спустя минут десять.
Мм?
Как ты думаешь что будет с нами, когда мы вернемся? В смысле невыразимцы нас видели. Что они сделают? Или всего этого уже не будет?
Эм я не знаю. Я просто еще не думала об этом.
Потому что считаешь, что мы не сможем вернуться?
А нет, надеюсь, нет. Потому что ну Дамблдор сказал, что не хочет моей смерти, поэтому я должна взять кого-нибудь с собой. Потому я предполагаю, что вернусь живой и невредимой.
А я?
А ты что?
Я не вернусь?
Что? Нет! Что? В смысле нет.. ну Слушай, я не собираюсь просто оставить тебя, когда дело будет сделано. Не знаю, ты, наверное, привык, потому что вы, слизеринцы, так себя и ведете. Но мы, гриффиндорцы,
поступаем иначе. И я надеюсь, что ты тоже не оставишь меня. Если бы я могла справиться с этим в одиночку, поверь, я никогда бы тебя не позвала.
В том смысле, что будь у тебя выбор, я был бы последним человеком, к которому ты бы обратилась?
Вроде того.
Но Дамблдор убедил тебя?
Ой, прекрати, я тебе уже объясняла! У нас всегда были поганые отношения, но в Мэноре ты ведь узнал нас. Сразу. Ты не мог не узнать, мы вместе шесть лет учились. И тем не менее что-то я не помню, чтобы ты выдавал нас с отцовским энтузиазмом. Ты не так плох. Ты совсем не так плох Спи давай, ладно? У нас впереди еще так много всего, что рано думать о возвращении.
В темноте она не могла видеть его залитого краской стыда лица.
* * *
Малфой растолкал Гермиону за полчаса до начала рабочего дня в Министерстве.
Как твоя рука? спросила она, потянувшись.
Драко пытался размять ее все время, пока не спал. Пуговицы на рубашке удалось застегнуть, но шевелить пальцами все равно было больно и связку тянуло невыносимо.
Нормально.
Они были готовы услышать шаги, и даже не вздрогнули, когда те раздались за дверью, только накинули на себя мантию-невидимку и отступили в угол кабинета. В комнату вошли два волшебника совершенно обыкновенного вида, но лица у них были озабоченные.
Та-а-ак, что тут у нас? протянул один, кинув на стол газету и разглядывая лежащие рядом предметы. Книга и снитч? Опять шифры шерстить, вздохнул он.
Гермиона шумно вздохнула, но успела зажать рот. Ночью они были слишком заняты собой, чтобы разглядывать кабинет, но теперь Гермиона сразу поняла, что невыразимцам только-только доставили завещание Дамблдора и собственно самое подозрительное завещанное.
А со снитчем что делать-то будем? Вскрыть бы его второй невыразимец крутил мячик в руках. Ладно, давай кофейку сначала бахнем?
Пойдем.
Невыразимцы оставили на столе завещание, книгу и снитч и отправились в столовую Министерства. Впереди у них был целый тридцать один день на исследование предметов, и они не торопились.
Он сказал: «Книга и снитч»? заволновавшись, обратилась Гермиона к Малфою.
Ну, да. А что?
Не может быть, нет, тут что-то неправильно, девушка бросилась к столу. Дрожащими руками она держала завещание Дамблдора, пробегая глазами строчку за строчкой.