И, да, моих родных хоть сейчас, без всякого сомнения, можно было выставить на обложку и страницы, ага, весьма популярного и модного в Петербурге, пусть и год только, журнала моды «Татьяна», выпускаемого юсуповским Домом Моды «Татьяна». Правда, тётя Арина там уже не раз была напечатана, ещё в прошлом году. Пусть в Доме Моды ей и мне принадлежала пятая доля, и, соответственно, действительно выплачивалась ежемесячно такая же часть доходов, я бы назвать его нашим не стал. Вроде, после осенних попыток укрывательства доходов ничего такого больше не намечалось, но наши отношения с княжеским семейством Юсуповых были сильно испорчены. Они и ранее воспринимали нас за пустое место, так теперь ещё и считали своими врагами.
Да, на фоне тёти Арины и Александры я в простом ученическом мундире выглядел вообще бедно. Жаль, но официальные требования такие, даже к бедным гимназистам. Мы в присутственных местах обязаны были ходить в мундире. Если честно, гимназистам, как и мне, как бы нельзя было ходить и на концерты в консерватории, но тут уж особый случай. Я же теперь не абы кто, а как бы и автор многих замечательных музыкальных произведений!
Хотя, не так уж важно, как там знать к нам относилась. Теперь нашу семью трудно было воспринимать за пустое место. А одним врагом больше, другим меньше. Они всегда были и будут, пусть даже и такие опасные. Главное, чтобы с нами считались.
Извини, Александра. Всё как-то неопределённо было. Ты же знаешь, что у меня пока на очереди «Остров сокровищ». Пусть и имелась у меня мысль написать и сказку об этих мушкетёрах, но, сама видишь, что и времени нет, и желание пропало. Опять ведь придерутся. И жандармов могут послать. Опасно писать сказки об Их Величествах, даже французских. Не так подумать могут. Ты же только недавно прочла эту книжку о французских мушкетёрах. Хоть и интересно, но слишком всё сложно и неоднозначно. Честно говоря, одни грязные интриги, разные нехорошие дела и предательства, и даже у высоких особ. А тут какой-то странный юнец захотел представить Их Величества, хоть и французские, в образах собак и кошек. Точно не одобрят. Могут даже в бунтовщики записать. Хотя, ничего плохого и недостойного я не задумывал. Вот, смотрите! И я подал тёте и сестре несколько альбомных листов с нотами, текстами песен и карандашными рисунками. Красивые получились. Это списки. Точно такие же оставил Фёдору Осиповичу. Прямо сразу пристали и заставили написать. Если скажут, то придётся и эту сказку сочинить. Хотя, у них тоже времени нет. Они сейчас начали оперетту
«Весёлая вдова» и уже несколько арий написали.
Да, опять твоя задумка. Скажи, Борис, а интересная вещь должна получиться? Вот и «Щелкунчик» получился интересным, и «Баядерка» не хуже вышла. Хотя, в ней у тебя не так много сюит было, но одни из самых лучших. Говорят, что и в «Лебедином озере» твои сюиты пришлись к месту. Раз сам Пётр Ильич признал.
Да, мама Арина. Но слишком большие произведения мне точно не под силу. С другой стороны, какая мне разница, что только часть написал? Всё равно ведь скажут, что написал и молодец! А у Фёдора Осиповича и особенно Модеста Петровича, умений намного больше. Уж они точно справятся. Может, и Александр Порфирьевич подключится? Правда, он сейчас сильно занят у себя в академии. Зато у меня больше времени на учёбу и другие занятия останется. Глядишь, ещё что-нибудь другое придумаю?
Ладно, старайся, Борис. Придумки это хорошо. Лишь бы эта война быстрее закончилась, и Иван Фёдорович жив остался.
Вот тут всё было сложно. Не знаю, как поведут себя другие державы, но турки-османы всё-таки не самые слабые противники. И коварные, и жестокие. И насчёт Ивана Фёдоровича сказать было сложно. Войны без погибших не бывают, и не обязательно это только простые солдаты. Если Плевну проморгают, то тогда точно много русской крови прольётся.
Предвидя неприятности, я нарисовал множество рисунков с образами главных героев несуществующей сказки. На всякий случай. Рисунки у меня вышли красивыми и чудными. Особенно трудно было оторвать взгляд от Констанции в образе пушистой кошечки и королевы Анны, уже миленький белой собачки. Они точно вышли прелестными. Как и обещал на концерте в консерватории.
Всё играете с огнём, Борис Павлович. Вы, конечно, способный ученик, но, сами понимаете, кому-то из высоких особ такие образы могут и не понравиться. Оставили бы Вы такие шутки? Хотя бы на некоторое время. Тем более, сами же объявили, что передумали. И мы тут, в гимназии, полностью приветствуем такое решение. Потом как-нибудь напишете. Всё-таки ведь война и, думаю, что тяжёлая, началась. А Вы считаетесь её противником. Хотя, да, для многих Ваше мнение, так сказать, имеет значение. Даже у нас в гимназии. Но многие, в том числе и высокие особы, Вас не понимают и не поймут. Так что, пока лучше не злоупотреблять их терпением. А песня, да, хорошая получилась. И к месту пришлась. Хоть и о французских мушкетёрах. Вот песнями и займитесь. Никто слова не скажет.
Глава 06 Дела земные?
Ладно, как в «Песенке кота Матроскина», неприятность эту мы переживём. Гнев наставников меня уже не пугал, но и ссориться с ними на ровном месте мне не хотелось. Хотя, у меня и дома списки остались, и здесь, в библиотеке гимназии, я кое-что спрятал. Там, в старых архивах от Министерства народного просвещения, и явно ненужных, никто так сразу ничего не сыщет. Или повезёт, или долго перебирать надо. Думаю, что и не выкинут, и ещё долго трогать не будут. А мне это и надо. Лишь плохо, что само министерство в одном здании с нашей гимназией располагается. У нас тут и Русское географическое общество. Интересная контора, конечно, но мне там лучше не появляться. Честно говоря, у меня знаний по географии тоже немало имеется, и таких, что даже в этом обществе ничего подобного не знают. Засветишься у них, можно ненароком что-то лишнее и сболтнуть. Я и так стараюсь меньше знакомиться с новыми людьми. Прежние знакомые как бы привыкли к моим чудачествам, а новым мои странности сразу же будут бросаться глаза. Ведь у меня не только большие успехи в музыке и сочинительстве сказок. Я один