Интересны перспективы биологических работ на уже ныне действующих супермастодонтах синхротроне ИФВЭ в Протвино, где энергия ускоренных протонов составляет 70 ГэВ (70 000 МэВ).
История мировой цивилизации никогда не забудет советского первопроходца космоса Юрия Гагарина. Защита его сегодняшних последователей и жизнеобеспечение будущих поколений астронавтов составляет актуальную задачу самой молодой области радиобиологии космической радиобиологии. Ее становление в нашей стране было осуществлено Юрием Григорьевичем Григорьевым. Развитие космической радиобиологии во многом связано с освоением биологических эффектов ядерных частиц высоких энергий, ибо они составляют значительную долю постоянного радиационного фона в космосе и представляют основную опасность при его резком повышении.
В феврале 1977 года в Дубне собрались физики, радиобиологи и лучевые терапевты социалистических стран. Здесь обсуждались перспективы нейтронной радиобиологии. Особый интерес и возможности в этом плане представляет оригинальный импульсный быстрый реактор нейтронов ИБР-2, реконструируемый здесь на основе действующего, созданного по проекту академика Ильи Михайловича Франка, реактора ИБР-30. Детальное комплексное изучение радиобиологических эффектов быстрых нейтронов, планируемое в странах СЭВ, позволит разработать принципы их оптимального использования в лучевой терапии опухолей, тем более что уже сегодня специалисты из ГДР располагают опытом их клинического применения, которым поделились профессор Эйхгорн, профессор Магдон, физики Мачке и Меркле.
Перспективы медико-биологическОго изучения тяжелых заряженных частиц в Советском Союзе привлекают внимание научной общественности всего мира. В обсуждении этой проблемы, которое состоялось в Москве в декабре 1977 года, наряду с отечественными видными физиками, экспериментаторами и клиницистами приняли участие крупнейшие иностранные ученые Европы и США. В дружеской обстановке горячих дискуссий обсуждалось сегодняшнее состояние вопроса и его перспективы. По общему признанию, протоны высоких энергий оценены как оптимальное радиационное средство среди редкоионизирующих излучений при облучении труднодоступных опухолевых мишеней, а в сочетании с эффективными радиомодифицирующими агентами и при лечении других злокачественных опухолей, когда удается сформировать необходимое изодозное поле.
Имеющиеся в нашей стране реальные возможности использования достижений ядерной физики и техники в биологических и медицинских целях отражают аналогичные тенденции в других технически развитых странах. Например, в США (Лос-Аламосе) строится линейный ускоритель протонов с энергией 800 МэВ, на котором предполагается получить интенсивный пи-мезонный пучок «фабрику» отрицательных пи-мезонов. По проекту Калифорнийского университета в Беркли планируется строительство мощного циклического ускорителя многозарядных ионов омнитрона. Чрезвычайная дороговизна омнитрона обусловила ему конкуренцию с проектом реконструкции для этих же целей действующего ускорителя Бевалака Беватрона.
Выведение мощных пи-мезонных пучков планируется также в Британской Колумбии и Швейцарии.
Мы
совершили краткий маршрут от физики к биологии. Продолжим его теперь по главным магистралям нашей дисциплины.
КТО КРЕПЧЕ И ПОЧЕМУ? ФАКТЫ И ГИПОТЕЗЫ
Перед нами возникло противоречие только что приобретенному небольшому запасу знаний. Речь идет о несоответствии правилу Бергонье и Трибондо, согласно которому следовало ожидать противоположных результатов: лимфоцит клетка неделящаяся, зрелая и должна быть радиоустойчивой, а бактерии интенсивно делящиеся клетки и, казалось бы, должны легко поражаться (?).
А в чем вообще причина смертельного эффекта ионизирующих излучений? Прежде чем попытаться ответить на эти сложные вопросы, совершим несколько параллельных прогулок.
За ясностью
При сравнении чувствительности к ионизирующим излучениям можно использовать самые различные реги- . стрируемые реакции вне зависимости от их значения для жизнеспособности облучаемых объектов, подвергающихся сравнительному изучению. Обязательно, однако, чтобы эти реакции в принципе проявлялись у сравниваемых объектов. Между тем вследствие высокой степени дифференцировки, присущей даже отдельным клеткам, а тем более тканям и системам, многие реакции являются высокоспецифичными. К примеру, нервной и мышечной тканям свойственна электрическая активность, строго специфическая для каждой из них и даже для их различных областей, что отчетливо регистрируется графически с помощью специальных приборов. Как показал Ю. Г. Григорьев, изменения биотоков головного мозга, отражающиеся на соответствующих кривых, можно зарегистрировать уже в процессе облучения при очень малых дозах до 10 Р, что характеризует чрезвычайно высокую реактивность центральной нервной системы на воздействие ионизирующих излучений. Но из этого никак не следует вывод о ее высокой радиочувствительности, ибо никаких морфологических, да и жизненно важных функциональных изменений в нервной системе не наступает при облучении в дозах порядка сотен и даже тысяч рентген.