В гидронимах сохранились следы таких личных имен, которые могли быть не зафиксированы имеющимися историческими документами по северо-западным землям. Например, название ручья Мирохновский позволяет установить бытование имени Мирохно из Мирон. Уменьшительные формы на хно были характерны для польских имен, позже получили распространение в восточнославянской области, особенно на Украине и русском Северо-Западе. Ср. также гидроним Радошка от уменьшительной формы (Радоша, Радош) имен с первым компонентом Рад(о)- (Радомир, Радомысл, Радогость и др.). Таким образом, гидронимы представляют собой материал для изучения истории языка.
Какими же источниками пользуется специалист, задавшийся целью изучить водные имена какой-нибудь определенной территории? Источники богаты и разнообразны, и прежде всего это полевая работа самого исследователя.
Крупнейший ученый XIX в. М. А. Кастрен (18131852) собрал огромный топонимический материал в ходе изучения языков и этнографии народов русского Севера и Сибири. Для этого ему пришлось объехать Лапландию и Карелию, самоедские (ненецкие) тундры, пересечь Уральский хребет, достигнув Тобольска, Березова и Обдорска, исследовать бассейны Иртыша, Оби и Енисея, а также Ачинскую и Минусинскую степи, Саянские горы, Прибайкалье. Научный подвиг этого ученого огромен: его наследие, обработанное после его смерти академиком А. А. Шифнером, составляет 12 томов.
В наше время полевой работой топонимических экспедиций занимаются не только отдельные исследователи, но и крупные научные коллективы. Например, филологический факультет Уральского государственного университета в течение многих лет собирает севернорусскую топонимию.
Тысячи названий, представляющих интерес для науки, содержатся в письменных документах различных исторических периодов. Кропотлива работа ученого, изучающего летописи, писцовые книги, планы Генерального межевания России конца XVIII в., списки населенных мест, старинные карты и атласы и многие другие документы. Старые планы, особенно XVIII в., обычно бывают размещены на больших полустертых от времени ветхих листах. Читать названия трудно, к тому же многие буквы на чертежах и в рукописях XVIII в. писались одинаково. Необходимо тщательно проверять названия по всевозможным источникам, сопоставлять, выявлять варианты. В результате такого многолетнего труда был опубликован, например, каталог водных названий Поочья. Исследуя гидрографическую сеть бассейна Оки по планам и рукописным материалам Генерального межевания, по писцовым и межевым книгам XVIXVII вв., по актовому материалу, летописям, спискам населенных мест, словарям и т. п., Г. П. Смолицкая [1976] собрала свыше 30 тыс. наименований для более чем 25 тыс. водных объектов. В настоящее время этот гидронимический каталог широко
используется специалистами как самый полный из имеющихся по территории центрального района Русской равнины гидронимических источников.
Несмотря на трудности работы со старинными картами, доктор географических наук Е. М. Поспелов, всесторонне изучающий картографические источники топонимики, считает, что они имеют преимущество перед литературными и актовыми памятниками. Благодаря наличию графического изображения можно опознавать названия даже в тех случаях, когда формы, зафиксированные различными картами, весьма далеки друг от друга.
Однако идентифицировать названия по отношению к обозначаемым ими объектам бывает довольно затруднительно. Так, в ходе анализа карты Идриси 1154 г. академик Б. А. Рыбаков установил, что обозначенная на ней река Атиль (=Итиль) не соответствует ни одной современной реке, а представляет в своих истоках Белую (Белая Воложка русских летописей XVI в.), в среднем течении Каму, а от камского устья до моря Волгу. Точно так же под Борисфеном античные авторы понимали Березину и Днепр от устья Березины до моря. Поэтому, предостерегает Е. М. Поспелов, необходимо помнить об условности отождествления гидронимов Волга и Итиль, Днепр и Борисфен [Поспелов, 1971]. Кроме того, следует заметить, что с древности существуют гидрографические проблемы: не всегда географам бывает ясно, какую реку считать главной, а какую притоком, что именно принимать за исток реки и т. п.
Итак, мы получили представление об источниках гидронимического исследования. Они многочисленны и разнообразны. Гидронимия территории Советского Союза включает миллионы названий. Из них собрана и изучена в топонимическом отношении лишь ничтожная доля. Все остальное хранится в архивах, на крупномасштабных картах, в старинных документах, в памяти жителей деревень и сел и ждет своего исследователя.
ЗЕРКАЛО МИРА ПРИРОДЫ:
ГИДРОНИМИКА И ЕСТЕСТВЕННЫЕ НАУКИ
Биология живых существ предполагает приспособление к разнообразию внешней среды, в том числе хорошую ориентацию в пространстве. У животных существует своя система ориентации, выработанная веками в процессе развития жизни на Земле. Аналогичная система имеется и у человека. Однако у него есть еще и другой, уникальный инструмент познания слово.
Как уже говорилось, топонимы слова языка, слова-знаки, слова-ориентиры. Давая имя географическому объекту и употребляя это имя в речи в процессе коммуникации, мы вызываем в сознании образ объекта, соотнося его с определенными пространственными параметрами, т. е. локализуем объект.