ей жизнь, опираясь на огромный массив уже накопленного знания. Получатся, что познание природы вынужденно отдано "на аутсорсинг" касте профессиональных ученых, которых общество берется содержать. Они же приносят добытые знания, облекая их в форму, которая удовлетворяет потребности остальных. Такова суть "контракта" между обществом и учеными как социальной группой. Научные шоу - это и есть исполнение обязательств по нему. В ответ на них наука получает деньги на развитие - они ею честно заработаны.
Наука ассоциируется с точностью, надежностью, эффективностью, мощностью. Но в кино выше всего ценилась реалистичность, которую придает наукоподобие даже самому невероятному сюжету. Один вид пультов управления на мостике звездолета "Энтерпрайз" подсознательно рождает доверие, которое лучше всякого Dolby Surround обеспечивает иммерсивность - погружение зрителя в воображаемый мир фильма.
Но ничто не вечно. К концу американской программы пилотируемых полетов на Луну "Аполлон" интерес публики к науке стал снижаться. Многократно прокатанные визуальные научные сюжеты перестали притягивать широкое внимание. Даже успешная посадка "Викингов" на Марс в 1976 году не вызвала большого воодушевления. Пресса и телевидение почти проигнорировали это событие. Наука, взятая сама по себе, как она есть, перестала быть шоу. Между тем, мандат доверия от общества в форме денег на исследования она по-прежнему должна была подтверждать. Show must go on. И оно продолжилось.
В конце 1970-х директор по анализу данных и планированию проекта "Викинг" Джентри Ли учредил продюсерскую компанию, которая по сценарию астронома, биолога и научного писателя Карла Сагана сняла 13-серийный научно-популярный фильм "Космос". Фильм охватывал широчайший набор тем - от судьбы Александрийской библиотеки до межпланетных полетов, от эволюции звезд до происхождения жизни. Сериал был "нацелен на неподготовленную аудиторию, и нуждался в великолепном визуальном ряде и музыкальном оформлении, чтобы захватывать сердца также, как и умы", - писал Саган. Причем это популярное научное шоу не опускалось на уровень попсы, а создавалось "в предположении, что публика гораздо умнее, чем о ней принято обычно думать, что глубочайшие научные вопросы о природе и происхождении мира вызывают любопытство и энтузиазм у огромного числа людей".
Саган оказался прав. С тех пор "Космос" посмотрели 600 млн. зрителей (около 10% населения Земли) более чем в шестидесяти странах мира (Россия в их число не входит). Это был один из первых экспериментов по профессиональному созданию захватывающего научно-популярного кино. В 1985 году, спустя пять лет после премьеры "Космоса", был запущен телеканал Discovery, целиком посвященный научно-популярным и историческим программам. На сегодня в США он лидирует среди кабельных каналов по числу подключений - 92 млн., и еще более 300 млн. в 170 других странах.
Нашей страны эта проблема касается самым непосредственным образом. С распадом Советского Союза разрушилась и прежняя система популяризации науки. В последующее десятилетие заботы о хлебе насущном почти задавили в обществе спрос на познание. Денег почти не выделялось даже на саму науку, не то что на ее популяризацию. Сейчас небольшие средства стали появляться. Но если в науке еще что-то сохранилось, то людей и структур, готовых и умеющих делать качественное научное шоу, просто не оказалось. (Их и раньше-то у нас почти не было - ведь это атрибут демократического
общества.)
Когда на российском телевидении заметили рост интереса к науке (совершенно естественный в период экономической стабилизации), то осваивать бюджеты стали люди, ведущие странную деятельность, далекую от настоящей науки. В результате начали появляться фильмы безупречные технически, но псевдонаучные по содержанию. Взять, например, невероятно красивую ленту "Великая тайна воды" (2005, канал "Россия"), проникнутую таким актуальным в наши дни гуманистическим пафосом, благодаря которому она заслужила восторженный прием у зрителей. Между тем, вся "научная" основа фильма представляет собой густую смесь ошибок, мистификаций и дезинформации, вокруг известной псевдонаучной темы о так называемой "памяти воды". Может ли что-то достойное покоиться на таком фундаменте?
Вред от такой шоу-продукции не ограничивается тем, что средства, отпущенные на популяризацию науки, очередной раз пошли не туда. Гораздо хуже то, что публика, воспринимающая все более эмоционально, нежели рассудочно, оказалась введена в заблуждение. В итоге фильм оказал мощную поддержку многочисленным полумошенническим компаниям, продающим всевозможную "заряженную" воду, "информационные" лекарства и прочие предметы для "сравнительно законного отъема денег у населения". Одновременно настоящая наука получила нож в спину: ведь теперь, всякий ученый, отвергающий миф о "памяти воды", не только идет против общественного мнения, но в его глазах выглядит "бездушным технократом", поднявшим голос против такого красивого и доброго фильма. А ведь подобная псевдонаучная видеопродукция - постоянный ингредиент большинства российских телеканалов, и это уже стало серьезно сказываться на мировоззрении общества.