Там всё по-другому, и когда оттуда приезжаешь, очень хочется, чтобы и здесь возникло что-то похожее. Например, чтобы здесь мультимиллиардеры ходили по улицам в сандалиях с рюкзачком за спиной. На позапрошлый GTS вышеупомянутый Энди Бехтольшайм пришёл именно так, поговорил с людьми, два часа отвечал на вопросы стартаперов и потом так же спокойно удалился. У меня был шок. Попробуйте представить, чтобы российский мультимиллиардер вот так пришёл, без охраны, поболтал с людьми и дальше пошёл. Такого у нас не бывает.
Софтверный бизнес, это его преимущество, малокриминален и сложно отнимаем. Ведь основной капитал это люди. Нет больших материальных активов неинтересно для рейдеров. И второй момент, что люди, которые могли бы осуществить захват, просто не в состоянии были бы управлять этим предприятием. Ведь для этого надо не только иметь много мозгов, но и хорошо разбираться в специфике. Вот и ходят ИТ-миллиардеры без охраны. (Знаю-знаю, что мне в комментах понапишут:), но всё же верю, что отчасти это возможно и здесь).
Возвращаясь к Долине. Малый бизнес на то и малый, чтобы в конце концов стать большим. Там есть компании, ориентирующиеся на местные рынки, есть компании, ориентирующиеся на мировой рынок. Понятно, что всё структурировано по-другому, компании в основном стремятся быстро получить инвестиции и начать быстро расти, очень мало компаний, растущих на свои собственные деньги, и в этом отличие от того, что у нас есть сейчас. У нас в основном исторически компании развивали на свои деньги. Медленно, но верно. Так развивались наши большие софтверные компании (вы все их знаете) это так называемый семейный бизнес, когда человек строит дело всей своей жизни (плюс-минус).
У них же принцип другой. Разработать идею, создать продукт, привлечь стартовые инвестиции, начать первые продажи, привлечь следующий раунд инвестиций, начать быстро расти и через три-пять-семь-десять лет компанию продать. И дальше на вырученные деньги запустить следующий бизнес. Такой способ типичен для Кремниевой долины, и это то, что в последние
несколько лет в России пытаются начать строить создаются венчурные фонды, появляются бизнес-ангелы. Но это очень долгая дорога, там всё это развивается многие десятки лет, и там возникла такая сущность, как серийный предприниматель.
С моей точки зрения, сейчас на нашем рынке не хватает именно серийных предпринимателей в сфере ИТ. По определению, это люди, которые создали успешный бизнес в этой области и его продали, вышли из него, получили деньги. И дальше у них осталась заинтересованность работать в этой области, и они на эти деньги опять создали компанию, опять её вырастили, опять продали. В принципе, за свою жизнь человек может создать и продать много таких компаний.
Если говорить о тех, кто сейчас есть на рынке из русских людей, то можно назвать такие имена, как Александр Галицкий (AlmazCapital), Сергей Белоусов (Parallels), Ратмир Тимашев с Андреем Бароновым (Aelita Software). Есть, конечно, ещё, но их всё равно мало.
Почему они являются ключевым звеном? Есть четыре причины.
Во-первых это деньги, которые вкладываются в конкретную отрасль, потому что если люди на ИТ уже "собаку съели", то они и будут работать в этой области. Вряд ли человек, который добился успеха в ИТ, потом пойдёт и начнёт вкладывать деньги в нанотехнологии. Глупо не использовать знания, добытые потом и кровью за много лет.
Второе, это не просто деньги, а умные деньги. Это люди, которые готовы передавать стартапам свой бесценный опыт: как сделать из маленькой компании большую и потом её продать.
Третий момент, это "трансляция культур". Работая в международной компании, очень хорошо понимаешь, насколько люди по-разному мыслят и по-разному ведут себя. Требуется очень большой опыт, чтобы научиться работать с людьми за рубежом, чтобы они тебя понимали и чтобы с ними можно было вести бизнес. Иногда то, как ты строишь фразы, или какие-то привычки в манере переписки могут мешать взаимопониманию. Люди, которые такого успеха добились, умеют "транслировать культуру" и помогают своим компаниям за счёт этого быть успешными на других рынках.
И четвёртое, конечно, то, что они заражают своим примером. Люди становятся миллионерами на своих мозгах в софтверном бизнесе, это помогает притягивать молодежь в отрасль. Для этого надо, чтобы создалась некая критическая масса таких людей, потому что сейчас их несколько человек, и сколько бы они ни говорили, сколько бы о них ни говорили, этого всё равно мало. Этих людей должны быть ну хотя бы сотни, чтобы они звучали везде, на каждом шагу. Как в Кремниевой Долине
Что мешает образоваться «серийности»? Это некий процесс, сейчас он в принципе запущен. Люди понимают, как такая модель работает, есть много стартаперов, которые сориентировались на неё, пытаются поднять инвестиции и сделать бизнес, но должно пройти время. Во-первых, чаще всего с первого раза бизнес не получается. Если взять истории успешных компаний, чаще всего это не первая попытка их основателей, а вторая или третья. Поэтому время довольно существенно. Скажем, я задумал идею, год с ней носился, потом два года реализовывал продукт, он у меня провалился на четвертый год (продажи не пошли или ещё что). Хорошо, со второго раза получилось, это ещё лет шесть. Итого, с момента, как у меня появилась первая идея, до момента, когда я уже стал матёрым предпринимателем и заработал деньги, проходит больше десяти лет. Процесс в России по-серьёзному пошел году в 20072008. По моей оценке, ещё лет семь пройдёт до того, как у нас могут появиться массово серийные предприниматели новой волны.