В Индии люди продолжают делать всевозможные вещи. Они концентрируются, они читают мантры, они постятся, они истязают свои тела, надеясь путем этих мазохистских практик реализовать Бога. Как будто Бог - это садист! Как будто Бог любит, чтобы ты себя мучил! Как будто он говорит, что, чем больше ты себя мучаешь, тем лучше ты станешь! Бог не садист; тебе не нужно быть мазохистом.
Я встречал людей, которые думают, что без долгого поста нет возможности медитировать. Пост не имеет с медитацией ничего общего. Пост только сделает тебя одержимым едой. Есть люди, которые думают, что безбрачие поможет им в медитации. Медитация приносит своего рода безбрачие, но не наоборот. Безбрачие без медитации - это не более чем сексуальное подавление. Твой ум будет становиться все более и более сексуальным, и, как только ты сядешь медитировать, твой ум наполнится фантазиями, сексуальными фантазиями.
Эти две вещи были величайшей проблемой для, так называемых медитирующих: пост и безбрачие. Они думают, что это поможет, - а это величайшие помехи!
Ешь в правильной пропорции. Будда называет это "срединным путем": ни слишком много, ни слишком мало. Он против поста, он знает его по собственному горькому опыту. Шесть лет он постился и не смог ничего достичь. Поэтому, когда он говорит: "Будь посередине", он знает, что говорит. То же самое с безбрачием: не навязывай его себе. Это побочное следствие медитации, поэтому его нельзя навязывать до медитации. Будь посередине и в этом, не впадая ни в потакание, ни в подавление. Просто поддерживай равновесие. Здоровый, расслабленный, уравновешенный человек в жизни как дома. А когда ты дома, медитировать легче.
Тогда что такое медитация? Ты просто сидишь в молчании, ничего не делая, наблюдая все, что происходит вокруг; просто наблюдая без предрассудков, без заключений, без идей о том, что неправильно и что правильно.
Сурендранатх, начни с самых азов. Забудь об этих сорока годах. Хорошо, что ты все-таки выжил после этих сорока лет.
Извозчик сказал своему другу, что вся его прибыль уходит на корм для лошади. Друг предложил постепенно уменьшать рацион лошади по одной соломинке в день.
Через некоторое время он снова встретил своего друга.
- Как дела, Эйб?
- Ужасно! - воскликнул Эйб. - Я, в конце концов, приучил лошадь есть по одной соломинке в день, но она неожиданно умерла!
Сурендранатх, ты выжил - хорошо! Бог милостив. Иначе эти сорок лет неправильного вида медитации, аскезы убили бы кого угодно. Ты сильный человек - ты выжил.
И раз ты сюда пришел, пожалуйста, отложи в сторону все свои знания. Они не сработали; не позволяй им больше тебя беспокоить. Отложи их в сторону полностью. Начни с начала - со мной. Надежда все еще есть, надежда есть всегда.
Моя медитация проста; она не требует никаких сложных практик. Она очень проста. Моя медитация поет и танцует. Моя медитация сидит в молчании. Моя медитация непринужденна с существованием. Моя медитация принимает существование как свой дом.
Забудь о реализации Бога. Путем мышления ты никогда не осознаешь Бога. Просто наслаждайся жизнью, празднуй жизнь. И однажды, когда празднование достигнет пика, внезапно с твоих глаз спадет завеса и в существовании не останется ничего, кроме божественного. Нет Бога, но все существование наполнено божественностью. Это реализация Бога, это нирвана.
Девятый вопрос:
Возлюбленный Мастер,
Есть ли какие-нибудь признаки у невыбирающей неосознанности?
Ананд Будда,
Даже если ты просто осознаешь, этого достаточно. Осознаешь ли ты невыбирающую неосознанность? Это разрушит невыбирающую неосознанность. Сделай ее объектом осознанности, и она исчезнет, испарится.
Нельзя определить никаких ее признаков, потому что, если определить признаки, их найдет у себя каждый - каждый, потому что в ней живет каждый.
Хулиган вломился в тускло освещенный салун.
- Есть ли тут кто-нибудь по имени Килрой? - проревел он. Никто не отозвался. Снова он зарычал:
- Есть тут кто-нибудь по имени Килрой? Мгновение все молчали, затем вперед выступил маленький ирландец.
- Я Килрой, - сказал он.
Большой парень поднял его и перебросил через стойку. Затем он двинул его в челюсть, дал по уху, сбил с ног и вышел вон.
Через пятнадцать минут маленький парень пришел в себя.
- Вот это да, ну и одурачил же я его! - сказал он. - Я вовсе не Килрой!
Хорошенькая молодая девушка легла на кушетку психоаналитика.
- Я просто не могу удержаться, доктор. Как бы я ни пыталась удержаться, каждый вечер я привожу к себе в спальню пять или шесть мужчин. Прошлым вечером их было десять. Я так несчастна! Просто не знаю, как мне быть.
Доктор сочувственно промычал:
- Я знаю, я знаю, милочка.
- Да? - сказала удивленная девушка. - Так вы тоже вчера там были?
Люди живут в бессознательности и делают в бессознательности всевозможные вещи. Каждый из нас - бессознательный робот. Мы только притворяемся сознательными; мы не сознательны.
В то мгновение, когда ты становишься сознательным, все бессознательные действия исчезают из твоей жизни. Твоя жизнь начинает двигаться в новое измерение. Каждое твое действие исходит из внутренней ясности; каждый твой отклик добродетелен и есть добродетель. Жить бессознательно - значит жить во грехе; жить сознательно - значит быть добродетельным, быть религиозным. Жить в тотальной осознанности - значит быть буддой, Христом.
Было бы хорошо, если бы мы стали называть Христа "Иешуа Будда". Его настоящее имя было Иешуа; от Иешуа произошло имя Иисус. Слово "Христос" стало уродливым по вине христианской церкви; это слово утратило свою красоту. Было бы хорошо его изменить и начать называть Иисуса "Иешуа Будда" - потому что все они будды, все они пробужденные люди. Они живут из внутреннего света. Ты лишь спотыкаешься во внутренней тьме.
Ананд Будда, я дал тебе имя Будда. Если ты чувствуешь, что живешь в невыбирающей неосознанности, обязательно осознавай это.
Вор спросил великого буддистского мистика, Нагарджуну:
- Могу ли я медитировать и оставаться вором?
-Да, - сказал Нагарджуна. - Сделай одно: когда ты воруешь, оставайся бдительным, осознающим, сознательным.
Вор был очень доволен. Он сказал:
- Ты - мастер, который мне нужен! Я был у стольких людей, и все они говорили: "Сначала перестань воровать, и лишь тогда ты сможешь медитировать".
- Это не мастера - должно быть, это бывшие воры. Я мастер. Я забочусь о медитации и ни о чем другом. Что ты делаешь, - это твое дело; воруешь ты или жертвуешь, это меня не касается. Мое дело сказать тебе:
"Делай что хочешь, но будь бдителен".
Конечно, вор был очень доволен - доволен, потому что теперь он мог получить оба мира.
Но через пятнадцать дней он вернулся, упал к ногам Нагарджуны и сказал:
- Ты большой хитрец! Ты разрушил всю мою профессию - потому что если я пытаюсь быть осознанным, я не могу воровать; мое руки отказываются мне служить. Прошлой ночью я вошел во дворец короля; это был шанс, который предоставляется один раз в жизни. Попасть туда было очень трудно, - а я пытался всю жизнь, - но, должно быть, это случилось по твоему благословению: прошлой ночью, когда вся стража спала, мне это удалось. Я открыл сокровищницу; я никогда в жизни не видел столь драгоценных бриллиантов! Я мог стать богатейшим из людей, которому доступно все, но ты стоял между мной и сокровищами. Ты говорил мне: "Осознавай!" Ты кричал мне: "Осознавай!" И когда я пытался осознавать, эти драгоценные камни выглядели как морская галька, не стоящая внимания. Если я забывал об осознанности, они снова становились драгоценными камнями огромной стоимости. Так все менялось несколько раз. Я начинал осознавать, и они становились обычными камнями; я переставал осознавать, и они превращались в богатства. Но, в конце концов, ты победил. Я вернулся к тебе. Посвяти меня в саньясу.
Наверное, Нагарджуна был таким же человеком, как я; обычный учитель не принял бы вора.
Иногда ко мне приходит пьяница и говорит:
- Я пьяница. Могу ли я стать саньясином? Я говорю:
- Не беспокойся о таких пустяках. Саньяса - это то, что тебе нужно. Сначала стань саньясином, потом посмотрим.
Он выглядит сбитым с толку, он ничего не понимает. Но как только он становится саньясином, все начинает меняться. Рано или поздно он приходит ко мне и докладывает:
- Тебе это удалось. Я больше не могу пить; это становится все более неприемлемым. Это так мерзко, отвратительно.
Один пьяница, - он стал саньясином лишь несколько месяцев назад, - сказал мне: "Пить стало трудно. Теперь я знаю, какая стратегия, и какой трюк кроется за оранжевой одеждой, потому что, когда я захожу в бар, люди касаются моих ног! Они говорят: "Свамиджи, это бар! Наверное, вы зашли сюда по ошибке!" А я говорю: "А, так это бар?" - и мне приходится развернуться и уйти. Я и войти никуда не могу!" Он был очень сердит на меня; он говорил: "Я не могу пойти в кино, потому что, когда я становлюсь в очередь, люди начинают касаться моих ног и говорят: "Свамиджи, что вы здесь делаете?" - и мне приходится спасаться бегством!"
Лишь немного осознанности - и это повлияет на всю твою жизнь. Лишь немного осознанности - и вся твоя жизнь, как ты жил ее до сих пор, будет разбита вдребезги, развалится, и из этого небольшого эпицентра осознанности начнет возникать новая жизнь.
Десятый вопрос:
Возлюбленный Мастер,