Вызвал Змия Огненного слово держать, кто это отпить из склянки заветной осмелился. Да тот и не отпирался долго. Признался, что глоток один и сделал всего. Но и это посчитал Велес деянием непростительным и наказал хранителя нерадивого.
Отправил он Змия на земле пожить да над проступком своим подумать. А чтоб раздора тот в жизнь местную не вносил, ожениться повелел. И времени всего полгода дал. Ну а ежели не сумеет он суженую в срок отведенный сыскать, в ужа ползучего обратится.
Обрадовался Огненный, что легко так отделаться смог. И Велес ничего позаковыристей придумать не удосужился. Дела сдал и Дворец хрустальный, на горе высокой стоящий, обживать отправился. Только не знал он, что из склянки невзрачной сурью небесную испробовал. Мудрость владетелю своему давала она, и отведавший ее обратную сторону вещей видеть начинает.
По началу Змий и не заметил ничего. Как с жилищем новым освоился, сразу во все тяжкие пустился. Только чувствует вдруг скучно ему на день следующий с девицами становится. От иных и вовсе сбегать стал, богатством одаривать забывая.
Стало его тянуть на темы философские поговорить. А девицы, как услышат речи непонятные, думают переутомился милой, и сразу морсом клюквенным отпаивать норовят. И уразумел тогда Огненный, что жена ему не только красивая, но еще и умная нужна.
Месяц прошел, другой закончился. Змий немного беспокоиться начал. Пробовал вместо смертных с девами водяными и кикиморами встречаться. Да только и здесь то же самое приключалося.
А еще Велес масла в огонь подливал. Заглянет, бывало, во Дворец хрустальный. Как дела интересуется, скоро ли свадьбу играть будем, спрашивает. Огненный все от ответа увиливал, только чего ж от бога небесного скрыть-то можно. А под конец тот участливо и спрашивает, присмотрел ли местечко, где в шкуре ужовой ползать собирается.
Страшно Змию стало от слов этих, и бросился он с силой утроенной суженую искать. Уговаривать себя пробовал, мол, не должна жена, мужу подобно, мудрой быть, для другого совсем она надобна. Только более трех дней и этот уговор не действовал.
И пришла тогда ему в голову мысль светлая. Мудрую жену надо там приискивать, где она мудрость свою проявить может.
Только легко дума думается, да не скоро дело делается. Где ж это проявление искать надобно?
И ко мне, сердечной, советоваться прилетал, Баба Яга погладила Кота Баюна, пригревшегося у нее на коленях. Только чем я ему, Старая, помочь могла. Коли он мудрости божественной вкусил и сущность женскую насквозь видел.
А тут Велес в очередной раз заглядывает и меж всего прочего и говорит. Мол, Школу его, где боги да духи обучаются, заканчивает дочь Царя Морского Василиса Премудрая. И аккурат через три дня диспут выпускной состояться должен. Не хочет ли Змий способности свои в последний раз проявить.
Порешил Огненный, что терять все равно уж нечего до срока конечного неделя оставалася, и в Школу Велесову полетел. Вдруг невозможное случится, и Премудрая еще и Прекрасной окажется.
Нашел он поляну, где Василиса диспут свой о Яви и Нави вела, уселся в сторонке и слушает. А сам про себя на роль жены ее примеряет. Может, она, конечно, и умная очень, думает, но и покрасивше попадалися. Из всех украшений цветочки полевые, в волосах заплетенные, да и под платьем широким, что скрывается, понять затруднительно.
Только вдруг выходит на поляну дева, на Василису ту очень похожая, и рядом со Змием усаживается. Одеяние из трав блестящих все тело стройное обтягивает, румяна в тон платью положены, а ресницами взмахнет, того и гляди улететь может.
Забыл Огненный сразу, зачем в Школу Велесову явился. Но на душе скребло все-таки. Ежели и на этот раз обманется, то путь один и останется в шкуре ужовой век свой оставшийся коротать.
А диспут тем временем к концу подходить стал. Никто Премудрую переспорить не смог, и ее уж досрочно победителем объявить собираются. Только Змий слово молвить испросил, и о четырех ступенях приближения к Побуду размышлять принялся.
Как при