Теперь пришел черед МакГонагалл издавать сдавленный смешок.
Ничего выдающегося. Он не знаменитый игрок в квиддич, не сверхмогучий маг и не высокопоставленный чиновник, и не звезда еженедельников с белоснежной улыбкой.
Оба декана похихикали, вспомнив Гилдероя Локхарта.
Но при этом он, МакГонагалл замялась, подбирая слово, надежный. Да, надежный. Раз сказал, значит сделает. Спокойный и рассудительный. Не гоняется за каждой кошкой, задравшей хвост. Умеет работать руками, а не только палочкой.
Понятно, кивнула Спраут, пряча улыбку.
Дядя Федор посмотрел на корешки книг, за которыми, как за замковой стеной с башнями, сидели Гермиона и Гарри, и улыбнулся. Все названия книг имели отношение к воде, и это означало, что Гарри Поттер тоже разгадал загадку, спрятанную в яйце.
Привет, махнул дядя Федор рукой. Нашли что-нибудь?
Пока нет, ответила Гермиона, не отрывая взгляда от книги.
Я придумал, но Гермиона забраковала, сказал Гарри.
Потому что призыв акваланга не поможет тебе пройти второй тур! тут же горячо воскликнула Гермиона. Ты не умеешь им пользоваться, неизвестно, сколько он будет лететь и откуда, и к тому же все это нарушение Статута! Не говоря уже о том, что у тебя будет всего час!
И не забывайте, что вода будет ледяная, добавил дядя Федор, садясь рядом с Гермионой.
Ему безумно хотелось понюхать ее волосы, но на глазах у Гарри было как-то неудобно.
Вот! Гермиона обвиняющим жестом ткнула пальцем в Гарри. Я так и знала, что мы что-то забыли! Нужно еще придумать способ, как тебе не замерзнуть!
После чего повернулась к дяде Федору и с искренней тревогой в голосе спросила.
А ты как? Придумал способ?
Придумал, спокойно ответил дядя Федор, успею подготовиться.
Внутри он, конечно, был не так уверен, но зачем зазря тревожить Гермиону? И без того она постоянно переживала за Гарри, который в ее глазах был (если дядя Федор правильно разобрался) кем-то вроде младшего брата, за которым надо приглядывать и помогать в сложных ситуациях. Гарри тоже смотрел на Гермиону, как на сестру, в отличие от последнего из троицы друзей, Рона Уизли.
Нет, тот не лез в драку и вполне нормально общался с дядей Федором, когда сталкивались, но проскальзывало что-то такое в глазах и движениях. Впрочем, нечто подобное можно было наблюдать и у других гриффиндорцев, когда те видели, как Гермиона обнимает дядю Федора, например. Матроскин объяснял это умными словами, и для себя дядя Федор понял это так: Гермиона своя в Хогвартсе, а он чужой. Все равно, как если бы к их корове Мурке повадился ходить в гости бык из соседнего Сметанкино. Вроде бы все в порядке, а все равно что-то внутри дергает.
А вот у нас не находится, повторила Гермиона, но это ничего, еще не всю библиотеку просмотрели! И в Запретную Секцию надо взять пропуск, там может быть, что-то да найдется!
Дядя Федор испытывал сильнейшее желание помочь и подсказать. Не свой способ, конечно, Гарри он все равно не подойдет, а подсказать что-то стандартное. Дядя Игорь озвучивал несколько вариантов в процессе обсуждения, и теперь они так и вертелись, что называется, на кончике языка. И в то же время дядя Федор чувствовал, что это будет ошибкой, но в чем именно пока не понял. Поэтому он ограничился простым замечанием.
В Запретной секции же хранятся опасные заклинания и знания, ведь так? Вряд ли организаторы турнира стали бы придумывать задания, требующие такого.
Верно, одобрила Гермиона. Это должно быть что-то стандартное, известное всем!
Всем на старших курсах, оживился Гарри.
Это не проблема, с гордостью объявила
Гермиона, вставая.
Она поцеловала дядю Федора в щеку и сказала.
Спасибо!
После чего устремилась к дремлющей мадам Пинс. Гарри с легкой улыбкой посмотрел на дядю Федора и сказал.
Спасибо.
Да не за что! прозвучал искренний ответ.
Аластор Грюм отхлебнул из фляжки и повесил ее на пояс. Его искусственный глаз не вращался бешено, вместо этого сосредоточившись на одной точке. Там, за стеной, в библиотеке сидел Гарри Поттер и с огромной скоростью листал книги, пытаясь найти заклинание, которое ему поможет пройти второй тур. Постояв и посмотрев, Грюм заковылял дальше по коридору, не подозревая, что за ним следят.
Матроскин, стоявший за углом, с развернутой картой Мародеров в лапах, предусмотрительно не показывался на глаза Грюму. Да, преподаватель ЗОТИ мог смотреть через стены, даже через мантии-невидимки, но именно поэтому Матроскин и держался немного поодаль, используя карту, чтобы не потерять подозреваемого.
В чем подозреваемого, Матроскин и сам не смог бы сказать, но иногда Аластор пах не Аластором, а другим человеком. И не в том смысле, что он был рядом с другим человеком или терся об того, а именно что сам Аластор был другим человеком. Или кто-то другой был Аластором, Матроскин пока еще не разобрался. Слишком мало оснований для подозрений, практически нет фактов, поэтому кот не спешил рассказывать никому, решив вначале понаблюдать и разобраться. Вот, например, то, что Грюм много времени уделял наблюдению за чемпионами можно было трактовать двояко: присматривает, чтобы не случилось чего или наоборот, присматривается, как бы какую гадость сделать.