Гам окунь, кроме шуток,
На удочку нацеливался сам!
Диковин всех тебе не передам
А люди как? Ты понял, в чем их сила,
Ты изучил их жизнь и, не щадя чернил,
Небось, поэму сочинил?
На это времени, признаться, не хватило!
С украинского
Владимир ИВАНОВИЧ
СВИНЬИ НЕ ВИНОВАТЫ
У Кондрата
Хлев, что хата.
Здесь свинья
Живет богато.
Он в свинье
Души не чает,
Вкусным пойлом
Угощает.
За свиньей уход отличный:
За свиньей, учтите,
Личной.
У Кондрата
И поныне
Верещат
На ферме свиньи;
Верещат они открыто,
Что лишили их корыта,
Что Кондрат, щадя затраты,
Позабыл про концентраты.
Свинок держит
В черном теле:
Не свои ведь
Из артели
С эрзя мордовского
Иван ШУМИЛКИН
(Басни)
1. СПЕСИВЫЙ КОЛОС
Однажды в зной среди ржаного поля
Какой-то Колос устремился ввысь.
Другим иная вышла доля:
Они, сгибаясь, книзу подались.
Все поле оглядев, длиннющий
Колос Соседу подал голос:
Дивлюсь тебе я, глядя с высоты:
Как все растешь ты бестолково,
Земле по пояс кланяешься ты,
И нет в тебе отличья никакого.
Ты, словно в море, потонул среди других
Поник, смирился и притих,
Тебя никто не удостоит взглядом.
А я приметен, на виду, с тобою рядом
И сам-то примечаю все кругом,
Весь день гляжу я в солнечное небо,
Веду беседу с резвым ветерком.
Да я!.. Да про меня!.. Да мне бы!..
Так без конца кичился б самохвал,
Как вдруг он похвальбу прервал:
На поле, рядом с Колосом предлинным,
Колхозница остановилась с сыном.
Гляди-ка, молвила она,
Склоненными колосьями полна вся нива,
А этот потому возвысился спесиво,
Что нет в нем ни единого зерна,
И от него не будет хлеба.
Подумай-ка над басенкой простой:
Точь-в-точь, как этот колосок пустой,
Зазнайки задирают нос до неба!
2. СТЕКЛО И РАМА
Сдружилось с крепкой Рамою Стекло.
С тех пор и лет и зим немало утекло.
Вдруг вздумало Стекло расстаться с этой самой
Привычной Рамой.
Брюзжит оно:
Известно, все жильцы подряд
Об этом говорят:
Светло у нас в квартире.
Откуда свет?
Да это не секрет:
Стекло его дает, как дважды два четыре.
Зимой жильцам тепло.
Кто греет их? Опять же я, Стекло!
И факты, как всегда, упрямы:
Само собой,
Вам подтвердит
столяр любой,
Что не было б Стекла, так не было б и Рамы
Несешь ты вздор!
Вступила Рама в разговор.
Уж лучше помолчи ты.
Твое бахвальство слушать мне невмочь,
Тебя я охраняю день и ночь,
Надежнее, чем я ты не найдешь защиты!..
Ах, так! Грубишь! Так ты имей в виду
Что я тебя сейчас покину, Нахальную дубину,
И без тебя не пропаду!
И тут Стекло из Рамы выскочило браво,
Качнулось влево, вправо
Дзинь! стукнулось со звоном о паркет,
И нет Стекла, лишь есть осколков след!
Читателю нетрудно убедиться,
Что выходить из рамок не годится!
С эрзя мордовского
Виктор АЛДАНСКИЙ
ГЛУХАРЬ-РЕВИЗОР
На должности завхоза в промтехстрое
Работала почтенная Сова.
Она была для лодырей грозою:
Ей дело нравилось, не пышные слова.
Так хорошо она работала сначала,
Такой авторитет завоевала,
Так показала мастерство свое,
Что сделали начальником ее.
Тут, повышение использовав умело,
Сова-начальник раздобрела,
И у нее остыл
К работе пыл.
Все это точно
Дошло до ревизора Глухаря.
И вот с ревизией летит он срочно,
Сову разоблачить желанием горя.
На промтехстрое потрудившись три недели,
Вскрыл ревизор большие неполадки в деле.
Сова рыдает, слезы источая:
Да это клевета, поклеп!
Враги меня хотят упрятать в гроб.
Я все вам объясню за чашкой чая
И вот, усевшись чинно,
На вина бросив благосклонный взор,
Промолвил ревизор:
Мне выпивать, пожалуй, не по чину
Да что вы, что вы, дорогой!
Не пьете водки кушайте мадеру.
Ну, выпьем с вами по одной-другой,
Сама я в этом знаю меру
Так протекал застольный разговор,
Весьма приятный и не очень скромный,
А у хозяйки глазки были томны
Совсем растаял ревизор.
У Совушки, как подтвердились факты,
Он засиделся до утра,
А поутру единым росчерком пера
Перечеркнул подписанные акты.
Мораль, читатель, примечай:
Иному ревизору вреден «чай»!
С татского
Данил АТНИЛОВ
ИСТОЧНИК МУДРОСТИ
Однажды Лев, Лиса да Волк
Затеяли охоту утром рано.
И вышел из охоты толк:
Промыслили Оленя, Зайца и Фазана.
Лев соизволил Волку дать приказ:
Добычу раздели сейчас!
Волк рассудил довольно тонко:
«Я буду справедлив вполне
Фазан-красавец Льву, Лисе
зайчонка,
Олень само собою мне»
Лев, Волку оторвав башку,
взревел со злобой:
А ну, теперь, Лиса, вести дележ попробуй!
Лиса подумала и молвила затем:
Тебе, великий Лев, на завтрак Заяц
нужен,
В обед Олень, Фазан тебе на ужин,
А что останется, уж я доем!
Лев похвалил:
Вот это дело!
Как ты додумалась, в чем здесь
секрет?
А хитрая Лиса ему в ответ:
На волчью голову глядела!
Более подробно о серии
В довоенные 1930-е годы серия выходила не пойми как, на некоторых изданиях даже отсутствует год выпуска. Начиная с 1945 года, у книг появилась сквозная нумерация. Первый номер (сборник «Фронт смеется») вышел в апреле 1945 года, а последний 1132 в декабре 1991 года (В. Вишневский «В отличие от себя»). В середине 1990-х годов была предпринята судорожная попытка возродить серию, вышло несколько книг мизерным тиражом, и, по-моему, за счет средств самих авторов, но инициатива быстро заглохла.
В период с 1945 по 1958 год приложение выходило нерегулярно когда 10, а когда и 25 раз в год. С 1959 по 1970 год, в период, когда главным редактором «Крокодила» был Мануил Семёнов, «Библиотечка» как и сам журнал, появлялась в киосках «Союзпечати» 36 раз в году. А с 1971 по 1991 год периодичность была уменьшена до 24 выпусков в год.