Потрепали кучера, лошадь, но к моему счастью их прогнал большой и красивый дракон.
А потом - пустота.
Я, должно быть, потеряла сознание из-за того, что сильно ударилась головой.
Но как долго я была без чувств?
И где мы сейчас?
- Так почти на месте, - охотно отвечает кучер. - Меньше мили осталось.
Сжалившись надо мной, он пояснил, что первую ночь мы провели в лесу. Нам несказанно повезло: там же пережидали непогоду несколько боевых магов, которые успокоили лошадь и подлатали раненых. Они погрузили меня в целебный сон, и карета отправилась дальше.
На вторые сутки остановились в придорожной гостинице, и меня перенесли в отдельную комнату.
- Ей богу, леди, клянусь Создателем, - с жаром заверяет мужчина, - хозяйка подсобила с работницами, я к вам и пальцем не притрагивался!
- Благодарю.
Медленно, превозмогая боль во всём теле, я подбираюсь к окну. Пейзаж совершенно незнакомый: зелёные холмы, поросшие густой травой, вдалеке виднеется небольшая деревушка.
Солнце стоит высоко в небе, ни намёка на ту страшную бурю, которая бушевала во время нападения.
Вдыхаю свежий воздух, наполненный ароматами луговых трав и цветов, щурюсь от яркого света и всматриваюсь в россыпь домиков, что становятся ближе с каждой минутой.
- Это и есть Змеиная Пасть? - интересуюсь не удержавшись.
- Она и есть, - слышу в его голосе скрытую печаль.
Соскучился по родным местам? Он по крайней мере единственный, кто отнёсся ко мне с теплом.
Да и местность выглядит достаточно интересной. С одной стороны холмы, с другой высоченные горы, закрывающие собой горизонт.
Мысленно рисую в голове, как разобью небольшой огород, а под окном будет цветочная клумба с розами. Потом можно и хозяйством обзавестись: раздобыть несколько куриц, петуха, козочку.
Ещё надо собаку, чтобы сторожила дом. И поговорить с местными, вдруг кто сможет помочь?
Увлечённая мыслями и планами на будущее, я не сразу замечаю, как мы въезжаем на главную улицу, которая, похоже, тут единственная.
И, глядя на дома, чувствую, как надежда тает, а все мечты о спокойной жизни разбиваются о страшную действительность.
Глава 13
Первое, что бросается в глаза это удивительная красота здешних мест. Деревянные дома завораживают взгляд!
Резные наличники, затейливые узоры на фасадах, крыши, покрытые замшелой черепицей всё это выглядит как иллюстрация к старинной сказке.
Но чем дольше я смотрю по сторонам, тем сильнее меня охватывает чувство неправильности происходящего.
Эти прекрасные дома пусты, да и на улицах не видно ни души.
Краска на стенах местами облупилась, а в некоторых окнах зияют чёрные провалы разбитых стёкол.
Сердце сжимается от непонятной тоски. Почему это место, созданное с такой любовью и мастерством, кажется заброшенным?
- Что случилось с людьми, жившими здесь? - интересуюсь у кучера, а голос невольно дрожит.
- Уехали в поисках лучшей жизни, - выдержав паузу, отвечает мужчина.
И бросили такие крепкие, добротные дома?
Немыслимо!
Карета проезжает мимо пустыря, бывшего когда-то деревенской площадью. Наверное, здесь проходили ярмарки, веселился народ, бегали и смеялись ребятишки.
Чуть поодаль замечаю небольшое одноэтажное здание с закрытыми ставнями. Почти все окна, кроме двух забиты крест-накрест досками.
- Школа, - не дожидаясь моего вопроса, отвечает кучер.
Чувство тревоги нарастает с каждой секундой. Я не могу избавиться от ощущения, что за нами наблюдают сотни невидимых глаз.
Кажется, будто сами дома смотрят на меня своими пустыми глазницами-окнами. Тянет перекреститься, но я держусь и стараюсь думать только о хорошем.
Не может быть деревня полностью заброшенной.
Едем дальше, и сердце учащает ритм - вижу явно жилые дома, скрытые за высокими заборами. Штук десять, не меньше! В уши врезается заливистый собачий лай и грозный женский окрик:
- Лорд, а ну пасть закрой! Разбрехался тут, блоховоз!
Собака виновато повизгивает, а меня распирает нервный смех.
Отличная кличка для сторожевого пса. Эйвар бы непременно оценил.
- Леди Эллеринг, мы прибыли!
- возничий останавливается возле большого двухэтажного дома с очаровательным мезонином, стоящего поодаль от соседей.
Давай, Вика, не бойся. Это начало твоей новой жизни, - подбадриваю себя и, подхватив сумку, толкаю дверцу кареты.
Кучер не спешит помочь. Придерживаю подол, закрываю глаза и спрыгиваю с подножки на пыльную дорогу. От твёрдой, утоптанной до состояния камня земли, чувствительно отдаёт в пятки, и я невольно морщусь.
Взгляд скользит по покосившемуся серому забору. Часть досок завалена набок, часть держится на честном слове. Большой участок зарос травой, а вместо калитки - открытый проход.
- Всего вам наилучшего, леди Эллеринг! Обживайтесь! - выпаливает кучер и, прежде чем я успеваю среагировать, подстёгивает вожжами лошадей.
- Эй, подождите! - возмущённо кричу ему вслед и тут же захожусь в кашле, глотая взметнувшуюся ввысь дорожную пыль. - Ну и ладно! Сама справлюсь!
Выбора-то у меня нет, - мысленно добавляю про себя.
Яркое солнце начинает припекать спину и голову. Знойное дневное марево дрожит, слегка искажая расстилающийся передо мной пейзаж. Воздух напитан ароматами свежего сена, луговых цветов с едва уловимой примесью коровника.