Валентин Семенов еще долго докладывал собранную информацию, а Забродин слушал и мысленно повторял: какие они идиоты! Нет, ну какие же идиоты! Очень любопытно узнать, как далеко заведет этих людей их собственная глупость. А финансовая культурка все-таки не помешала бы
Первыми к упавшей с балкона девушке бросились дети, гулявшие с мамочками и нянями во дворе. Взрослые не успели опомниться от шока, как малышня уже окружила неподвижное тело. Следом кинулись женщины, истошно вопя:
Олеся, иди сюда, не смотри!!!
Господи!!!
Ой!!!
Гена, Гена, ты где? Дай руку, иди ко мне немедленно!!!
Ужас какой
А я видела, я все видела
«Скорую» вызывайте!
Милицию! В милицию звоните!
Кто-то достал мобильник и начал звонить, тут же послышались голоса советующих:
Сначала в милицию
«Скорую» набирайте, «Скорую», может, она еще жива
В «Службу спасения» надо
Ноль-три не набирается
Да вы что, надо набирать сто двенадцать
Женщина в короткой дубленке, которая первой сказала: «я все видела», протиснулась к телу и отшатнулась от вида крови, выделявшейся из ушей, рта и носа.
Я все видела, мертвым голосом повторила она. Это Катя из девяносто первой квартиры, она там снимает Ее сестра столкнула, я видела.
Точно, раздалось несколько голосов.
И я видела, они стояли на балконе
Это точно Наташка, сестра ее, я ее по куртке узнала, красная такая
А я лицо не рассмотрела, все-таки высоко Точно, что сестра?
Да точно, точно, я ее узнала. Я их вместе с Катериной много раз видела.
А где же она? Убежала, что ли?
Так она ее и столкнула! Я видела!
И я видела!
И я
В этот субботний декабрьский день «Скорая» приехала неожиданно быстро подстанция была недалеко. Врач осмотрел тело, проверил пульс на шее, провел пальцем по роговице глаза, проверяя корнеальный рефлекс, отметил отсутствие дыхания и констатировал наступление смерти. Сделав запись в выездной карте «Скорой помощи» и в сигнальном листке, забрался в машину и стал ждать прибытия работников милиции, нервно поглядывая на часы. Обычно сотрудники патрульно-постовой службы успевали прибыть на место происшествия, пока врач осматривает тело, и ждать не приходилось, а сегодня что-то они припаздывали. Впрочем, ничего удивительного, город готовится к Новому году, все спешат в магазины за подарками или за необходимыми покупками перед отъездом на длинные новогодние каникулы, так что хоть и суббота, а «пробки» наверняка есть. За неделю до Нового года Москва «вставала» прочно и непробиваемо.
Приехали патрульные, врач в двух словах объяснил им ситуацию, связался по рации со своим диспетчером и уехал на новый вызов.
Старший патруля, полноватый рыхлый блондин лет тридцати, растолкал сгрудившуюся возле тела публику и прошел вперед.
Что у нас тут? усталым голосом спросил он. «Парашютистка»? Кто видел, как все случилось?
Я видела, выступила вперед женщина в дубленке. Ее сестра столкнула. Они обе стояли на балконе, а потом сестра ее толкнула.
И я тоже видела, вступила немолодая дама в норковой шубе. Это Наташа, я ее знаю.
Сколько времени прошло?
Да полчаса будет, а то и больше, охотно пояснила «дубленка».
Старший патруля о чем-то подумал несколько секунд, оглядывая многоподъездный дом, потом вздохнул.
Ладно, уже все равно
не поймаем Сань, ты участкового не видишь?
Да нет пока, отозвался тот.
А его вызвали?
Должны были одновременно с нами послать. Пойти в опорный пункт поискать?
Не надо, сам придет, махнул рукой старший. Я пока с дежурным свяжусь, пусть группу высылает, здесь явный криминал. А ты попроси, чтобы принесли покрывало или простыню какую-нибудь, тело прикрыть надо.
Он начал звонить в дежурную часть, а его напарник кинулся добывать что-нибудь, чем можно было укрыть от любопытных глаз то, что осталось от упавшей с высоты шестого этажа девушки.
Покрывало нашли, его принесла та самая дама в норковой шубе, она жила на первом этаже, идти ей было недалеко. Появился участковый, немолодой, невысокий, не особо торопливый, на первый взгляд похожий на сонную черепаху. Едва услышав о том, что произошло, он как-то весь подобрался, немедленно вытащил блокнот и начал переписывать тех, кто утверждал, что «все видел», особое внимание уделяя людям, с уверенностью называвшим имя убийцы Наталья, родная сестра потерпевшей. Попутно организовал пару активных зрительниц для выполнения роли понятых при осмотре места происшествия: следственно-оперативная группа приедет и не будет терять время понапрасну.
Группа прибыла почти через полтора часа. Молоденькая девочка-следователь, сильно накрашенная, с белокурыми локонами по плечам, два оперативника, криминалист и судебный медик. Следователь была в этой команде самой юной, и участковый, усмехнувшись про себя, подумал, что в такой ситуации непонятно, кто кем будет руководить. Конечно, формально главный все-таки следователь, процессуальное лицо, с этой пигалицы потом весь спрос, но что она умеет-то? А вот криминалист и судебный медик мужики за сорок, явно опытные, знающие.
Девочка-следователь задала участковому пару вопросов, а услышав, что понятые уже готовы выполнять свой гражданский долг, недовольно нахмурилась. Участковый понял, что она хочет все делать сама, и еле сдержал улыбку. Глупенькая, не понимает, какое это везенье, когда тебе помогают. И ведь это нисколько не умаляет ее роли, не посягает на ее полномочия.