Объяснять этот тяжелейший провал только неподходящими личными качествами резидентов просто нельзя. В конце концов, они хоть были самоучками, но не появились на пустом месте их отбирали, учили, инструктировали, их работу курировали,
и если дело обернулось трагически, то ответственность за это должна распределяться по справедливости. Рувен Шилой, блестящий стратег и талантливый дипломат, не справился с профессиональной рутиной, не смог наладить ни системы отбора кадров, ни четкого функционирования службы обеспечения разведывательных мероприятий.
Скорее всего, он сам это понял
Глава 7 «АЛИЯ-БЕТ» И «МОССАД»
Частично эмиграция осуществлялась по официальным международным канонам, но далеко не все эмиграционные законы в разных странах, разделенных серьезными политическими противоречиями, были достаточно благоприятны. Наряду с легальными требовались и специальные операции.
Благодаря тайным операциям агентов «Алии-Бет» за первые четыре года независимого существования население Израиля удвоилось и достигло одного миллиона. Тем не менее «Алия-Бет» как самостоятельная институция в марте 1952 года была распущена. Рувен Шилой решил, что она больше не нужна.
Формальные аргументы для принятия этого решения очевидны: зачем осуществлять тайные или полулегальные операции, если можно действовать в открытую, от имени государства. Но хоть немного более углубленный анализ столь же очевидно показывал, что уповать на быструю гармонизацию международных отношений в части эмиграции чрезмерно оптимистично и при самом хорошем раскладе «неофициальной» работы хватит еще не на одно десятилетие.
Сотрудники «Алии-Бет» возражали против такого решения, утверждали, что Шилой и его «Моссад» стремились прибрать к рукам их солидные активы и, самое главное, что политический прогноз относительно только легальной иммиграции необоснованно оптимистичен. Но возражения и протесты упраздняемых или реорганизуемых подразделений это нечто само собой разумеющееся, точно так же происходило совсем недавно, за год до этого, с Гуриелем, Артуром Бен-Натаном и сотрудниками политического департамента. Во всяком случае это не повлияло на решение политического руководства, принятое «с подачи» Шилоя.
«Алия-Бет» с самого начала, с тридцатых годов взяла на вооружение методы подкупа и тайной дипломатии. Ее агенты устанавливали прямые контакты с верхушкой правительства, с политическими лидерами, нередко во враждебных странах: с иракскими премьерами Савиди и Нури-ас-Саидом, с венгерскими руководителями, с шахом Ирана и королем Трансиордании Абдуллой все это делалось для того, чтобы обеспечивать массовый безопасный выезд евреев в Израиль.
Что касается активов, то здесь действительно было о чем говорить. К началу пятидесятых «Алия-Бет» представляла собой огромную организацию, которая в глобальном масштабе занималась перемещением самого ценного, что было у евреев, людей. Это было гигантское тайное «агентство путешествий», располагавшее более чем шестью десятками судов и самолетов, бесчисленным количеством автомобилей и грузовиков. Движение транспортных средств координировалось полулегальной глобальной системой радиосвязи. Бюджет «Алии-Бет» измерялся десятками миллионов долларов сумма по тем временам настолько значительная, что она оказала существенное влияние на развитие некоторых европейских портов в послевоенной Европе, где помимо рутинной оплаты за предоставление портового обслуживания и транспортных услуг систематически выплачивались огромные взятки полицейским чинам, правительственным служащим и судовладельцам за создание режима благоприятствования. «Масштабы операций «Алии-Бет» не знали себе равных в истории нашего государства, и с тех пор никто не смог сравниться с нашими достижениями», вспоминал один из ветеранов «Алии-Бет».
Теперь это огромное «хозяйство» по решению правительства, инспирированному Шилоем, переходило в распоряжение государства. Некоторые из авиалайнеров, принадлежавших этой службе, стали первыми самолетами государственной израильской авиакомпании «Эль-Аль». Ее суда стали основой государственной пароходной компании «Зим». Опыт крупномасштабных морских операций оказался полезен в становлении военно-морского флота Израиля. Многие агенты «Алии-Бет», а также мастера по изготовлению фальшивых
документов впоследствии успешно использовались «Моссадом» и другими ветвями разведсообщества.
До сих пор существует мнение, что решение о ликвидации службы было слишком поспешным. Возможно, следовало действительно передать многое из материально-технической базы организации государству, но сохранить оперативное ядро и часть материальной базы «Алии-Бет» как самостоятельной структуры еще на несколько десятилетий. Государственное руководство хоть в Израиле, хоть в какой-либо другой стране не проявляет необходимой гибкости и оперативности. Но здесь надо отметить, что представляется очень вероятным: прозорливый Рувен Шилой предполагал заранее, что «проблемы» с алией возникнут еще не раз и наряду с государственными, потребуются и сторонние, фактически нелегальные усилия и соответствующие службы. Предполагал но все же настаивал с упорством Катона Старшего на необходимости роспуска и огосударствления «Алии-Бет».