Лорд был доволен, но как хотелось, чтобы этого юнца пробило наконец на настоящую эмоцию!
Ты не хочешь знать, к чему это все? ласково спросил он, и, кажется, по спине Снейпа пробежал отчетливый холодок. А это означало, что он все-таки понял, что влип во что-то очень, очень серьезное.
А придется, продолжил Том. Позовите Беллу!
Мой лорд! она словно стояла в ожидании за дверью шелест платья, алые губы и это самое, с заглавной буквы «Мой».
В сторону Снейпа Беллатрикс даже не взглянула.
Когда супруг намного старше, он раньше уходит, несколько иезуитски начал Том. Я подумал и решил тебя немного утешить
Видеть, как с красивого лица сбегает выражение счастья и преданности, сменяясь неверием, ненавистью и презрением, было интересно до болезненности захотелось тут же повторить, но Белла ухитрилась взять себя в руки, точнее, палочку. Или до нее наконец дошло, и она переключилась на Снейпа?
Зато Снейп был готов уклониться от Авады, чем немного порадовал, но не дав Белле договорить до конца, Том бросил в нее Круцио. И держал дольше, чем всегда почему-то он почувствовал себя разочарованным. Она что, решила лишить его, Лорда Волдеморта, его личного зельевара? Да как она посмела?!
Снейп стоял, как манекен в тренировочном зале ни живой, ни мертвый, двигаться способный, но способен ли думать? Ладно хоть честно признался, что чего-то не умеет, даже Круцио избежал. И правильно, ему еще будущую супругу тащить. А забавно получилось!
Ладно, одну проблему он решил. И других дел у него более чем достаточно.
3. Беллатрикс: между долгом и смыслом
Родословные всех чистокровных семей, история, геральдика, и довольно болезненные наказания, если она недостаточно хорошо отвечала не выучить урок даже в голову не приходило. Иногда ей хотелось доставить такую же боль беспечной Андромеде но прошел год, и сестра тоже стала заниматься с учителями точно так же, как и она. Теперь они вдвоем завидовали Нарциссе, которой оставалось еще почти целых два года до этой каторги, но что могла понимать сама Нарси в свои три года? Только бояться учителей, наслушавшись сестер Даже подлянки не устроить будет просто плакать, и все. А ей, Белле, опять наказание?
Арифмантика, астрономия, музыка, которую Белла терпеть не могла в отличие от сестры, и наконец небольшая отдушина трижды в неделю танцы, которые любили обе. Латынь и древнегреческий, который, кажется, только что узлом детский язычок не завязывал. Этикет, впитанный с материнским молоком, особых трудностей сестрам не доставлял.
Но до чего же сладко было не следовать правилам! Никакие угрозы не могли удержать сестер от этого. Хотя зачинщицей чаще всего была Андромеда, а исполнительницей Беллатрикс, вот так вот странно. Может, потому что была смелее? Доставалось обеим, конечно, но Белла переносила наказания легко. И сразу придумывала месть пока мелкую и детскую. Хлюпающая носом Меда добавляла свои соображения, и они попадались снова.
Учителя не выдерживали долго. Родители выдерживали все но девочки больше всего на свете боялись что-то сделать не так, если мать начинала особым образом поджимать губы. Или если отец медленно постукивал тростью по руке. Сердечки замирали, по спине бежал холод, а наказание было неотвратимым если только не успеешь исправиться. «Детей должно быть видно, но не слышно».
Она привыкла. Она не знала, что может быть иначе, пока не попала в Хогвартс. И уж там-то маятник откачнулся назад так, что многие диву дались. «Бешеная Блэк», шептали за спиной, а она носила это прозвище с удовольствием. Особенно потому, что ни одна душа не рисковала сказать ей это в лицо. Тогда она еще не понимала, что это значит за ней стоит семья, даже клан, против которого никто не рискнет пойти. В том числе сами члены этого клана, разве если только окончательно спятят. Вон, как придурок Сириус.
«Почему Вальбурга не прибьет это позорище?»
спросила она как-то раз, но вместо ответа получила наказание. За что? Она действительно не понимала. Сорную траву надо истреблять, ведь это правильно! Ценить человека? Ее научили ценить только волшебную кровь, так что Белла искренне считала кузена предателем этой самой крови.
И когда сверстники стали вести разговоры, такие понятные, такие близкие ей, а главное, когда Он, наследник Слизерина, кивнул ей на ее первом балу, это было у Малфоев она до сих пор помнит тот убранный цветами зал, именно тогда она поняла свой путь. Свое призвание. Отстоять магический мир для магов, и никаких пришлых!
После она в пух и прах рассорилась с Андромедой снова не понимая, как та вообще могла смотреть на этого Тонкса? Для нее были маги известные с детства люди и их семьи и все остальные двуногие. Все же так просто!
Помолвку, назначенную сразу после окончания школы, а затем и свадьбу с Рудольфусом Лестрейнджем магом достойным, взрослым, а главное, приближенным к Нему, она приняла радостно. Как еще один шаг вперед к тому, о чем она мечтала тоже войти в Круг. Стать необходимой. Самой-самой.
Ее супруг был готов рекомендовать ее Лорду что и склонило Беллу к раннему замужеству. Метка в качестве подарка ее устроила. Как устроил ее и супруг-единомышленник, правда, если бы не был таким приставучим То есть не таким Руки у Рудольфуса были еще ничего, но его поцелуи заставляли ее передергиваться, и скрывать это было все труднее. А потом ей стало казаться, что он недостаточно серьезно относится к тому, что говорит их Лорд.