На последнем слове, произнесенном Азулой полушепотом, Аанг поперхнулся.
Судя по твоей реакции, ты знаешь, о чем я, да?
Знаю. Помню. А ты откуда знаешь?
Дядя Айро рассказывал. Говорил, что это самое невыносимое правило, когда молодая кровь зовет. Он пытался уйти в монастырь после того, что стало с его женой и сыном. Но не смог. Думаю, тебе наверно это непонятно и незнакомо Она заметила едва уловимую тень смущения на его вдруг ставшем эмоциональным за время их разговора лице. Но все люди живые люди, и сколько бы им не внушали, когда приходит время Слушай, а может и Кочевники подобным образом?.. Может, поэтому в Храмах оставались лишь старики и дети? Ведь целибат соблюдают только на территории Храма?
Не знаю. Жизнь за стенами монастыря могла быть иной. Может, я еще действительно мало знаю о своем народе. Но теперь это неважно. Больше нет Воздушных Кочевников. Никого. Ничего. Все пропало.
Нет, они не пропали. Воздушный Кочевник сидит напротив меня. И он отличный результат воспитания этой системы. Аанг, пока они живы в твоей памяти они есть! Все лучшее, что было в твоем народе, сохранено. В тебе. И, знаешь, я, кажется, знаю, почему они были все там, когда нависла угроза. Отбросив свою беспечность, они прилетели защитить детей. Они любили своих детей! Может, даже не зная, кто точно из этих ребятишек в одинаковых желто-оранжевых костюмчиках их родной, они отдали свою жизнь, защищая. Будь Кочевники хоть капельку бездушнее, они улизнули бы и спрятались. Никто не смог бы их уничтожить. Но они прилетели все. Все до единого. Они были самоотверженны, отважны, благородны. Не имея своих семей, по-настоящему они все были семьей. Большой. Дружной. Семьей!
Спасибо, Зула
На его лице было столько смешанных эмоций, и она вдруг осознала, что совершенно очарована им, что не мускулы и сильные руки важны, а что-то иное, необъяснимое, щемяще-родное и удивительно ошеломляющее, что было скрыто в нем его душа и аура, его доброта и самоотверженность, его интеллект и мировосприятие, его сдержанность и игривость, его мысли и эмоции, когда он, наконец, открылся ей, точнее, лишь приоткрылся, и что она многое бы отдала, чтобы еще раз увидеть его таким. Она знала через мгновенье Аватар Аанг возьмет себя в руки и все станет, как прежде. (Но она надеялась, что хотя бы «почти» как прежде).
Он не безликий. Он удивительный. Он особенный.