Да мы и сами не против. Мутное какое-то дело, явным висяком попахивает. А ну как до верхов дойдет? Деньги-то изъяли, он ни рубля не успел потратить. В обменники вернуть пара дней. Ну, а баксы паленые спалить и того быстрее.
Тот самый гражданин Ф. оказался низеньким, щуплым дядькой лет сорока, с пушистыми русыми волосиками, сильно поредевшими за макушке, и бесцветными глазками. Он, и правда, дрожал, как осиновый листок, и если бы не конвоир, поддержавший его под локоток, когда гражданин со страху запутался в собственных ногах, он непременно растянулся во весь свой небольшой рост на пороге.
Г. поставил в каких-то бумагах подпись, получил с рук на руки подозреваемого, ещё сильнее напуганного присутствием каких-то неизвестных мужиков, один из которых выглядел как сумасшедший ученый, а второй как агент ФБР под прикрытием, и на Лёшкиной машине уже вчетвером они двинули по месту проживания гражданина Ф.
Сорвав бумажную печать с входной двери, Г. втолкнул внутрь замешкавшегося было Ф. и зашёл сам. За ними последовали Лёшка и Веник.
Наконец-то настала их очередь, подумал Лёшка.
Гражданин Ф., я старший уполномоченный следовательособого отдела федеральной государственной службы по расследованию экстраординарных случаев. Фамилию свою я вам назвать не могу по причина строжайшей секретности, торжественно-строго произнес он, испепелив взглядом сжавшегося в комок Ф. Потом кивнул в сторону Веника. Это мой напарник. Мы здесь, чтобы помочь нашим коллегам из полиции разобраться с вашим делом и максимально строго наказать всех виновных. К вашему сведению, за подобное деяние предусмотрена высшая мера.
Н-неужто пожизненное? пискнул Ф.
Пожизненное это по обычным законам, хмыкнул Лешка. А по нашим расстрел.
Ах, только и смог выдавить из себя несчастный Ф. Лешка даже подумал, а не перегнул ли он палку, и решил смягчить тон.
Но если вы всё нам расскажете и покажете, каким образом у вас на руках оказались те купюры
Так я же говорил вот товарищам гражданам господам полицейским, затараторил Ф., воодушевившись надеждой избежать расстрела. Утюг бабкин! Мой сломался, и я вспомнил, что где-то в кладовке её старый лежит, советский ещё. Подумал, вдруг работает? Фурычит, правда, звуки какие-то странные издает. Так вот, значит глажу я брюки и замечаю, что в кармане что-то есть. Достаю, а это Тыща долларов!
Так-так, произнес Лёшка и для пущей красочности многозначительно переглянулся с Веником. Тот нахмурил брови, важно поправил очки и кивнул. И как вы догадались, что это утюг вам, так сказать, поспособствовал?
Так я проверил! Взял другую бумажку и погладил, ну, поводил по ней разок-другой туда-сюда.
И?
И ничего! Ни сторублевка, ни полтинник в баксы не перекинулись. Даже тысяча деревянных ни-ни. Только пятихатки ему подавай! Любит он их что ли.
Пока очень убедительно, неправда ли, коллеги? Лёшка задумчиво постучал указательным пальцем по подбородку. Г.
тоже активно закивал, подхватывая игру. Но для полноты картины нам необходимо увидеть всё своими глазами.
Так вот он, на месте! воскликнул Ф. и рванул в комнату.
Там, в простой и явно холостяцкой обстановке, на разложенной гладильной доске стоял допотопный утюг одно из ранних изделий советской промышленности. Ф. включил его в переноску на полу, и утюг приветливо моргнул красным огоньком. Через пару-тройку минут Ф. послюнявил палец, осторожно коснулся подошвы и тут же его отдернул. Утюг был готов к производству зелёных денег.
Есть у кого пятисотенные? спросил Ф.
Лёшка машинально похлопал по карманам давно забытый жест для человека, привыкшего пользоваться исключительно картами. Веник пошарил во внутреннем кармане пиджака и выудил на свет божий только пару отечественных тысячных. Г. тяжко вздохнул и протянул Ф. мятую пятисотку.
Благодарим за содействие, мы компенсируем вам все затраты, сказал Лёшка.
Втроём они замерли и пристально уставились на то, как Ф. кладет купюру на доску и подносит к ней утюг Как подошва полностью скрывает её от глаз наблюдателей, а утюг в это время действительно издает долгий, непристойный звук, лампочка его часто мигает И вместо пяти сотен перед ними лежит новехонькая хрустящая тысячная купюра.
О-фи-геть, простонал Г. совсем как утюг, когда делал своё дело. Он, не утюг, а Г., похоже до конца не верил, что это возможно.
А назад он их не перекидывает, падла, явно довольный результатом, произнес Ф. Ну, обратно из зелёных в наши.
Лёшка с Веником переглянулись. Так и есть: ни у одного артефакта ими ещё не было замечено обратного действия.
Ну, что же, уважаемые коллеги, думаю этой, хм, демонстрации достаточно, чтобы признать гражданина Ф. невиновным в содеянном. Он, конечно, виновен, но лишь в том, что поддался искушению и решил воспользоваться незаконно приобретенными средствами, чтобы улучшить свое благосостояние.
И вы меня отпустите? робко спросил Ф.
Из города ни ногой, прикрикнул на него Г. И по городу не шариться, вообще из квартиры лучше лишний раз носа не высовывай. До окончания следствия.
А как же денежки, а? Мои-то Ф. как-то разом осмелел. Или, скорее, обнаглел.
Какие твои? рявкнул Г. Считай, что ещё дёшево отделался!