Такие как я троицу не интересовали и интересовать не могли, а вот наглые ребята вроде Цудзи вполне могли получить порцию заслуженного внимания со всеми вытекающими. Поэтому мой школьный «друг» сразу же прижал хвост и изобразил позу покорности, как и полагается при виде более альфистого альфы.
И че, долго мы ждать будем? лениво протянул третий, погасив сигарету о стену кладовки: когда мордобой начнется?
Да сейчас. оскалился Цудзи, неторопливо снимая пиджак и закатывая рукава: сейчас я тут кое-кому его место укажу. Это недолго, уж извините нас Акира-сан, но есть у нас в классе один дурачок которому неймется.
Хе. Хорошо сказано патлатый Акира качнул головой: давайте начинать.
Я готов. я уже снял пиджак и тоже закатал рукава жест не сильно нужный, однако символичный, а пренебрегать символами в ритуальном поединке чревато непониманием со стороны публики. Пиджак я передал в руки одной из близняшек в свите Снежной Королевы просто ткнул его ей в руки и все. Если бы я подошел с просьбой «подержи мой пиджак» мне бы даже не ответили, просто фыркнули бы и нос задрали, а так, она даже сообразить ничего не успела, как держит его у себя в руках, а врожденная японская аккуратность и чувство долга не дает ей бросить его на землю. Потом, вероятно, его в меня кинут и обзовут, но это потом, а пока одна из близняшек (и я до сих пор не научился их различать) держит мой пиджак.
Отлично! Итак! патлатый Акира поднял руку, поочередно оглядел меня и Цудзи и резко опустил ее вниз: начали!
Как только слово прозвучало, Цудзи бросился ко мне. Он был массивнее меня, имел какой-никакой опыт в драках и, говорят, даже ходил в секцию дзюдо. Разумным выбором было бы отступить с линии атаки и попробовать зайти сбоку. Но я уже немного устал от всего этого детского сада и хотел завершить все как можно скорей. Кроме того, тело Синдзи-куна было неподготовлено к длительному поединку, нет,
не так Синдзи-кун выдохся бы на второй минуте.
А потому затягивать процесс не наш выбор. Я не стал отступать ни назад ни в сторону. Я сделал подшаг вперед. Джэб. Я уже понял, что нынешнее тело не было выносливым или физически развитым, но координация и навыки, которые я вырабатывал всю прошлую жизнь все еще были со мной. Не полностью, но насколько это вообще было возможно в этом неуклюжем подростковом теле.
Поэтому джэб. Хороший джэб словно электрон в современной физике не сколько частица, сколько волна. Это мгновенный, хлесткий и практически невидимый обычным глазом удар. Этим ударом нельзя разбивать кирпичи или дробить стены, он не может откинуть человека назад или свалить на землю. Этот удар-волна предназначен для разведки и остановки атаки противника и то и другое одновременно. Боксер может закрыть глаза и прощупать пространство впереди с помощью джэбов джэб, джэб, джэб и как только перчатка соприкасается с противником мощный кросс правой или хук. А еще джэб легко останавливает бегущего на тебя противника, слегка встряхивая ему голову.
В этой Японии не было западной оккупации, не было засилья западных фильмов и культуры, зато был подъем патриотизма и национального самосознания, как результат популярностью пользовались местные единоборства каратэ, кемпо, дзюдо и так далее. Более того, никто даже не называл это каратэ или дзюдо это были названия для гайдзинов. Вместо каратэ были многочисленные школы от Киокушинкай и Кудокана до «Божественного Кулака» и «Золотого Феникса».
Как итог мой одноклассник не удосуживался прикрыть голову или прибрать челюсть, двигался вперед с высоко поднятой головой и раскинутыми в стороны руками, видимо собираясь провести бросок или просто схватить меня и повалить на землю. Даже с моими невеликими силами джэб встряхнул ему голову и заставил остановиться. Это даже не нокдаун и уж тем более не нокаут.
Легкая встряска головного мозга, не приводящая к потере сознания или падению, просто заставляющая приостановиться, чтобы взять окружающее под контроль. Любой человек, которому хоть раз в жизни попадало по голове знает это ощущение легкого ступора, попытки осознания ситуации, слабости в коленях.
Секунда, доля секунды и этот эффект пройдет бесследно, человек выпрямится и продолжит атаку, и именно поэтому нельзя давать противнику опомниться после джэба. Рука в джэбе напоминает змею, индийскую кобру в броске, легкий толчок идет от бедра, вся сила всегда идет от бедра, от ног, продолжается небольшим разворотом корпуса, выпрямлением руки и заканчивается словно удар кончиком хлыста доворотом кулака. Щелк! Щелк! Щелк! один за другим мои слабые джэбы взбалтывали голову Цудзи, словно желток в яйце всмятку.
Парадокс, но человек, которому быстро стучат в голову словно бы теряется во времени, процессор не успевает переварить информацию, он вынужден загружаться снова и снова, но удары мешают, прерывают процесс восстановления. Три быстрых, хлестких джэба остановили Цудзи на какую-то долю секунды и как только это произошло, я зарядил прямой правый, прямо ему в челюсть. Тунц! В правой руке что-то хрустнуло и Цузди рухнул на землю, закатив глаза.
Черт! сказал я, баюкая правую руку. Надеюсь, не сломал, косточки у Синдзи-куна слабые, с него станется.