Завадский побагровел.
Но ответить достойно он не успел раскрылась дверь и со словами:
Муля, так чем там их побег закончился? в комнату вплыла Фаина Георгиевна.
Причём была она в цветастом крестьянском платке, которым повязала массивную конструкцию из бигуди. При виде Завадского, она умолкла и лицо её вытянулось.
А Завадский так вообще побледнел.
Муля! всплеснула руками она, что это?
Это Юрий Александрович, усмехнулся я, предвкушая славный скандальчик.
Попрошу! Не что, а кто! выпятил нижнюю губу Завадский. Я человек, между прочим!
Да? Неужели? сделала демонстративно круглые глаза Фаина Георгиевна.
Вы не считаете меня человеком? зло нахмурился Завадский. В воздухе отчётливо запахло серой.
Вам для этого нужно сперва слезть с постамента! фыркнула она, хотя можете не утруждаться пройдёт какое-то время, и благодарные потомки всё равно вас оттуда сбросят
Фаина Георгиевна, я не понимаю эту вашу женскую логику!
Возможно потому что вы мужчина? прищурилась Злая Фуфа, а Ярослав откровенно заржал.
Я незаметно показал ему кулак, чтобы не мешал. А сам приготовился наблюдать дальше. Тем временем ссора разгоралась:
Это вы из зависти, что больше не играете в моих спектаклях!
Но вы же сами выгнали меня из «Шторма»!
Потому что вы своей игрой испортили мне весь замысел!
А вы публику поменяйте, Юрий Александрович, едко усмехнулась Злая Фуфа и добавила, напишите на афише «Спектакль Шторм только для тех, кто способен понять великий замысел режиссёра Завадского»!
Тут уже и я не выдержал, ржал так, что ой.
Завадский налился нездоровой краснотой и прошипел:
Зачем вы этот цирк устроили, товарищ Бубнов?
Какой цирк? прищурился я, вы же пришли со мной о проекте разговаривать, если не ошибаюсь. Или не так?
Именно так! кивнул Завадский, но она здесь причём?
А при том, что одна из главных ролей писалась как раз под Фаину Георгиевну. Так что она человек заинтересованный. Кроме того, Фаина Георгиевна принимала непосредственное участие в написании отдельных частей сценария.
Я сам знаю, кого приглашать на роли! он сказал это пафосно и даже подбородок задрал высоко-высоко.
Тогда зачем вы пришли ко мне? изумлённо развёл руками я, приглашайте сами, делайте всё сами. Я-то причём
Мне нужен текст! проворчал Завадский, весь текст!
Ничем помочь не могу, демонстративно развёл руками, и я подчёркнуто злорадно улыбнулся, уж извините!
И тут заржала Раневская. Завадский побагровел, процедил что-то нечленораздельное и выскочил из комнаты, напоследок так хлопнув дверью, что, наверное, вздрогнул весь дом и на чердаке обильно посыпалась штукатурка.
Муля, ты прэлесть! разулыбалась Фаина Георгиевна, как красиво поставил на место этого мешигине !
Он сказал, «поговорим в кабинете Большакова», тут же наябедничал Ярослав. Я всё расслышал.
Вот же сволочь, пробормотала Фаина Георгиевна, но сволочь гениальная, что тут говорить.
Она тяжко вздохнула и посмотрела на меня как-то по-матерински, что ли:
Тяжело тебе со мной, да, Муля? Ничего-то у нас не получается. И с режиссёрами я постоянно ругаюсь, и из театров меня выгоняют, и роли отбирают.
Ничего, Фаина Георгиевна, вздохнул я, раз я пообещал значит сделаю. Не получилось сейчас получится потом. Я вообще считаю, что неудачи это хорошо. Больше материала для мемуаров будет.
Раневская усмехнулась. И добавила:
Трудно мне с Завадским. Очень трудно, Муля. Сам видишь же.
Я кивнул, а она продолжила:
Если я молчу он начинает думать, что он прав, а если пытаюсь доказать свою точку зрения так считает вдвойне.
Она посмотрела печальным взглядом и сказала:
Но остальные режиссёры ещё хуже.
Ничего, Фаина Георгиевна, и это мы преодолеем. Все вот эти неприятности это хорошо. Даже очень хорошо. Когда преодолеваешь их это и есть жизнь, движение. Только тогда можно насладиться победой, если прошёл трудный путь. А если всё на блюдечке с золотой ложечкой, то обычно такое не ценится
Жаль, что так с фильмом этим получилось, вздохнула Раневская, я так уже на него понадеялась. Думала с сестрой действительно,
хоть на старости лет увижусь. И что квартиру ты получишь рядом со мной. Соседями станем.
Всё так и будет, с уверенностью сказал я.
Нет, Муля, почала головой Раневская, Завадский это такой жук, он своего не упустит никогда.
Завадский не вытянет этот проект, Фаина Георгиевна, пожал плечами я, вот увидите. Тем более, что фильм на карандаше у самого
Я ткнул пальцем в потолок.
Раневская кивнула, мол, понятно, знаю.
Он ещё попыжится немного и Большаков сам мне всё отдаст. Думаю, и недели не пройдёт. Сроки-то никто не отменял.
Большаков сложный человек, возразила Фаина Георгиевна. тут тоже непонятно, его не просчитаешь.
А я не говорю, что легко будет, ответил я, но торговаться придётся. И будет или по-моему, или проект попросту лопнет. Они на второй вариант не пойдут, побоятся. Поэтому и квартиру дадут, и на все мои условия пойдут. Вот увидите.
На лице Фаины Георгиевны было сомнение.
И тогда я сказал:
А давайте пари?
Опять? нервно хихикнула она.
А почему нет? пожал плечами я, если через неделю нет, подстрахуюсь, если через полторы, недели проект не отдадут обратно мне, причём целиком, на моих условиях и без Завадского и прочих деятелей, то вы выполняете одно моё желание. Причем без оглядки. По рукам?