Я от удивления часто заморгала.
- Как мы тут оказались?
- Ничего сложного, я тебя научу. Ну как тебе? - Он с гордостью указал мне на вывеску.
- Шедевр, - восхищённо ответила я.
Огляделась и отошла немного назад. - Надо бы здесь всё очистить, всё очень заросшее и с дороги плохо просматривается.
Ну это, хозяйка, ты уж сама, первый урок, посмотри внимательно и запомни, как всё выглядит, закрывай глаза, теперь представь, как должно всё быть, только очень хорошо представь, детально. Представила?
Я кивнула.
- Теперь мысленно поочерёдно направляй свою магию туда и исправляй на то, как ты видишь. Я принялась за дело и так увлеклась, пока возглас домового не заставил меня оторваться от этого увлекательного занятия.
- Ничего себе у тебя фантазия, - восхищённо воскликнул домовой.
Я открыла глаза и в изумлении заморгала: всё, что являлось мне в грёзах, теперь предстало передо мной в реальности.
Вдоль скалистых склонов стройными рядами выстроились подстриженные туи, имеющие форму зверей. А перед въездом возвышалась величественная каменная арка, увитая розами. Дорога из булыжника блестела, как после дождя.
«Вот это я забацала!» с восторгом воскликнула я. «Так, Нафаня, давай к таверне сейчас, я там тоже красоту наведу».
«Ты опять меня так назвала?» домовой прищурился и поднял одну бровь.
Я сложила ладони в молящем жесте: «Прости, прости».
Он посмотрел на вывеску и довольным голосом сказал: «Я, конечно, не должен этого говорить, но ты уважила старика, такой подарок сделала, мне ни разу в жизни таких подарков не делали». Он опять поглядел на вывеску и, вздохнув, как будто решившись, сказал: «В общем, хозяйка, если ты ещё и в третий раз назовёшь меня этим именем, то это будет означать, что ты меня освободила от всех моих обязательств перед тобой и твоим родом и дала мне свободу».
- Какую свободу? Разве ты не свободен в своём выборе? - удивилась я.
- Нет, мы привязаны к дому и хозяевам. И если ты дашь мне имя, я буду свободен и могу идти куда хочу.
- А ты этого хочешь? Быть свободным? - я присела на корточки и заглянула ему в глаза.
- Все хозяйка, хотят быть свободными, - и в его взгляде появилась тоска.
- Хорошо, ты верой и правдой служил моему роду. Ты свободен, Нафаня!
Он ошеломлённо смотрел на меня и хлопал глазами, и по его морщинистым щекам текли слёзы.
- Только можно тебя попросить: не бросай меня сейчас, я без тебя не справлюсь.
Почему-то я себя чувствовала как-то неуютно в этой ситуации, было такое ощущение, что я с него сняла рабский ошейник, который на него сама когда-то и надела. Стараясь прогнать эти мысли, я встала и как можно веселей сказала:
Так, Нафаня, если ты мне согласен помогать, то время не ждёт, надо действовать дальше, перемещаемся к трактиру, сама взяла его за руки, прикрыла глаза и представила наш трактир.
Открыв глаза, я окинула взглядом окружающее пространство: мы стояли на дороге перед трактиром. В свете дня всё выглядело иначе. За каменным строением располагались хозяйственные постройки, назначение которых мне пока было неизвестно. К сожалению, у меня сейчас не было возможности исследовать их. Дорога убегала дальше, и вдалеке был виден большой дом. Скорее всего, это была усадьба. Желание добраться туда сейчас я в себе подавила и занялась тем, чем планировала. Прикрыла глаза и улыбнулась: я ощущала себя художником, который убирает ненужные мазки и наносит новые.
Госпожа, какая прелесть! голос Миры прозвучал едва ли не у самого моего уха. Я открыла глаза.
Передо мной предстала картина, исполненная изящества и гармонии: искусно подстриженные туи, горшки с цветами, несколько деревянных столов, покрытых белоснежными скатертями, под навесом, увитым розами. Кругом была чистота и порядок.
Окинула взглядом Миру.
Нам придётся сегодня самим обслуживать посетителей, сказала я ей.
Как самим? У Миры округлились глаза от ужаса. Если нас увидят мужчины с открытым лицом, нас казнят, госпожа.
Я перевела взгляд на Нафаню, стоявшего рядом.
Это правда?
- Нет такого в нашем королевстве, слава богам. Много, конечно, ограничений для женщин, но закрывать лицо и прятаться от мужчин точно такого нет.-фыркнул он.
- Мира, тут другие законы, ты видела вчера девушку, которая нам встретилась по дороге,
так у неё и лицо, и плечи были открыты.
Служанка потупилась: - Простите меня, госпожа, но я так сразу не смогу.
- Мира, ты проделала огромный путь с открытым лицом, много ли сейчас поменяется, если ты будешь не в штанах, а в юбке?
Что ж, придётся мне самой, произнесла я, махнув рукой в сторону застывшей девушки.
Нужно срочно нанять помощниц, добавила я, входя в таверну.
Кира тем временем расстилала скатерти на столы.
Кира, а ты не боишься появляться с открытым лицом перед мужчинами? с надеждой спросила я.
Нет, госпожа, я теперь ничего не боятся, она с благодарностью посмотрела на меня.
- Отлично, тогда нам надо придумать форму, - подошла к зеркалу, висевшему перед входной дверью. Закрыла глаза и стала в своём воображении рисовать себе одежду: широкая синяя юбка, вышитый серебренными узорами синий корсет, белоснежная блузка, пышные рукава три четверти, поверх всего белоснежный фартук с рюшами, на голове белая с синим кружевная лента, подбирающая волосы.