Присоединяйся. Бездельничаем, а мама-бедняжка трудится даже сегодня.
Ну что ж, пробормотал, раскладывая шезлонг, чтобы жить, нужно работать.
А ты все время в отпуске, подмигнула ему.
Он немного смутился и сказал:
Зато не отдыхал в прошлом году. Как чувствовал.
Я решила не приставать к нему с работой и сменила тему:
На этой лоджии не хватает бассейна с такой, знаешь, сумасшедшей горкой. Я бы с нее не слазила. Помнишь, как здорово было на море?
Скворцов кивнул, но без особого энтузиазма.
Можем сходить на пляж.
Только не на наш городской, умоляю тебя!
Да, конечно. Ты не хочешь есть?
И у мамы, и, особенно, у него это превратилось в какую-то манию. В моем обмороке винили и дождь и мою, как они выразились, чрезмерную худобу. Можно подумать, что я специально худею или не ем. Но теперь на каждый завтрак я получала гору салата, яичницу из трех яиц с ветчиной, булку с маслом, какао, сметану
Ты должна набраться сил. Кушай! командовал Скворцов.
Я растолстею, и в следующий раз ты не поднимешь меня, показывала я ему язык.
Не напоминай мне! Почему ты не съела сметану? опять командовал он.
А я буду толстой и упаду в обморок от обжорства! и я надувала щеки, показывая какой буду.
Еда, еда, еда.
Вспомнив об этих наших с ним спорах, я зажмурилась, ужасно надула щеки и повернулась к нему. Вот бы было прикольно, если бы он меня Скворцов поцеловал меня в губы. Точнее, успел коснуться только уголка губ, а я вскочила с шезлонга.
Ты сошел с ума?
Говорила эти слова и сама же себя ругала за них. Ведь он выполнил мое желание. Телепат? Да хоть экстрасенс. Он хотел меня поцеловать по-настоящему! Не должен этого делать. Но я от него без ума! Да! Как в книжках. Как в кино. Не должен, а я без ума.
И в тоже самое время смеялась над нами. Было мне невероятно смешно. Я села в шезлонг и прыснула, закрывая рот рукой.
Нет, ответил он с растерянным видом.
Что нет?
Ты меня не поняла. Это не то, о чем ты думаешь.
А о чем я думаю?
Ну не знаю.
Я разозлилась. Только что была на седьмом небе, но это его «не знаю» Вскочила опять и кинулась прочь с лоджии. По щекам потекли слезы.
Ты что, Вета?
Не слушала его. Промчалась по гостиной и, словно вихрь, ворвалась в свою комнату.
Но послушай же, Вета!
Хотел войти за мной, я легла на дверь все телом, не пуская его.
Вета, я же не хотел
За дверью стоял самый замечательный мужчина на свете, а я так упиралась, словно ко мне врывался серийный убийца! Я отпустила дверь и отступила к окну.
Вета Ну вот, Скворцов открыл дверь и стал на пороге. Тяжело дышал, как будто дверь держала не я, а великанша.
Хочу извиниться. Он сделал несколько вдохов-выдохов и уже спокойнее продолжал. Обещаю, что это больше не повторится.
И печально опустил голову. Выглядел очень смешно. Я расхохоталась. Упала на колени и хохотала, как сумасшедшая. Пыталась перестать, но открывала глаза, смотрела на Скворцова и опять хохотала. Он выглядел изумленным моей реакцией. В конце концов, ушел. А я до самого вечера то и дело начинала хихикать.
И было от чего.
А вечером встретилась с Линой. Мы с ней немного подружились после того, как не стало Маши. И раньше она нравилась мне, а теперь стала как бы подружкой. Она была спокойнее, чем я, любила читать и серьезно относилась к учебе в своем колледже. Еще, может, потому была она серьезнее, что у нее были младшие брат и сестра? Но, главное, как и Маша, она не сплетничала. Поэтому я рассказала ей о сегодняшнем событии.
Ну ты и ну, сказала она свою обычную присказку. Ты сошла с ума.
Почему? Я же ничего такого не сделала. Это он.
Хотел тебя поцеловать. Это уже слышала. А что потом?
А потом ничего
Не ври, я же вижу, что так все не закончилось!
Ну, хорошо Потом он меня поцеловал. Когда я смеялась.
Поцеловал? Ты с ума
Успокойся, поцеловал в руку, опять извинялся. А я его слегка шлепнула по щеке, вот!
Лина покачала головой.
Вы оба ненормальные.
Ну и что?
Она погрустнела. В задумчивости накручивала на палец прядку волос.
Что? спросила я.
Неужели ты ничего не понимаешь? Ты этого хотела. Ведь так? Ты изобразила злость, психанула, но ты хотела. И он тоже. А дальше? Ведь будет и «дальше».
Я прикусила губу. Когда думала обо всем этом, было как-то так легко и несерьезно. Но сейчас, когда нужно было произносить слова
Я понимаю.
Что понимаешь? Что будут еще поцелуи и не только поцелуи!
Ничего «не только» не будет!
Откуда ты знаешь? Он опять тебя поцелует, и ты будешь готова на все!
Я кивнула. Да, возле него мое сердце колотилось, как сумасшедшее. Каждый его взгляд вызывал у меня дрожь. С утра думала только о нем.
Ты влюбилась! Ты влюбилась в него! Ты чокнулась из-за его глаз и губ, сама говоришь, из-за его слов! Да, вы неплохо смотритесь вместе. Но ваша разница в возрасте
На море я видела и не тмоя хорошаяакие пары.
Ой, я тебя умоляю! Все артисты находят себе молоденьких, чуть ли не из детсада, ну и что? Ты для него кукла или ребенок, неужели не понимаешь? И, между прочим, ребенок его жены. Ты подумала о маме?
Он дал мне самые лучшие минуты жизни, упрямо сказала я, как одна влюбленная героиня, а подумала: «И будут еще лучшие!»