----------------
Андрей стоял в тёмном помещении и пытался увидеть, что творится внутри, но как не приглядывался, ничего увидеть не смог.
- Выведите их на улицу, я хочу с ними поговорить.
В комнату вошли двое мужчин, освещая путь фонариками, подошли к пленникам, подняли их на ноги и молча вытолкали на улицу. Полицейские зажмурились от яркого света, ударившего им в глаза, и остановились у выхода.
- Не останавливайтесь, господа, проходите дальше, не загораживайте проход.
Услышали насмешливый и до боли знакомый голос захваченные стражи порядка. Они одновременно открыли глаза и сквозь яркий свет и резь, увидели того человека, который так ловко с ними справился. Оба сразу же попытались схватиться за ушибленные места, но руки были скованы наручниками, поэтому они простоиспуганно уставились на своего победителя.
- Сколько мы просидели в темноте? спросил один из полицейских.
- Почти двое суток, - ответил ему Андрей.
- Понятно, почему я не чувствую рук. Вы нарушаете правила содержания осуждённых, нельзя, держать людей более двух часов в наручниках, - спокойно, констатируя факт, произнёс любознательный страж порядка.
- Посмотрите, какой нежный, - засмеялся один из конвоиров, - может, ещё Президенту пожалуешься?
- Кто вы такие? Почему нас похитили? не обращая внимания на колкость, так же спокойно спросил опять тот же полицейский.
- Вы не имеете права! И вообще, знайте, нас будут искать, а когда найдут, вам всем не поздоровится. Никому не позволено безнаказанно так обращаться с такими людьми как мы, - с вызовом, фальцетом проорал другой.
- Может быть, может быть, - задумчиво и уж как то спокойно заключил Свиридов, - но боюсь, когда вас найдут, тебе это уже будет безразлично
Кричавший, как-то сразу сник. В его глазах промелькнул страх.
- Уведите этого куда-нибудь, - проговорил Андрей, кивнув на неспокойного полицейского, - таких умных видеть не могу.
Коп, на которого показал Свиридов, обмяк, и у него впереди на штанах появилось мокрое пятно. Все дружно рассмеялись, и двое мужчин втолкнули опозорившегося обратно в комнату, из которой его недавно вывели.
- Такие не прощают своих обидчиков, - тихо произнёс Андрей, - ладно, там видно будет.
Оставшийся полицейский посмотрел всем троим по очереди в глаза и, остановив взгляд на Свиридове, попросил:
- Снимите наручники, у меня руки затекли. И еще, я хочу в туалет.
- Хорошо, будет сделано, - усмехнулся, появившийся из ниоткуда Рогоза, и лукаво глянул на Андрея.
Когда полицейского увели делать его дела, Олег спросил у Свиридова:
- Ну что будем делать?
- Поговорю с ним. Кажется нормальный мужик, может, что и получится. А второй дерьмо, как он только в полицию попал?
- Как говорится: «И в хорошем стаде есть паршивая овца», хотя какое оно в задницу хорошее.
- Что-то нас на фекальные темы потянуло, не находишь? рассмеялся Андрей, - ладно, пойду отдам распоряжения по строительству полосы препятствий, а ты, Олег, посмотри с Коневым место под стрельбище.
-------------
Фёдор увидел Арчибальда ещё издали. Он шёл уверенной, быстрой походкой хозяина жизни и смотрел прямо на него. Во всей его стремительности чувствовалась угроза, но Фёдор, почему-то не испугался, ему даже стало весело, и он улыбнулся. Арчибальд тоже выдавил улыбку, но она получилась такой фальшивой, что он сразу же стёр её с лица и принял озабоченный вид.
- Феденька, здравствуй, здравствуй дорогой!
- И Вам того же, - ответил Фёдор, - чем обязан?
- Сразу к делу, ну что ж можно и так, - принял официальный тон советник. Федя, давай говорить на чистоту, твой отец не тот человек, который нужен Русувии, он слишком прямолинеен и, извини, туп. Его действия явно направлены на угнетение простого народа. Ему наплевать, что с ним станет, лишь бы богатенькие прихлебатели пели ему дифирамбы и «отстёгивали» за различные поблажки и безумные проекты, разрушающие твою страну.
- Интересно, а последний Указ он пропихнул с подачи этих богатеньких прихлебателей? Или, может, с вашей, а? Ведь всё, что он делает, он делает по вашей указке. И это, кстати, простые люди видят. А эти срые
депутаты поддерживают данные писульки именно из-за надежд на те самые поблажки, тут Вы правы.
- Фёдор, подожди
- Да что там подожди Что вы собираетесь делать с моим отцом? Он хоть и ваша шестёрка, но всё-таки мой отец. И когда вы его уберёте, кто займёт место Президента, вернее, кого вы посадите в его кресло с помощью тех же самых выборов, которые вы же и подстроите?
- Федя, ты опять за своё! Мы уже это обсуждали прошлый раз, помнишь? Поэтому перейдём сразу к будущему твоего отца и твоему будущему. Никто не собирается ничего делать с ним, он добровольно уйдёт в отставку, сославшись на состояние здоровья, порекомендовав тебя как своего приемника. Выборы пройдут, как положено, и ты станешь Президентом Русувии. Произойдёт то, чего ты так страстно хотел.
- Не пойму смысла этой рокировки, - задумчиво произнёс Фёдор.
- Я ведь уже тебе сказал, твой отец туп, стар, действует прямолинейно, что скоро может подтолкнуть народ к восстанию. Всё это приведёт в президентское кресло другого человека, а не тебя ты этого хочешь? Естественно, этого не надо ни тебе, ни нам. Ты теряешь пост, к которому так стремился; мы теряем сырьевую базу и преданного союзника.