Я вернулся в окоп и приказал зорко следить за кустом и окружающим его пространством. Вскоре мне донесли, что в кусте замечено было движение. В трубу я различил перископ в 3 футах над землей. Так как перископ только что появился в кусте, и держался на той же высоте, я пришел к убеждению, что тут должен скрываться и снайпер, собрал полдюжины своих стрелков и моего вестового, и, указав им дальность, приказал дать залп, целясь в середину куста. После залпа перископ взлетел в воздух и Эрнст уже более нас не беспокоил.
Наблюдение направления неприятельских выстрелов и повело к тому способу нахождения снайперов, который описан мною выше в этой главе.
Никто не может отрицать мужества Эрнста, изо дня в день выползавшего на нейтральную зону. Трудно сказать, был ли он убит или нет, но шансы за то, что одна из пуль залпа попала в цель. Во всяком случае, работа снайпера в этом месте прекратилась.
Я достаточно подробно описал работу и обучение, происходившие в окопах третьей армии. Целью их было формирование снайперских отделений в батальонах в составе 2 унтер-офицеров и 16 рядовых под начальством одного офицера. Я сознал, что моя задача, главным образом, заключалась в подготовке офицеров. Если бы мне удалось найти 15-20 офицеров, всей душой преданных делу снайпинга, не подлежало сомнению, что наши начинания
найдут отзыв на всем пространстве британской армии. Мы успели уже собрать много сведений о германской организации и на некоторых участках не только справляться с противником, но и вырывать превосходство из его рук.
Поразительно, что может быть сделано 16 хорошими стрелками на участке одного батальона только в один день. Нужно иметь в виду, что успех немецкого снайпинга основывался, главным образом, на действиях известного количества высококвалифицированных снайперов, из коих каждый наносил нам тяжелые потери. Наша ближайшая работа, следовательно, заключалась в том, чтобы вывести этих снайперов из строя; задача несколько облегчалась тем обстоятельством, что немцы слишком привыкли видеть несомненное преимущество на своей стороне.
С течением времени наши дела стали поправляться, даже до такой степени, что в один прекрасный день я получил телеграмму одного из Командиров бригад следующего содержания: «На моем участке остался всего-навсего один немецкий снайпер. Не можете ли вы предоставить мне временно крупную охотничью винтовку».
Названная бригада за период 4 месяцев не зарегистрировала ни одного случая потерь от германских снайперов.
Вся кампания может быть разделена на четыре периода. В первый период несомненное превосходство на стороне германцев. В продолжение второго наша главная цель состояла в том, чтобы изъять наиболее опасных германских снайперов, а также приучить наших к более действительной работе. В третий период немец уходит в свои окопы и не дает нам более случая истреблять его. Настало время для нас изобретать разные способы и хитрости с тем, чтобы заставить немца выходить из своих окопов и уже гораздо позднее наступает четвертый, последний период это период крупных боев, в который работа снайперов начинает сливаться с работой разведчика и снайперы в большом количестве обучаются в применении к новым задачам, возрастающим в связи с новыми тактическими методами германской обороны.
ГЛАВА III Начало работы в XI корпусе и первой армии
Я ехал по дороге через Дулен-Фревен и Ст. Поль, по которой мне уже и раньше часто приходилось путешествовать, начиная с тех отдаленных времен, когда дорога еще была загромождена французскими войсками, и до теперешнего, более спокойного времени. На войне было мало развлечений. Охота была запрещена, спорт был недоступен для одинокого человека, каковым был я, и трудно было доставить себе какое-либо умственное развлечение. Поэтому длительные разъезды по всему фронту, входившие в круг моих обязанностей, составляли приятный контраст с обыкновенной жизнью. Как только до меня доходили вести о новых боях, я немедля отправлялся в указанном направлении, чтобы на месте наблюдать за немецкими окопами, так как со временем снайпинг все более и более осложнялся, и немцы стали прибегать к новым приемам, с которыми нам, конечно, приходилось бороться. Важно было также своевременно доставать на местах образцы их новых стальных щитов, над которыми мы производили опыты со всеми родами винтовок.
Вернемся, однако, к курсам в 1-й армии. Нам отвели довольно странный тир на самой окраине местечка Бетюн, в то время цветущего пункта, почти нетронутого артиллерийским огнем, несмотря на его расположение в районе военных действий. Стрельбу мы производили под навесом, и мишени виднелись через отверстия в целом ряде кирпичных стен, пересекавших тир в перпендикулярном направлении. Шум в помещении стоял оглушительный, но при сырой и холодной погоде навес давал некоторые удобства. Класс состоял из 12 отборных офицеров, по одному из каждой дивизии. Впоследствии я потерял из виду большинство из них, но, по крайней мере, двое получили в командование батальоны, а также разные боевые награды. Чтобы научить их обращению с телескопическими прицелами и одновременно проверить установку прицелов вообще, все винтовки первого корпуса, снабженные этими прицелами, были собраны у нас вместе с людьми, обслуживавшими их. Раньше всего необходимо было проверить правильность установки телескопических прицелов.