Охранники исчезли из кадра, но тут же появился новый персонаж. С крыльца сбежал миловидный паренек в китайском "драконьем" халате с развевающимися полами и смешных шлепках. Любовник, а скорее тайный муж Субботина (или жена, хрен его знает, как правильно называть гомосексуальные пары) подлетел к распростертому телу и упал на него, сотрясаясь в рыданиях. Чем закончилась эта до одури политкорректная голливудская сцена, Городецкий не увидел - в комнате сработал термобар, и передача пропала.
Городецкий, понемногу напитываясь ощущением ошеломительного успеха и просчитывая последствия,
о которых, получив от президента добро, старался не думать из суеверия, открыл ноутбук, скачал с сервера видео и через тройную защиту с мощным шифрованием залил его напрямую в комп, находящийся в кабинете у президента.
И только после этого осушил полный бокал коньяку.
Глава 32
Углубившись в массив, Шульга пошел спокойно, с ленцой. Демонстрация закончилась, народ сдал транспаранты и тянулся из центра, чтобы сесть, наконец, за столы и достойно отпраздновать день победы. Встречных становилось все больше, на ополченца обращали внимание. Старики пялились с восхищением. Девушки, исходя из личного опыта, - кто с опаской, кто с интересом. Среднее же поколение по большей части морозилось. Вот и ладно, все равно не лицо запомнят, а детали одежды. Наверное, так же, подумал Шульга, было в Москве в каком-нибудь тридцать седьмом году. С дедом бы об этом поговорить...
Пешеходная часть маршрута закончилась. В одном из дворов, нагло перекрыв вход в подъезд, стоял запыленный УАЗ-Патриот с бортовыми надписями «МЧС ДНР оперативная». За рулем давил лыбу наряженный, как и Шульга, новозеландец.
Шульга спокойно оглянулся - не начался ли шухер у подъезда, где лежит убитый охранник? Вроде нет. Да если и пройдет кто мимо, скорее всего, примут за пьяного. Убедившись, что все тихо, открыл дверь, нырнул на сиденье.
- Ну что, напарник? - спросил, как всегда ухмыляясь, Назгул. - Порядок?
- Не расслабляйся, поехали! - буркнул Шульга. - Термобары в квартирах сейчас сработают. Вылетят стекла - начнется шухер.
- Это понятно. А что по цели?
- Поражение сто процентов. Но шли по краю из-за утечки.
- Откуда протекло, как считаешь? - риторически поинтересовался Назгул.
- Поймаем - спросим. Давай, для начала, выскочим из кольца.
Назгул кивнул, включил зажигание.
Машина рыкнула и поперла со двора, подминая кусты.
Глава 33
После праздничного обеда, во время которого нужно было следить, чтобы бойцы перед выездом не забухали, Филин начал готовиться. Через полчаса предстоял быстрый строевой смотр, загрузка в автобус и отъезд на опорный пункт, где их с нетерпением ждут на смену. Это лучше, чем казарменное разложение. Там, на опорнике он, Филин, сам себе царь и бог.
Он достал из перекошенного шкафчика полевую форму. Горку давно уже следовало постирать, но, Филин, зараженный общей пофигической атмосферой, на такие вещи плевал - все равно к завтрашнему дню будет в грязи. Вот только оружие - Стечкин и два АКМа - один табельный, другой левый, купленный с рук по случаю, держал в идеальном состоянии.
Взял полотенце, двинулся в умывальник. В большой комнате с выщербленным кафельными стенами было тихо. Никого. Точнее - почти никого, в углу елозил шваброй дневальный. Нарик из Кирова, его боец, машинально отметил Филин...
Горячая вода, слава богу, еще была. Филин с удовольствием засунул голову под кран, отфыркиваясь, намылился, смыл пену. За мойдодырскими процедурами не заметил, как нарик со шваброй подобрался почти вплотную.
- Ты чего? - просил Филин.
- Тихо, начальник. Дело есть.
А вот это уже интересно. Нарик был тихий, шестерил на блатных, до этого ни разу вне служебных дел они не общались. Филин накинул на голову полотенце, вытерся, отошел чуть в сторону, чтобы не маячить перед распахнутой дверью.
- Излагай!
- Спасибо что на больничку отпустил, товарищ капитан. Кашель замучил...
- Ты мне на позициях со своим кашлем и ломкой нужен как собаке пятая нога. Вернемся с ротации, принесешь справку, подам рапорт. Уволишься через неделю-две.
- Добрый ты. Человек, короче. Строгий, но пацанов не щемишь. Вот что, послушай... - нарик пододвинулся к самому уху, так что Филин ощутил его зловонное дыхание. - Ты там поберегись. Когда все на обеде были, ивановские вышли в толчок. Бухнули и терли между собой. Я в подсобке кемарил, слышал. Им кум с Донецка звонил. В общем, будут тебя кончать...
А вот это было уже интересно. Кумом его урки по зоновской привычке называют особиста Масленко, который здесь выполняет функции лагерного начальника оперчасти - вербует сексотов и за командирами присматривает. Быстро же он сработал...
Минут пятнадцать назад в батальон позвонил дежурный по штабу бригады, сообщил о неудачной попытке подрыва машины главы республики. По комкору информация не прошла, неясно было на него покушение или нет. Филина никто не дернул, он решил что на этом все и закончилось, по крайней мере, пока. Выходит - нет.
Что-то в Донецке произошло. Причем настолько серьезное, что Масленко тут же решил от него избавиться. И в принципе понятно зачем. Если информация Филина