Однако планы и практические шаги по их реализации генерала Миллера и его сподвижников своевременно становились достоянием советской разведки. Благодаря полученным через агентуру данным в 19311934 годах удалось захватить и обезвредить семнадцать террористов РОВС, заброшенных в СССР, и вскрыть одиннадцать явочных пунктов. Большой вклад в эту работу внесли агент-нелегал Леонид Леонидович Линицкий, сотрудники парижской и берлинской резидентур ИНО ОГПУ. Советским разведчикам удалось предотвратить готовившиеся РОВС террористические акты против наркома иностранных дел СССР Литвинова в Европе и его заместителя Карахана
в Иране.
В начале 1930-х годов советская разведка установила технику слухового контроля в штаб-квартире РОВС в Париже, которая с мая 1930 года располагалась на первом этаже дома 29 на рю де Колизе. Дом принадлежал семье агента парижской резидентуры Сергея Третьякова. В 1929 году Третьяков был привлечен к сотрудничеству с советской разведкой и до последних дней своей жизни служил новой России. Первоначально от Третьякова поступала информация относительно подрывной деятельности «Торгпрома» и других эмигрантских организаций. В 1933 году перед ним была поставлена задача по разработке РОВС и его первого отдела. По предложению заместителя Иностранного отдела ОГПУ Шпигельгласа Третьяков вернулся жить в принадлежавший семье дом и занял второй этаж как раз над помещениями, арендованными штаб-квартирой РОВС. На третьем этаже проживала семья Третьякова. Это позволило парижской резидентуре установить микрофоны подслушивания в кабинетах Миллера, начальника 1-го отдела Шатилова и канцелярии РОВС. Аппаратура приема информации была размещена в квартире Третьякова. С 12 января 1934 года заработал технический канал получения информации, обернувшийся для Третьякова годами тяжелейшей работы. Практически ежедневно, пока генералы Миллер, Шатилов и Кусонский находились на работе, он, надев наушники, вел записи разговоров, происходивших в их кабинетах. Поступавшая от Третьякова информация, носившая первоначально кодовое название «Петька», а затем «Информация наших дней» (ИНД), позволила разведке и контрразведке ОГПУ, а позже НКВД, более полно контролировать и пресекать подрывную деятельность РОВС против СССР, выявлять каналы заброски террористов и их имена, факты сотрудничества Миллера с французскими и японскими спецслужбами, установления тесного контакта РОВС с НТСНП, встречах Миллера с Байдалаковым и Поремским и другими лидерами НТСНП, где обсуждались конкретные вопросы взаимодействия этих двух антисоветских организаций в борьбе против СССР. Благодаря информации Третьякова стало известно, что представитель РОВС в Румынии полковник Жолондовский, отвечавший за заброску террористов, скрывал от руководства РОВС провалы до тех пор, пока данные об аресте террористов и их фамилии не появились в советской печати. Интересна в этом отношении информация Третьякова о провале румынского канала Жолондовского, изложенная в спецсообщении ИНО руководству НКВД СССР: «ИНО Главного управления государственной безопасности получены сведения, что руководитель террористической работой РОВС в Румынии полковник Жолондовский заявляет, что НКВД совершенно разгромил всю английскую разведку, ведущуюся из Румынии, и всю румынскую линию Жолондовского. По словам Жолондовского, нарушены все организации всех разведок. На Жолондовского произвело впечатление опубликование в советской печати настоящих фамилий двух расстрелянных террористов в Харькове Жолондовский заявляет, что сейчас со стороны Румынии невозможна работа террористического характера, но в то же время он считает необходимым, чтобы РОВС снова провел террористический акт по какой-либо другой линии против тов. Жданова или тов. Постышева. Генерал Абрамов и капитан Фосс считают, что сейчас румынской линии не сушествует и что Жолондовский всех обманывал. Он тратил получаемые от РОВС пять тысяч франков на свои личные нужды, ведя неприличный образ жизни, и на взятки Мурузову (один из руководителей румынских спецслужб). По словам Абрамова и Фосса, все посылки людей в СССР Жолондовским производились на английские деньги, а счет представляли генералу Миллеру».
После провала румынского канала советской разведке важно было узнать, где и через кого РОВС продолжит переброску в СССР своих террористов. Ответ на этот вопрос был получен от ближайшего соратника Миллера, отвечавшего за разведывательную работу, генерала Николая Скоблина, сотрудничавшего вместе с женой певицей Н.В. Плевицкой с советской разведкой с 1930 года.
По оценке ИНО ОГПУ, через год после вербовки Скоблин «стал одним из лучших источников, довольно четко информировал Центр о взаимоотношениях в руководящей верхушке РОВС, сообщал подробности о поездках Миллера в другие страны». Гастроли его жены Плевицкой давали возможность Скоблину осуществлять инспекторские проверки периферийных подразделений РОВС и обеспечивать советскую разведку оперативно значимой информацией. С помощью Скоблина были ликвидированы боевые кутеповские дружины, скомпрометирована идея генералов Шатилова и Туркула о создании в РОВС террористического ядра для использования его на территории СССР. В конечном счете Скоблин стал одним из ближайших помощников Миллера по линии разведки