Зато есть снимок Михаила Шпигельгласа. До начала 1938-го он заместитель начальника разведки НКВД. В феврале, после ликвидации шефа ИНО ИНКВД Слуцкого (прикончили отравленной инъекцией за чашкой чая прямо в кабинете наркома, но об этом тоже ни гу-гу!) занял его место. Пока не пришла и его очередь нести свою голову на плаху. Любовно поглядывая на портрет, ветеран-экскурсовод с гордостью заметил: один из лучших наших вербовщиков. Да, Михаил Шпигельглас был великолепным оперативником, но в историю он не вошел, а форменным образом попал как один из руководителей тех самых спецгрупп НКВД, которые и прореживали советский агентурный аппарат в Европе, отправляя в небытие не особо благонадежных, охотясь за перебежчиками и прочими «врагами народа». Разве до Троцкого Шпигельглас так и не успел добраться пришлось уже его ученикам довершать.
Вот и его питомец Леонид (Наум) Эйтингон. Славу крупного спеца по спецоперациям приобрел во время войны в Испании (хотя крупно отличиться успел много раньше: чего стоит, например, убийство Чжан Цзолиня в 1928 г., но о сем молчок). Где и подобрал будущего убийцу Троцкого Рамона Меркадера. На нашу разведку работала и мать Рамона Каридад. Утверждают даже, что она была любовницей Эйтингона. Успешно тюкнувший Троцкого ледорубом Меркадер на двадцать лет угодил в мексиканскую тюрьму, а его матушку удостоили ордена Ленина. Впрочем, нашла награда и террориста по выходу из тюрьмы и прибытию в Москву получил он золотую звездочку Героя Советского Союза вот она, лежит под стеклом. А это последний приют боевика советской разведки снимок надгробия на Кунцевском кладбище. Только нет тут никакого Меркадера, есть лишь гражданин Лопес Рамон Иванович. Даже после смерти собственного имени лишили к чему лишнее напоминание о той славной эпохе терроризма? Жаль вот, нет на этом стенде другого экспоната того самого ледоруба
А наставнику террориста тоже не слишком повезло: мастер «мокрых дел» генерал Эйтингон, пройдя всю войну и став замом шефа службы ДР (диверсии и террор), загремел в тюрьму в качестве «сиониста». Сидел при Берии, потом уже как его сподвижник. Вот судьба-злодейка, никогда не знаешь, где и как она тебя стукнет! Служил, служил верно и преданно, делал все, что прикажут.
И где благодарность?
Схож путь и другого аса разведки (хотя, скорее уж, терроризма) генерала Павла Судоплатова: целая череда спецакций и тюрьма. Где справедливость?! Увы, справедливость искать можно где угодно, но в мире спецслужб в последнюю очередь. Да и так ли безгрешен страдалец? Не он ли в 1938-м вручил в роттердамском ресторане коробку конфет лидеру украинских националистов полковнику Евгену Коновальцу? Может, конфетка-другая там и была, но остальное взрывчатка. И нет больше Коновальца. Да и иной крови на Судоплатове хватает
Другому бойцу невидимого фронта Станиславу Ваупшасову повезло больше: никаких тюрем, звезда Героя на грудь, почет, уважение и уголок в музее в назидание подрастающему спецпоколению. А ведь и не разведчик вовсе он типичный террорист. Музейная экспозиция стыдливо умалчивает, чем занимался Ваупшасов в 192030-е годы. Чекист Ваупшас (такова его подлинная фамилия) действовал в составе спецподразделения, уже после советско-польской войны вырезавшего представителей администрации на территории Восточной Польши. Убивали безоружных, нападали из-за угла на отдельных военных. Припекало убегали на советскую территорию: отсыпаться, отъедаться, вооружаться. Сильно отличается от прибалтийских «лесных братьев» конца 1940-х? Потом работа во внутренних органах НКВД, Испания. Где чекист отличился больше по части ликвидации «неблагонадежных» в республиканском тылу, чем по части рейдов по тылам франкистов. Чем снискал себе славу возглавляемый Ваупшасовым в годы Отечественной спецотряд, для историков партизанского движения загадка и по сей день. В ветеранско-партизанских кругах вполголоса проговаривались: тот чекистский отряд не немцев бил, а бдительно охранял драгоценную шкуру тов. Градова (псевдоним Ваупшасова). «Проверку на дорогах» он доверял прочим, действительно партизанским отрядам, кои подчинял себе и гнал на гибель. А их успехи текли на текущий счет чекиста (так идущий в побег уголовник берет с собой напарника-«корову», которого можно съесть). Собственно же спецотряд не потерял ни одного человека! И «болотное сидение» Ваупшасова обернулось звездой, не простой Золотой.
На испанском стенде портретов много, но одного не хватает: нет легендарного Орлова-Никольского-Фельдбина резидента НКВД в Испании. Почему? Предательски не пожелал отдаться на заклание не поехал летом 1938-го из Мадрида в лубянские подвалы. Невозвращенец! Но бежать-то бежал, а ни агентуры, ни своих связей врагам не выдал. А знал Орлов много, даже слишком был оператором знаменитой «кембриджской пятерки» держал на связи Филби, участвовал в создании известной «Красной капеллы» в Германии, работал с агентурной сетью в США. Разве этого мало, чтобы его снимок попал на стенд? Кто скажет, что вклад Орлова в дела Службы меньше вклада Шпигельгласа или того же Абеля?