«Гай глядя мне прямо в глаза, сказал:
У меня есть идея получше. Вы симпатичный молодой человек, а все в Лондоне знают, что я большой охотник до хорошеньких мальчиков. Просто скажем им, что мы любовники и ищем кроватку». Тут чекист запаниковал: «Но, Гай, я же дипломат Так не пойдет У меня жена». Ответ агента оказался ошеломляющ: «Чего только не сделаешь ради мировой революции, не правда ли?»
История умалчивает, на что именно решился тогда чекист ради этой самой революции. Однако Юрий Модин вспомнил любопытные детали отношения агентов к родине своих хозяев:
В книге не сказано, как они относились к нашей стране. Обычно про них пишут: коммунисты потому, мол, и помогали России. А они русских, в общем-то, за коммунистов и не считали! Модин громко смеется. Не держали нас за коммунистов. Вот, скажем, никто из них не стал изучать русский язык (только Маклин уже в СССР выучил). Они были глубоко убеждены, что в России коммунизм невозможен, что мир к коммунизму придет не через Россию, а только лишь через англо-саксонские страны! И никогда, считали они, языком коммунизма не будет русский только английский. Почему я не мог это написать в книге? Так сразу найдутся люди, которые скажут: «Докажи!»
Что же двигало этими людьми? Почему они работали на нашу страну?
Только не корысть. Обычно считают, что раз шпионы, то все это продажный человек. Я, например, много раз имел возможность, то есть, не то, что возможность мне поручали, и я передавал миллионы и миллионы валюты, от которой не взял ни копейки. И они точно такие же. В 1944 году было принято решение о выплате им крупных ежемесячных пособий что-то вроде пенсий. Так ведь никто не взял, все отказались! Не для этого они работали.
Предъявить доказательства невозможно. А почему я так считаю? Ну, это же не снизошло на меня ниоткуда. Возьмем лишь один пример. Получаем мы от Филби информацию, что английской разведке удалось получить сведения о предстоящей поездке начальника Абвера адмирала Канариса в Испанию. Там было указано все: когда и во сколько шеф германской разведки прибудет туда-то, в каком отеле остановится на ночь, весь маршрут расписан по часам! Когда этот материал попал в руки Филби, он немедленно доложил руководству, прибавив, что отлично знает тот отель: «У нас в том районе работает секретная группа и мы запросто можем его угробить». Англичане быстренько сообразили что к чему и в тот же день план ликвидации Канариса был готов. Побежали к Мензису начальнику службы. Когда Мензису доложили, тот побледнел. Потом разразился страшной бранью, обзывая своих сотрудников ослами, идиотами. Потом приказал: «Ни в коем случае таких операций не проводить!» Кто-то потом вспомнил, что Мензис знаком с Канарисом. А позже пришло сообщение: Канарис казнен, как предатель рейха А в чем суть? Да в том, как быстро английская разведка, получив такие сведения (а их тоже надо уметь добыть!), среагировала! Тут же подготовила план. Чтобы мы так, в течении одного дня все это могли соорудить невозможно! Это уже подход. Который и говорит о стиле работы. Я вам ведь только один пример привел, хотя сталкивался с этим регулярно. Или, скажем, другой пример. По долгу службы я имел представление, как у них проходит информация. А проходит она очень быстро, четко, ясно. И поступает в руки именно тем людям, которым надо с этим документом ознакомиться. И уже никто другой к этой бумаге доступ иметь не будет. Там был порядок! Английская разведка очень эффективна!
пособили с партнером, хотя это дело в СССР строго каралось!), жилье «героев» стояло на постоянном «слуховом контроле», за ними повсюду топала (или ездила) наружка, несанкционированные контакты с кем-либо не поощрялись. Унылая советская действительность 19501960-х наводила на некогда блестящих шпионов тоску. Уж про их впечатления от посещений наших магазинов умолчу Единственным утешением было пьяное забвение: пил Маклин, спивался Берджес, не просыхал Филби. Маклина из трясины вытащила работа: единственный из всех выучил русский, писал статьи, книги. Берджес сгорел раньше всех. Филби от белой горячки спасла последняя любовь Могли ли их утешить, заменить родную Англию советские ордена?
Блант и Кэрнкросс в СССР бежать отказались. И не прогадали: английская контрразведка так и не смогла добыть весомых доказательств их измены знать-то все знали, но вот на суд выйти было не с чем. Хотя лет десять и таскали подозреваемых на допросы. Не сомневаюсь: будь на месте британских чиновников наши умельцы из «СМЕРШа» или КГБ запели бы ребята, ой как запели бы мумия бы фараона во всем призналась! Это и полковник Модин признает:
Там, где Бланту задавали вопросы, он отвечал правильно, не врал. Но сам инициативы не проявлял. Англичане лишь в 1951-м начали набирать в контрразведку людей из средних слоев пожестче, погрубее. Раньше у них все проще было, контрразведчики свое дело честно делали, но из кожи не лезли, чтобы карьеру сделать, не было у них карьеризма А у нас совсем другое. Попадаешь, как в машину, как какая-то шестерня, и все, попал и пошел крутиться. А Блант, прежде чем признаваться, потребовал письменное распоряжение генерального прокурора о непривлечении его к ответственности: даете такой документ кое-что скажу Что англичанам делать? Надо же получить информацию о нашей работе дали. Возможно ли такое у нас? Модин лишь смеется. Кстати, выданные «пятерочником» Филби английские агенты в СССР кончали плохо стенкой (как и те, кого выдал, скажем, Эймс). Англичане же наших шпионов к стенке не ставили и не вешали, за сбежавшими охотничьих спецкоманд не высылали. Конечно, кто-то сел, кого-то поменяли, но большая часть от возмездия ушла. Ибо, как уже сказано выше, методы «СМЕРШа» на британской почве не прививаются. Выходит, агентом Москвы быть выгоднее, да и шкура целее?