уходило много ресурсов, Подразделению и его психологам имело смысл пытаться выявить, кто сможет справиться со стрессом и ответственностью за принятие столь важного решения.
Одним из основных навыков, необходимых для выполнения служебно-боевых задач, была инстинктивная точная стрельба. Операторы Подразделения славились своей смертоносной меткостью при стрельбе как из винтовок, так и из пистолетов. Умение правильно распознавать и уничтожать вражеского бойца с близкого расстояния, не причинив при этом вреда ни в чем не повинным людям, находившимся поблизости, делало его критически важным.
Однако в том, как операторы Подразделения научились вести огонь так хорошо, как они это делали, не было никакого волшебства. Отчасти это была практика, но в основном все заключалось во внимании к тому, чтобы раз за разом правильно выполнять базовые навыки.
Об этом свидетельствовал плексигласовый ящик, стоявший в главном корпусе: имевший размеры примерно два на два фута в длину и ширину, и четыре фута в высоту, он был на одну половину заполнен латунными гильзами от автоматического пистолета.45-го калибра, который предпочитали операторы Подразделения, а в другой его половине лежали гильзы от винтовки калибра 5,56-мм. В ящике были тысячи гильз, которые, как мне сказали, представляли собой среднее количество боеприпасов, которые кандидат должен был расстрелять за время своей подготовки.
В первый же день мы начали с основ меткой стрельбы из винтовки, заново научившись держать и стрелять из оружия, отрабатывая выстрелы «всухую» без боевых патронов тысячи раз из различных положений стоя; стоя на коленях; сидя; лежа Мы учились каждый раз класть руки на оружие абсолютно одинаково, держать руки и ставить локти без отклонений. Мы отрабатывали правильное дыхание нажимать на спусковой крючок на выдохе. Снова и снова мы концентрировались на выравнивании прицела и контроле за спусковым крючком, нажимая на него, а не дергая. И наконец, отрабатывали, как восстанавливать прикладку после каждого выстрела, чтобы быть готовым стрелять снова.
Только отточив основы стрельбы, мы отправились на стрельбище и начали использовать боевые патроны. Начав с медленной прицельной стрельбы, мы перешли к «контролируемым парам» производству двух последовательных выстрелов с использованием переднего и заднего прицелов. Затем мы перешли к т. н. «двойным касаниям» производству двух выстрелов подряд, но только с использованием переднего прицельного приспособления, что делать было быстрее, но контролировать сложнее.
Отточив технику стрельбы из винтовки, кандидаты затем повторяли тот же процесс с пистолетами. Мы заново изучали или, в некоторых случаях, заново осваивали базовые навыки стрельбы, а затем производили тысячи выстрелов из всех положений, пока не доводили их до совершенства. Только после этого мы переходили на стрельбище медленная прицельная стрельба, «контролируемые пары», «двойные касания»
Однако достижение цели в Подразделении не означало, что кандидат мог расслабиться. Это означало переход к следующему испытанию. Опираясь на стабильную платформу, освоенную в ходе стрельбы «всухую», сотрудник затем переходил к отработке следующего приема и продолжал совершенствовать этот процесс вот что делало операторов Подразделения такими смертоносными. И все это основывалось на базовых принципах ведения огня.
Конечно, стрельба это нечто бóльшее, чем просто неподвижное стояние на стрельбище и стрельба по мишени. После того как стрельба из винтовки и пистолета была доведена до совершенства, начинали воспроизводиться физиологические препятствия, связанные с боевой ситуацией, которые могли бы повлиять на мастерство стрелка.
Во время боевого стресса у солдата учащается сердцебиение и дыхание. Чтобы имитировать это, тренирующимся нужно было бежать со шлакоблоками в руках к цели, бросать шлакоблоки, извлекать оружие и стрелять, затем поднимать шлакоблоки и бежать к следующей цели. И делать все это на время.
Смысл повторения и следования основам заключался в том, чтобы вбить в мышечную память сам акт стрельбы из оружия и попадания в цель. В этот момент не нужно думать, просто наводишь и стреляешь без труда убиваешь «плохих парней», позволяя оператору думать о других задачах, например, о том, чтобы мгновенно оценить, что человек не представляет угрозы и в него не нужно стрелять.
После выполнения требований на полигоне, кандидаты во время курса боевой подготовки изучали ближний бой: способность войти в любое неизвестное строение, не зная ни плана этажа, ни обстановки внутри например, количества вражеских боевиков и возможных заложников, и планомерно
«зачистить» строение, комнату за комнатой, в сценарии захвата заложников или борьбы с терроризмом. Идея заключалась в том, чтобы плавно, быстро и эффективно «протекать» сквозь здание. Каждый человек в группе контролировал разные сектора помещения, поражая угрожающие цели и избегая при этом нанесения ранений тем, кто не представлял угрозы, или важной цели, которую нужно заполучить живой.
«Внезапность, скорость и жестокость действий» вот характеристики ближнего боя, но не все подразделения Сил специальных операций действуют одинаково. «Морские котики», группа специального назначения ВМС, используют так называемый метод «крепкой стены»: они входят в одной точке, будь то через дверь или пробив дыру в стене, и образуют стенку из штурмовиков с оружием, направленным в одну и ту же сторону.