А куда следует?
В помойку. Но по форме в бухгалтерию на восьмой.
Я хмыкаю.
С Тамарой Николаевной, моим куратором на испытательном сроке, взаимопонимание мы нашли легко. Она не давит, не учит, не изображает супервайзера, а просто вписывается в пейзаж как старая картина, которую уже не снимают, потому что привыкли. Видимо, в силу этой особенности ее постоянно и назначают смотрителем за всеми новенькими сотрудниками на испытательном сроке.
Вот и меня она вводит в курс дела довольно комфортно. Вплоть до уровня некоторых щекотливых моментов в коллективе.
Мой рабочий стол расположен на краю приемной: чуть в стороне от общего потока, с видом на главную стойку ресепшена и прозрачные двери, через которые входят клиенты, курьеры, арендаторы и случайные люди, ищущие Сэвэн-Тур вместо Сэвэн.
И это неудивительно.
Над приемной девять этажей стекла и стали.
С седьмого вниз иногда спускаются сотрудники из отделов продаж, маркетинга, логистики и всего остального, что называется умственной деятельностью.
Восьмой этаж зона юристов, айтишников, бухгалтерии и службы безопасности. Оттуда спускаются к нам крайне редко, и всегда с лицами, как будто мы тут внизу можем испортить им костюм.
На девятый вообще отдельный допуск. Партнёры, особые визитёры, деловые переговоры и совещания словом, там работает внутреннее солнце корпорации. Питает всю систему энергией и ресурсами.
Ну и десятый
Пентхаус. Мозг "Сэвэн", который рулит всей корпорацией. Царство великого и ужасного Батянина.
Ходят слухи, что там тишина, шахматные стены, черный мрамор и ковёр, который глушит шаги совести. Тамара Николаевна сообщает мне это вроде бы в шутку, но на ее лице читается тихое благоговение.
Даже не рассчитывайте когда-нибудь туда заглянуть, Лиза, добавляет она и неодобрительно косится в сторону группки других наших сотрудниц из приемной. А то у нас тут и так кое-кто чего только не вытворяет время от времени, стараясь попасть
на глаза генерального директора. Это недопустимо.
Я на такое и не рассчитываю, искренне отвечаю ей. Меня интересует только моя работа.
Очень хорошо. В любом случае Батянин здесь у нас практически не появляется. У него отдельный вход в здание. Понимаете почему?
Понимаю, прилежно отвечаю я. Он соблюдает необходимую дистанцию с сотрудниками, как любой ответственный руководитель.
Вот именно, одобрительно кивает Тамара Николаевнв. Запомните это и не раздражайте его лишний раз, как другие.
Обязательно.
С запоминанием у меня проблем нет. Но именно поэтому, когда ровно в десять открываются прозрачные двери для посетителей, я недоуменно оглядываюсь на тихое аханье одной из молодых девочек-менеджеров:
Ой смотрите, здесь Батянин!
Кто-то будто нажал кнопку стоп во времени всего приемного отдела на первом этаже.
Вместе со всеми я поворачиваю голову к высоким прозрачным дверям парадного входа и вижу, как к нам, словно обычный сотрудник или посетитель, входит
Он.
Идёт не спеша, с планшетом в руке. Высокий, в тёмно-сером костюме и переброшенным через локоть черным пальто. С тем самым шрамом, пересекающим скулу и уходящим через веко на лоб. Лицо непроницаемое, с резкими эффектными чертами, в которых чудится что-то хищное. Но его глаза спокойные, чёрные и проницательные, наполнены какой-то потаённой усталостью.
Я едва не роняю ручку. Сердце делает в груди сальто.
Да, это он. Неразговорчивый мужчина с парковки, в которого я врезалась по рассеянности.
И это вот его назвали только что Батяниным..? То есть тот самый великий и ужасный генеральный директор корпорации Сэвэн, обитающий на самом верхнем этаже делового центра?.. А я его там, на парковке, просто взяла и толкнула, как случайного прохожего на рынке ох
От изумления и смятения меня почти что парализует. Стою ни жива, ни мертва и даже не моргаю. Впрочем, как и остальные сотрудницы нашей общественно-приемной зоны. Дружно таращатся на генерального директора, напоминая своеобразную картину маслом о встрече благоговеющих жриц с их грозным божеством.
Батянин проходит мимо, задержав на мне взгляд буквально на секунду.
Уж не знаю почему, но в этот момент я поднимаю перед собой ладонь в дружеском жесте приветик и слабо шевелю пальцами раньше, чем успеваю задуматься. И тут же прячу руку за спину, опомнившись.
Вот же сглупила! Наверное, подсознание из-за этой проклятой встречи на парковке успело записать генерального в моего шапочного знакомого, с которым можно вот так запросто фамильярничать.
Его густые темные брови слегка приподнимаются. Батянин чуть наклоняет голову, обозначая кивок, в котором мне чудится усмешка, и идет дальше. За стеклянной дверью его встречает один из административных партнёров с девятого и проводит в прозрачный лифт для руководства, о чем-то расспрашивая на ходу.
Я скорее падаю, чем сажусь обратно на свое место. Сердце колотится, как у человека, который случайно потрогал статую, а та вдруг улыбнулась в ответ.
Он узнал меня. Я это чувствую.
Ты с ним знакома? вдруг спрашивает Маргоша, одна из таких же офисных менеджеров, как я, появившись откуда-то сбоку.
С кем? машинально уточняю я, всё ещё пребывая в собственных мыслях.