Акулов суетливо улыбается и показывает мне дорогу рукой, словно официант в дорогом ресторане.
Я в полном шоке иду вместе с ним, не понимая, что происходит. Только что услышанное: "Мы рады будем вас видеть в нашей команде!.." полностью сбивает с толку. Откуда такая перемена?
Непонятно. Что-то не верится мне в подозрительно внезапное просветление в мозгах этого грубияна.
Скажите, Елизавета Михайловна его голос звучит почти ласково, а у вас, случаем, нет знакомых в нашей корпорации? Ну, например, Батянин не знаете такого?
Нет, недоуменно моргаю я. А кто это?
Он хмурится, но быстро вновь надевает улыбку и, так и не ответив, смотрит на наручные часы.
Ох, прошу прощения, давайте поторопимся. У меня совещание через десять минут. Я провожу вас в отдел кадров.
Я растерянно киваю. Внутри какие-то смешанные чувства тревога, радость, недоверие. Что это было? Почему вдруг «мы вас берём»?
Глубоко вздыхаю и отодвигаю ненужные мысли в сторону. Сейчас уже неважно, почему приняли. Главное это произошло. У меня получилось взойти на этот мост в стабильное будущее для меня и моих детей!
Теперь бы удержаться на нем. И поверить в надежду, шепчущую, что всё действительно начнёт налаживаться.
Глава 9. Чайное совещание
Вечер подкрался незаметно. Тихий и мирный, с легким ветерком, несущим через окно слабый запах чего-то жареного от соседей.
Я сижу напротив младшей сестры с поджатыми под стул босыми ногами и рассеянно смотрю, как за окном Женька смеется над Павликом. Наш дом всегда звенит веселыми детскими голосами и живёт своей жизнью. И в этом есть что-то чрезвычайно утешительное для меня. В любом настроении.
Павлик гоняет облезлого котёнка, недавно подобранного им на помойке, а котёнок самого себя. Гусь Гриша, бессменный охранник двора и ворот, пока настороженно присматривается к новому питомцу. Словно интересуясь мнением, он поглядывает одним глазом на другого нашего старожила ручного ворона, облюбовавшего себе место на поленнице. Но тому пофиг на котёнка. Его гораздо больше интересует блестящая заколка, которую он стащил утром с моего подоконника. Не ворон, а сорока настоящая, ей-богу.
В общем-то вполне будничная картина нашего семейного времяпровождения по вечерам.
Правда, сегодня мне почему-то кажется, что всё иначе. Как будто нынешний день я закончила очень важной точкой. Не жирной или драматичной, а как в старых рукописях аккуратной, легкой и маленькой. С чувством тихого удовлетворения за каждую строчку. И закрыла страницу, окончательно оставив мое прошлое позади.
Да, этот вечер именно такой. Пограничный между моей прошлой жизнью и другой. Той, которая начнется прямо завтра.
Кружка с облезшей надписью "Мой чай-выручай" приятно греет ладони. От нее пахнет ароматными смородиновыми листьями и душистой мелиссой, успокаивая взбудораженные за день нервы.
И всё-таки, как ты думаешь, что с ним такое стряслось до момента просветления в мозгах? Маша, как всегда, задаёт вопрос в лоб. Почему этот Акулов тебя сначала размазал, как паштет, а потом едва не ручки целовал? Да еще и самолично галантно сопроводил в кадры?..
Я не знаю, пожимаю плечами и откидываюсь на спинку стула. Он сидел, смотрел на моё резюме, будто я принесла ему протухший лук в целлофане. Бубнил, как заведенный: Разведёнка, двое детей, нестабильность, риски, сопли-слюни, отгулы по семейным обстоятельствам, так что до свидания». Это почти дословно. Я расстроилась и ушла, а он даже не заметил из-за какого-то звонка. В-общем, я понятия не имею, что у него в башке творилось. Может, вспомнил что-то, а может, настроение поменялось. Они же такие, начальники эти. Сначала ты для них проблема, потом решение, потом опять проблема
Маша задумчиво надкусывает сушку и некоторое время молча хрустит ею.
Так, а что насчет звонка в тот момент?
Ну я сосредоточенно припоминаю, что говорил в трубку Акулов. Звонок как звонок.
Рабочий, от коллеги, наверное. Я подумала, это насчет клиента или совещания. Он ведь даже не на меня смотрел, пока говорил. А потом хоп, и "давайте начнём сначала".
Она многозначительно задирает бровь.
И ты не подумала, что это как-то связано с тобой?
Нет, конечно. С какой стати мне так думать? Может, у них там вообще свои подковёрные движения в тот момент так удачно для меня начались? И Акулову вдруг срочно-немедленно понадобился готовый на всё новичок. Вот он и ухватился за меня.
Маша хмыкает и заглатывает вторую сушку.
А ты всё-таки подумай, чисто гипотетически Может, ты кого-то заинтересовала? Какого-нибудь начальника?
Я тоскливо вздыхаю.
Вот оно. Это тот момент, когда я начинаю плыть от охотно разыгравшейся после такого вопроса фантазии.
Ну, допустим, был один начинаю нерешительно, потом осекаюсь, сама не веря, что собираюсь всерьез обсуждать такую глупость, как свалившуюся на меня с потолка благосклонность неведомого начальника. Хотя нет, не думаю.
Был? оживленно подаётся вперёд сестренка. Кто?
Внутри разливается волнующее воспоминание при одной мысли о том мужчине.
Его лицо, от которого у меня внутри сладкие мурашки. Его шрам, который не уродует, а как будто подчёркивает мужественные черты и притягивает внимание к черным глазам, которые до сих пор смотрят на меня из сегодняшнего утра. Изучающе и пристально.