соблазнение особы женского пола это классический случай оскорбления третьей степени, я выбираю пистолеты. Обычно секунданты приобретают оружие заранее, проверяют его и выдают дуэлянтам непосредственно перед поединком;
4) принять тот факт, что оскорбление третьей степени дает оскорбленной стороне право определять характер дуэли. В этом отношении последнее слово тоже остается за секундантами. Договариваться долго им не придется, потому что в нашем случае все понятно без лишних слов. Итак, мы с Вами сразимся на пистолетной дуэли с фиксированных позиций, стоя в пятидесяти метрах друг от друга. Каждый из нас совершит по одному выстрелу.
Полагаю, у Вас возникли вопросы. Если желаете с толком использовать отмеренное Вам время, настоятельно рекомендую прочитать «Эссе о дуэлях» графа Шатовиллара (Париж, 1836 г.), «Правила дуэли» Луи Шаппона (Пест, 1848 г.) и трактат «Новый дуэльный кодекс» (Женева, 1879 г.) Шарля Дюверже де Сен-Тома. В интернете Вы также можете найти краткие пояснения Франца фон Болгара (Вена, 1880 г.) и Густава Хергселля (Лейпциг, 1897 г.). Из этих очень разных трудов, написанных очень разными людьми из очень разных стран, Вы почерпнете основополагающие идеи, которые покажут Вам и всем остальным, насколько правомерно мое требование сатисфакции и насколько безнадежно с Вашей стороны уклоняться от него. Я не собираюсь апеллировать к Вашей чести, которой у Вас все равно нет и никогда не было, но полагаю, что Вы примете мой вызов, потому что больше не сможете мириться с ее отсутствием.
С глубочайшим презрением,
Александр Шилль
Опять Гитлер, поцокала языком инспектор, закончив читать.
Какое-то время никто не произносил ни слова.
Полицейский автомобиль по-прежнему стоял под окном с включенными огнями, отчего комнату то и дело окутывал синий свет.
Танненшмидт отправила Зандлера на улицу, велев переставить машину и выключить наци-мигалку. Позвонила коллегам в офис и попросила проверить телефонный номер, выудила из кармана пластиковый конверт, осторожно положила внутрь депешу Шилля и повернулась к Маркову, который отстраненно наблюдал за ее действиями.
Если бы не номер мобильного, я бы подумала, что текст написан в позапрошлом веке. Это какое-то безумие. Похоже, вы и впрямь перешли дорогу герру Шиллю. С какой стати он надумал вас убить?
Вот у него и спросите. Я уже сто раз повторил, что не знаю. Моя подруга Констанция раньше с ним жила. Вы могли бы задать те же вопросы ей, но сейчас это сделать не удастся.
Старший инспектор молчала, ожидая, не прибавит ли психиатр что-нибудь еще.
Если человека бросили, у него могут сдать нервы. Такое случается, вымолвил наконец Марков.
Может, его мучает ревность?
Он раздраженно отмахнулся.
Допустим. Но ревность не основание для того, чтобы пытаться меня застрелить.
Не основание, герр Марков, а мотив. Ревность всегда является мотивом. Мы не сможем ничем помочь, пока не разберемся, что за опасность вам угрожает.
Этот человек не в себе, я бы даже сказал, с прибабахом, и мне лично наплевать, по каким мотивам он собрался меня укокошить. Если вас это интересует, спросите у него.
Танненшмидт пристально оглядела комнату, словно ища важную улику, и, не поворачиваясь к Маркову, ответила:
Если вас это интересует, сообщаю, что меня это нисколько не интересует. Инспектор посмотрела в потолок. Но, видите ли, судье, выдающему ордер на обыск или разрешение на слежку, будет важно знать, обоснованны ли подозрения истца. Дело ваше, я просто ставлю вас в известность.
А я просто хочу, чтобы вы сделали все возможное для предотвращения моей смерти, пробурчал Марков. Точнее, моего убийства. О большем просить не смею.
У вас есть предположения, где Шилль может раздобыть пистолеты?
Марков покачал головой.
Хорошо, пожалуйста, ничего пока не предпринимайте. Тем более вам и так есть чем заняться в ближайшее время, съехидничала старший инспектор, выразительно оглядевшись по сторонам. Вот моя визитка. Звоните, если секундант опять к вам явится.
Он механическим движением сунул карточку в карман халата.
И кстати, сговор о совместном совершении противозаконного действия возникает в том случае, если обе стороны дали на то свое согласие. Надеюсь, это не входит в ваши планы?
Марков снова покачал головой.
Мы мало что еще можем сделать. Если не считать депеши, против этого человека у нас больше ничего нет Танненшмидт поднялась. Впрочем, для перестраховки мы все-таки нанесем визит герру Шиллю, а там а там видно будет.
Психиатр тоже встал.
Спасибо,
что не оставляете меня в беде, фрау старший инспектор. И пожалуйста, извините за несдержанность. Не каждый день приходят такие письма.
Они направились в прихожую, петляя между грудами одежды, бумаг, продуктов и других вещей. Выйдя на лестничную клетку, Танненшмидт вдруг обернулась. Ей в голову пришел еще один вопрос.
Скажите, что именно означает «оскорбление третьей степени»? произнесла она.
Но Марков уже с грохотом захлопнул дверь, и инспектору оставалось только недовольно поморщиться.
5
Такса Толстого
Жесткошерстная такса оглушительно залаяла, потом почесала лапой за ухом, легла на поя и зевнула.