Всего за 109 руб. Купить полную версию
бы и не узнала.
Действительно, настоящий мужик. Знаешь, я все-таки не понимаю, почему они стали слушать эту безумную тетку? Ну какое она имеет право указывать Герману, кого с кем в командировку посылать? Даже мы, работая тут, не осмеливаемся просто так Герману позвонить. Где он и где жена этого Кристофера?
Ты дура наивная. В глазах немцев все мы, славянские женщины, потенциальные шлюхи. Как только что-то похожее случается, вся наша блестящая работа и образование ничто по сравнению с истерикой скучающей немецкой домохозяйки.
Так именно Герман и должен был понять, что тетка не в себе. У него с женой тоже что-то подобное было. Кажется, она не работала и постоянно в депрессии пребывала. Не ожидала я от него.
Поэтому я и предупредила тебя ничего Камилле не говорить.
И что ты делать будешь? Может, все-таки тебе поговорить с Кристофером. Он же должен объяснить, что ничего не было, что жена его не в своем уме.
Да не в Кристофере дело. И так понятно, что он просто тряпка, а не мужик. Я так и сказала Герману, что мне очень хочется уволиться. Не могу забыть, как последнюю неделю весь отдел только и делал, что сплетничал за моей спиной. Мне невольно создали репутацию шлюхи, а продолжать работать в такой атмосфере я не вижу смысла. Герман сразу стал меня убеждать, что никто ничего плохого обо мне не думает, а моя профессиональная репутация очень высока и что я вообще у них звезда.
Ну ты и есть звезда.
Да не в этом дело.
У Тамары звонит мобильник, и лицо перекашивает гримаса.
Кристофер.
Мы в России говорим: «Вспомни дурака, он и появится».
Тамара быстро одевает hands-free , не снижая скорости, и по взгляду видно, что к бою готова.
Да, Кристофер Да, он мне сказал Да, Герман это тоже говорил ОК. Я понимаю Без проблем.
Ну?
Его вызвал Герман, видимо, вскоре после меня. Объяснил, что звонила его жена. Этот трусливый придурок подтвердил Герману, что между нами ничего не было и что у него очень ревнивая жена. Оказывается, это не первый раз, когда она подозревает без повода, и ему очень жаль. Он типа дико извиняется, что все так получилось.
И все? Он хоть знал, что его жена звонила тебе?
Не знаю, не сказал. Герман ему посоветовал больше времени проводить с семьей. У тебя дома есть что-нибудь покрепче выпить или сначала в магазин заедем?
Коньяк будешь? Слушай, ну ты же не всерьез собралась увольняться?
А почему бы и нет? Что, я себе работу не найду?
Ну три месяца тебе все-равно придется отработать, а за это время все быльем порастет.
Ох, ну как же я завтра на работу пойду? Они же все смеяться надо мной будут.
Родриго не будет. И девчонки не будут. На мужиков, конечно, нельзя положиться. А ты не хочешь выступить в открытую на ближайшем собрании отдела, рассказать все, как было. Ну, чтобы и Кристоферу и Герману было стыдно за их поведение. И судачить будет больше не о чем.
Нет. Не хочу привлекать к себе еще больше внимания. И так уже обо мне достаточно сплетен.
А зря. Ты бы всех заставила заткнуться.
Понимаешь, если бы я это сделала, то отомстила бы Кристоферу и поставила Германа в неловкое положение. А пока что я жертва. Герман, скорее всего, чувствует себя немного виноватым, а значит, у меня есть негласное право о чем-нибудь его попросить. Лучше я подумаю, что мне может от него понадобиться. На МВА , например, податься. Я давно собиралась, а теперь ему будет неудобно мне отказать.
Умница ты! Настоящая барракуда. Я тобой горжусь. Но давай Камилле все-таки расскажем об этой истории. Пусть она дальше сама решает, говорить ей с Германом или делать вид, что ничего не знает.
Тогда сама ей расскажи. Без меня. А то я боюсь не удержаться от какого-нибудь нелестного комментария в его адрес.
Договорились.
Меняем тему и обсуждаем достоинства и недостатки различных школ МВА . Мы ничего не забыли, даже, наоборот, меня задело ее замечание о славянских шлюхах. Но сказать тут больше нечего, да и не в наших правилах зацикливаться на негативе.
Правда, сразу же после ухода Тамары я звоню Камилле и начинаю рассказывать ей все по порядку. Камилла перебивает меня на середине третьего предложения:
Я знала. Герман со мной советовался. И просил меня никому ни о чем не говорить.
И что ты ему посоветовала?
Я посоветовала ему рассказать все Тамаре, но Герман опасался, что она поднимет шум. Он сказал, что считает своим долгом постараться сохранить мир в семье Кристофера, раз уж не смог сохранить его в своей собственной.
А ему не пришло в голову, что у Тамары тоже есть семья и вообще это не слишком профессионально позволять ревнивой
бабе вмешиваться в рабочие дела и указывать, кого с кем и куда в командировки посылать?
Герман сказал, что его бывшая жена вполне могла себя так же повести, и поэтому он не может винить эту женщину. Ему нужен покой в компании, а не эскалация конфликта. Ему кажется, что Тамара сильная и все это переживет.
А тебе не кажется, что это трусость и лицемерие?
Но я и его могу понять.
Тамарка хоть и сильная, но рыдала сегодня в туалете. Я ее выводила из здания по пожарной лестнице, чтобы в лифте ни с кем нечаянно не столкнуться. Она переживает, что в отделе все считают ее шлюхой, и даже хочет увольняться. Какая бы она ни была сильная женщина, с несправедливостью встретиться всем обидно.